Читать книгу - "Блокада Ленинграда. Три страшных года в документах с комментариями - Николай Лукьянович Волковский"

ЦАМО РФ. Ф. 3. Oп. 11556. Д. 10. Л. 23

Ключевая деталь в документе: приостановить операцию и предоставить новый план. Ставка никогда не отказывалась от идеи форсирования Невы, безуспешно пытаясь оказывать давление на немецкие силы на левом берегу. Однако главнокомандование не смогло придумать ничего лучше, чем продолжить форсировать реку в том же самом месте, откуда советскую армию выдавили в начале 1942 года.

О выводе 2-й ударной армии из окружения

ДИРЕКТИВА

Ставки ВГК № 170629 командующему войсками

Волховского фронта

29 сентября 1942 г.

В продолжение нескольких дней командование Волховского фронта и 2-й ударной армии не может дать точного и ясного ответа о положении с проходами южнее дороги Гайтолово, Келколово.

В результате такой преступной беспечности и лживой самоуспокаивающей информации об обстановке создается впечатление, что ничего особенного не произошло, войска можно вывести по проходу южнее дороги Гайтолово, Келколово. На самом деле войска в этом проходе ввязываются в бой с какими-то неизвестными «мелкими группами» противника. Причем при наличии совершенно свежих, пополненных 314 сд, 73 сбр и пяти выходящих с запада дивизий, эти группы не уничтожаются, а продолжают закупоривать горловину и не допускают вывода войск 2-й уд. армии.

Такое положение может существовать только в результате отсутствия управления войсками. Как видно, командование фронта и 2-й уд. армии не хотят признать всей серьезности обстановки западнее р. Черная и в горловине юго-западнее Гайтолово, не хотят взять непосредственно на себя руководство выводом частей 2-й уд. армии, а отделываются оторванными от действительной обстановки приказами о якобы возможном выводе войск 2-й уд. армии в район восточнее Гайтолово.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. К 10.00 29 сентября 1942 г. по-честному донести об истинном положении частей западнее р. Черная и о наличии проходов в горловине юго-западнее Гайтолово.

2. Взять непосредственно на себя и свой штаб руководство выводом 2-й ударной армии в районе восточнее Гайтолово.

Подробный план вывода войск представить к 18.00 29 сентября 1942 г.

По поручению Ставки Верховного Главнокомандования Начальник Генерального штаба ВАСИЛЕВСКИЙ

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Oп. 3408. Д. 72. Л. 217–218. Подлинник

Во время третьей Синявинской операции (август — октябрь 1942) планировалось прорвать окружение Ленинграда с помощью наступления 2-й ударной армии к вновь открывшемуся Невскому пятачку. Хорошо развивавшиеся поначалу боевые действия были замедлены немецкой обороной, а фланги не расширялись и не были достаточно укреплены. По сути, командование совершало ту же самую ошибку, что и во время проведения Любанской наступательной операции, закончившейся полным окружением армии и пленением Власова. 29 сентября 1942 года немецкие части отрезали большую часть сил 2-й ударной от сообщения с фронтом в районе Гайтолово. Солдаты были вынуждены отступать без четкой организации и поддержки Волховского фронта, идти через болота и торфяники. Противоречивые данные не позволяют определить точные безвозвратные потери: полагают, что это могло быть от 5 до 20 тысяч человек. 2-ю ударную армию на протяжении всего 1942 года преследовала серия различных окружений. Главная причина этого — нежелание командования учиться на предыдущих ошибках: фланги прорывающейся группы не укреплялись и не расширялись. Руководство фронтов хотело показать Ставке и Верховному быстрый результат, направляя основные силы в ударный кулак, который должен был быстро дойти до цели.

«Имеет большой интерес… по поучительности допущенных ошибок»

ВЫПИСКА

из приказа наркома ВМФ № 0903 об итогах операции,

проведенной Ладожской военной флотилией

23 октября 1942 г.

9 октября с. г. на Ладожском озере проводилась операция, которая имеет большой интерес для всех флотов, во‑первых, из-за ее чисто морского характера и, во‑вторых, по поучительности допущенных в ней ошибок.

Задачей операции являлись поиск и уничтожение катеров противника, создававших угрозу нашей коммуникации в южной части Ладожского озера (между Новой Ладогой и Осиновцем). Выполнение операции было возложено на три группы катеров «МО». Две группы, каждая по два катера «МО», ночью находились в дрейфе у западного побережья озера в районе о. Коневец, в ожидании встречи с противником, а третья группа, в составе 3-х катеров «МО», производила ночной поиск в восточной части озера в районе Крестово-Габаново. При этом две группы катеров, стоявших в районе о. Коневец, действовали вне видимости друг от друга.

Весь замысел этот имел три принципиальных ошибки.

Первой ошибкой являлось выделение для операции явно недостаточных сил. Было хорошо известно, что катера противника не ходят в одиночку, а действуют довольно значительными группами, а как минимум — парами. Так, 29 сентября канлодка «Лахта» имела перестрелку с двумя катерами, а 1 октября канлодка «Нора» с другими судами вела огонь по 17 катерам. Поэтому выделение в операцию 7 катеров из имевшихся 16 было явно неправильно.

…Второй ошибкой, усугублявшей первую, было распыление и без того недостаточных сил на двух направлениях (западное и восточное побережье озера), настолько удаленных друг от друга, что какое-либо взаимодействие между ними исключалось. Результатом этого явилось то, что на одном направлении действовало всего 4, а на другом 3 катера, что для решения задачи было совершенно недостаточно и должно было быть очевидным даже без всякого расчета.

Третьей ошибкой явилась идея решения задачи обнаружения противника двумя парами катеров, стоящими в западной части озера на стопе, или, как это было названо, в «засаде». Общеизвестно, что поиск, особенно при малых видимостях, требует движения для перекрытия некоторого района, где может находиться противник, т. е. что противника, если его, конечно, хотят найти, надо искать, а не ждать.

…Плохой расчет и из рук вон плохая организация операции привели к тому, что самый быстрый элемент участвовавших в операции сил — авиация — прибыл на нужное место последним. Взаимодействия и здесь не получилось.

В итоге вся операция в целом с исключительной наглядностью иллюстрирует последствия, к которым приводят поверхностные и неграмотные расчеты, небрежная организация операции, нежелание или неумение тщательно анализировать обстановку и взвешивать возможности своих сил. Исключительно плохим выглядит и руководство всей операции, которое вместо организованных взаимно увязанных действий всех сил допустило самотек и не оказалось способным управлять действиями разъединенных сил.

…Не могу обойти молчанием и отчет, представленный по операции штабом КБФ. Отчет этот, вообще говоря, затушевывающий и замалчивающий перечисленные выше многочисленные безобразия и ошибки, имеет выводы. Всего этих выводов 11, но ни один