Читать книгу - "Очень важные люди. Статус и красота в мире элитных вечеринок - Эшли Мирс"

могли разместить на ночь у себя в особняке до двадцати девушек. Дом был декорирован со вкусом и постоянно забит девушками, шампанским и закусками. Как-то бизнесмены заметили, что девушки не купаются в бассейне, потому что хлорированная вода портит их цвет волос, тогда они заменили ее на морскую.

В их доме за прошлое лето побывало три сотни девушек. Впечатляющее количество, о котором Грант постоянно упоминал в разговоре. В начале сезона Грант и Пол поехали в магазин Bed Bath & Beyond, чтобы купить полотенца и простыни для всех кроватей в особняке. Они смеялись на кассе, потому что по их чеку можно подумать, что они закупаются для университетского общежития. Как-то раз в выходные у них тусовались двадцать шесть девушек. Разместить их всех на ночь они не могли, и тогда они воспользовались планом Б. Они поставили девушкам палатки во дворе особняка. Именно тогда Грант начал в шутку называть особняк «лагерем для моделей». Потому что у них никогда не тусовались просто обычные девушки. Все они были красивые, высокие, худые… настоящие модели или «хорошие гражданские».

Для того чтобы заполнять лагерь девушками каждые выходные, требовалась слаженная работа всех трех мужчин. Если кто-то из девушек хотел привести подругу, они уточняли, кто это, чтобы заранее проверить ее профиль в Facebook или в Instagram[71], потому что важно было убедиться, что она была высокой и красивой. Грант и вовсе приглашал девушек только после того, как видел их лично. Ну а если к ним в особняк хотел приехать парень, то он был обязан привести с собой как минимум трех первоклассных красоток. У большинства друзей Гранта были свои особняки в Хэмптонсе, поэтому если он хотел с ними повидаться, он мог просто навестить их, заехав к ним в гости.

– Ты умная девушка, – сказал мне Грант, когда мы познакомились, – так что, может, ты поймешь. Некоторые люди думают, что все это ради секса. Но это не так. Это про то, чтобы в доме были красивые девушки. Правильные.

Сорокашестилетний Грант – предприниматель в технической сфере. Его рост был около ста семидесяти сантиметров, он был лысым, с небольшими морщинами и поразительно отличался фигурой от девушек, тусовавшихся в его доме. Несмотря на свой небольшой рост, он идеализировал высоких девушек, ему нравилось, когда высокие девушки на высоких каблуках затмевали его.

– Мне это нравится, – сказал он как-то ночью в одном из клубов на Метпекинг, смотря вверх на девушек, возвышающихся над ним, – потому что я люблю женщин.

Вскоре после нашего знакомства с Грантом я брала интервью у Дональда, совладельца особняка. Дональд пригласил меня в гости на выходные. Я поблагодарила его и сразу предупредила, что участие в моем исследовании конфиденциальное, так что я не буду использовать их настоящие имена. Он тут же осадил меня:

– Погоди, ты, кажется, не поняла. Ты думаешь, я приглашаю тебя потому, что ты писатель, но я приглашаю тебя, потому что ты сексуальная девушка.

– Я бы хотела описать происходящее на этих выходных в своем исследовании, – говорю я.

Дональд пожал плечами:

– Ты можешь быть здесь на выходных, чтобы подзагореть.

Мы поцеловались на прощание и разошлись, ну а в выходные я села на автобус Midtown Hampton Jitney, который шел до Хэмптонса, и поехала в модельный лагерь. Попав туда, я открыла для себя разнообразные мужские стратегии использования девушек.

С конца XIX века Хэмптонс был местом отдыха богатых жителей Нью-Йорка. Именно тогда представители старых и новых денег преобразили когда-то тихие фермерские угодья в летнюю колонию дорогих особняков. Вдохновляясь этими событиями, Фрэнсис Скотт Фицджеральд придумал героя – Джея Гэтсби, который был сомнительным нуворишем и бизнесменом с умопомрачительными вечеринками, которые он закатывал, чтобы показать всем в Лонг-Айленде, а особенно своей потерянной возлюбленной, свое могущество.

Бум, который случился на Уолл-стрит в конце 80-х – начале 90-х годов, привел к появлению новых буржуа на Манхэттене. Они мечтали о дорогой собственности и предметах роскоши и культуры, так что Хэмптонс стал излюбленным местом финансистов и представителей бизнес-элиты, которые искали себе летние резиденции. Сегодня Хэмптонс пользуется популярностью у миллиардеров-финансистов (например, у Джорджа Сороса), представителей политической элиты (например, Клинтона) и представителей развлекательной сферы (вроде Расселла Симмонса)[72]. Вечеринки на Лонг-Айленде продолжаются и после рассказов о Гэтсби, вот только попасть на них становится все сложнее.

– Если ты не высокая, не красивая и не богатая девушка, то ты не можешь получить приглашение на вечеринку. Это кастовая система, – рассказывает Дональд про тусовку в Хэмптонсе. Он не утверждает, что это правильный подход, но лично он сильно выигрывает от того, что у него есть доступ в этот мир.

Дональд – бизнесмен, так что девушки интересуют его исключительно с прагматичной точки зрения. Ему шестьдесят лет, у него подтянутая фигура, и всю свою жизнь он проработал в частной инвестиционной компании на Уолл-стрит. Он не был китом, скорее, он неженатый представитель нью-йоркской элиты, а также завсегдатай тусовок, которые прекрасно сочетались с его работой. Будучи корпоративным инвестором, он постоянно искал компании, в которые стоит инвестировать. За два дня в Хэмптонсе Дональд посетил роскошную вечеринку под открытым небом, организованную Лу Фоллоу, главой инвестиционной компании, одну VIP-вечеринку в ночном клубе, а также бранч у бассейна в особняке у Лу Фоллоу.

– Хорошо, когда тебя приглашают на подобные мероприятия, – сказал он, подчеркнув важность вечеринок в Хэмптонсе для его карьеры. В течение всех выходных Дональд пожимал руки фондовым менеджерам, крупным предпринимателям и главам как небольших стартапов, так и по-настоящему больших бизнесов.

Дональд не ходил в клубы и на вечеринки с целью поиска клиентов. Он считал, что, если ты хочешь, чтобы твоя сделка была успешной, надо пригласить клиента на ужин или выпить по бокальчику. Перспективных клиентов он мог также позвать на вечеринку в клуб или поиграть вместе в теннис. К тому же подобные мероприятия помогали укреплять связи с теми, с кем бизнес-отношения уже были налажены. Дональд всегда считал, что, когда кто-то в клубе заказывает много бутылок и швыряет деньги на ветер, это скорее всего еще совсем парнишка, который хочет выпендриться и похвастаться тем, чего у него в реальности нет.

– Мне всегда интересно, есть ли у него деньги на самом деле и сколько денег у него есть? – сказал он как-то про одного парня в Сен-Тропе, который поливал шампанским гостей клуба.

А вот находиться в Хэмптонсе для Дональда не было ни актом хвастовства, ни постоянным поиском бизнес-партнеров. Это для него было нормой из-за принадлежности к миру элиты. Для него это была