Читать книгу - "Том 2. Теоретико-мыслительный подход. Книга 1 : От логики науки к теории мышления - Георгий Петрович Щедровицкий"

предмета рассматривать как вид понятия. Во всяком случае, точно так же, как мы рассмотрели на примере простейшей формы понятия функции всякой формы в ее отношении к объективному миру, точно так же мы должны рассмотреть внутренние связи сложных форм понятий, связи структур соотнесения отдельных знаков — элементов формы, взаимоотношения между различными частями теории и истории сложного предмета.

Когда мы переходим к анализу внутренних связей между знаками сложной формы, оказывается, что различные знаки, в зависимости от своего места внутри структуры, несут строго определенные функции. Мы не можем останавливаться на этом подробно; в качестве примера назовем функцию «знак сокращения». Что это такое? Когда я произношу какое-либо слово, например «империализм», то каждый из вас тотчас же вспоминает различные определения империализма, и, в частности, известные пять признаков империализма. Почему так происходит? Да потому, что мы здесь, услышав это слово, прежде всего, производим соотнесение, но не вовне, не в сторону объектов, а внутрь, в плане собственного сознания. Мы тотчас же связываем слово «империализм» со всеми теми знаниями, которые у нас о нем уже имеются. За этим словом развертывается вся система имеющегося у нас знания, а само это слово выступает как представитель всех остальных, как аккумулятор или «знак сокращения» для всего остального знания.

Точно так же оказывается, что специальную нагрузку в системе сложной формы несут: первое родовидовое определение предмета, отличительная абстракция, определяющая абстракция и т. д. и т. п. Все это должно быть специально исследовано так же, как и другие вопросы: об отношении абстрактного образа к конкретному, вопрос о наглядных средствах изображения знания, о характере изложения знания и т. п.

11. До сих пор мы говорили о мышлении как о знании и рассматривали связь О — З. С. как фиксированную, как данную. Но эта связь складывается в процессе особой деятельности человека, и именно эта деятельность образует «сердцевину» и сущность мышления, дает ключ к пониманию всего мышления. Чтобы понять знание, мы должны исследовать процесс познания, мы должны рассмотреть мышление как особую деятельность, выделить в нем действия.

Чаще всего действия мышления осуществляются в речевых рассуждениях, в предположениях, и это обстоятельство нашло свое выражение в том, что до сих пор в формальной логике специфически логическое понятие «суждения» по своему содержанию, по существу, совпадало с грамматическим понятием «предложения»[94].

Выделение и исследование действий мышления как таковых предполагает образование особых абстракций и введение особой символики для их выражения. Это позволяет исследовать процессы мышления как таковые, независимо от особенностей языковой формы их выражения и независимо от особенностей изображения исследуемого объекта, хотя сами понятия о действиях мышления могут быть введены, как мы уж говорили, только на основе анализа этих изображений, только на основе анализа форм понятий.

Чтобы еще раз убедиться в том, что понятие суждения не годится для анализа процессов мышления, сравним между собой ряд знаковых выражений:

3. Золото — металл.

4. Кислота содержит водород.

С точки зрения традиционного понятия форм мысли приведенные нами примеры одинаковы, это суждения, это связь подлежащего и сказуемого. Но при этом совершенно не затрагивается вопрос, на основании чего, как сложилась эта связь. Основание связи не анализируется, оно остается в тени. А ведь это самое главное в мышлении, именно те процессы, которые происходят там, в глубине, и составляют сущность мышления, именно они должны быть исследованы. Сделать это с помощью традиционной системы понятий логики невозможно.

12. Всякое выделенное в качестве объекта исследования рассуждение, всякий, если можно так сказать, «кусок» мышления, рассматриваемый в плане познания, то есть как движение мысли, мы будем называть «процессом».

Такие, далее неразложимые, или элементарные процессы мышления мы называем «операциями» мышления.

Простота этих элементарных процессов мышления, или операций, конечно, относительна. В другой связи они, по-видимому, могут быть разложены и на более простые составляющие. Но это будут уже образования другого рода, которые нельзя рассматривать как переход от одного вида знания к другому. Какие процессы окажутся простыми в том или ином исследовании, это зависит от того, какие процессы мышления мы будем сопоставлять друг с другом в этом исследовании, а также от того, как мы их будем сопоставлять.

13. Отдельные части современного знания весьма отличаются друг от друга. История и математика, биология и физика, химия и языкознание отличаются друг от друга своими предметами исследования; очевидно, они отличаются друг от друга и процессами исследования; в каждой из этих наук господствует своя группа способов исследования. Анализируя указанным выше путем различные процессы мышления, входящие в один способ исследования, мы, по-видимому, сможем найти конечное число операций мышления, таких, что все процессы мышления, входящие в этот способ исследования, можно будет представить как комбинации этих выделенных операций.

Перечень всех операций мышления, выделенных в том или ином способе исследования, мы будем называть «алфавитом» этого способа.

После того, как существующие в настоящее время способы исследования будут, в общем и целом, проанализированы и будут найдены их «алфавиты», встанет задача сравнить последние между собой и выделить «абстрактный алфавит», общий для всей логики.

Так как процессы мышления и составляющие их операции непрерывно развиваются, необходимо, после выработки алфавитов отдельных способов исследования, рассмотреть процессы появления новых операций, входящих в эти способы, выявить законы, по которым из уже существующих операций возникают новые. Точно так же нужно рассмотреть вопрос, как складываются новые способы исследования. Решение этих вопросов даст нам, во-первых, систему операций мышления, в которой отдельные операции находятся друг к другу в отношениях субординации, во-вторых, систему способов исследования, в которой все способы классифицированы в зависимости от характера их предметов и от сложности операций мышления, лежащих в основе каждого способа.

14. Как элементы, из которых составляются все более сложные процессы мышления, операции не имеют строения; это «кирпичики», из которых складывается все остальное, и они должны изображаться отдельным внутренне нерасчлененным знаком.

Но чтобы уметь выявить отдельные операции мышления при анализе более сложных процессов, мы должны знать: а) исходный материал; б) конечный результат каждой операции. Изображение этих моментов операции дает нам схему операции.

Ни в коем случае не предрешая вопроса о числе и характере элементарных операций мышления, лишь в качестве первой поверхностной иллюстрации, укажем некоторые процессы, похожие на простейшие операции.

В качестве первого примера возьмем чувственно-объектное сравнение. Эта операция (или процесс) лежит на границе между чувственной и собственно мыслительной формами отражения действительности, она непосредственно связана с практическими действиями с объектами. Исходным материалом в этой операции являются чувственные образы, ее результат — абстракция, то есть отражение отдельного свойства исследуемого объекта.

Протекает эта