Читать книгу - "Чёт-нечет. Раздел старинного имения, или Пособие по новейшей литературе - Захар Прилепин"

Дмитрий Быков в числе прочего сказал следующее: «…Махно-истерик – отчасти он немного похож на тех персонажей Гуляйполя, которых мы сегодня наблюдаем в самопровозглашённых республиках. Это тот же самый типаж. И в этом типаже, конечно, есть своеобразное достоинство, страшное количество истерики и очень много зверства. Это меня резко отвращает от подобных типажей…»

В этом быковском высказывании, что называется, «прекрасно всё».

Быков последовательно, упрямо, каким-то одним своим очень зорким глазом видел «истерику» и «зверство» только в самопровозглашённых республиках Донбассса – и никак не мог заметить хоть что-то подобное в украинских нацбатах.

Скорей, можно было говорить о том, что Махно из книжки Алексея Николаевича Толстого «Хождение по мукам» оказался похожим на то, какими Дмитрий Быков хотел бы видеть звероватых ополченцев из «самопровозглашённых республик». Но это ж про психику Быкова разговор, и больше ни про что.

Если б в наши дни вдруг явился Разин, и его б подвели к самым очам тех, кто вдруг стал печалиться о его отсутствии, – например, к очам Чертанова и его соавтора Быкова, – они б его не узнали! Они б напугались его!

Между тем, Чертанов предложил в своём исследовании весьма оригинальную, если не сказать комичную, концепцию разинского бунта. Автор настаивает, что Разин, вопреки распространённому мнению, не трогал «домовитых» (богатых) казаков. Чертанову искренне хочется считать, что Разин полюбил бы их – городских буржуа (которых, понятное дело, тогда ещё не было – но сейчас-то они уже есть, и даже сочиняют про Разина книги).

Увы, автор не прав.

В исторических документах есть множество упоминаний о том, что Разин не просто грабил, но и неоднократно убивал домовитых казаков, отказывавшихся присоединяться к его войску.

Чертанов слишком много внимания уделил чтению художественных романов о Разине – и элементарно не прочитал знаменитый четырёхтомник исторических свидетельств о разинском восстании.

К финалу чертановской книжки стала заметна и другая, не менее комичная, тема: автор напирает на то, что «возмущённые горожане» были основной группой поддержки Разина. А вот насколько массово были представлены крестьяне в его войске – вопрос, по Чертанову, дискуссионный.

Увы, друзья мои, и здесь автор далёк от реальности. По большей части бунт был делом рук именно крестьянства и посадских. Казаки, и тем более «возмущённые горожане», в его войске составляли меньшинство.

Чертанову явно недостало кого-нибудь вроде Разина в качестве участника, а желательно организатора либеральных митингов «возмущённых горожан» «нулевых» и начала «десятых».

Не менее заметно, что Чертанова весьма заинтересовала история о том, как Разин переписывался с левобережными и правобережными запорожскими атаманами, призывая их присоединиться к его антимосковскому бунту.

Запорожцы два года вели с Разиным активнейшие переговоры, что-то ему обещали, – но так и не подтянулись.

Позже правобережный гетман Пётр Дорошенко, напротив, предложит свои услуги российскому государю в истреблении Разина. Однако природная хитрость счастья запорожским атаманам не принесла: их и самих в итоге Москва схарчила.

Несколько меньше вдохновила Чертанова другая история.

После первого своего пиратского похода к берегам Персии Разин отправил посольство к государю Алексею Михайловичу и предложил ему свою службу. Давай, государь, сказал Разин, я завоюю для тебя ту же самую Персию, или, например, Крым. Не желаешь ли Крыма, государь?

Алексей Михайлович подумал – и отказался.

А зря; красиво бы получилось. И Разина никто бы не предал анафеме, и песни бы о нём сложили по совсем другим поводам.

Но всё было, как оно было. Без Крыма мы в любом случае не остались.

Да и наследники у Разина не перевелись – просто они иначе выглядят, чем желал бы Максим. Или как там вас, автор.

В любом случае: благодарю за книгу. Жаль, что у вас в тексте женские уши торчат иногда. Но это даже по-своему очаровательно.

…Особенно Чертанова тронула история с персидской пленницей, которую Разин утопил. Мифу об атамане и персиянке посвящена самая большая глава в книге. И, надо сказать, самая увлекательная глава.

Очень своевременная книга

Рустем Вахитов: «Ленин и мы. Разоблачение мифов»[23]

Книга Рустема Вахитова – энциклопедия удивительных фактов и свидетельств о Ленине. И старательный разбор лжи, глупостей и благоглупостей, что накопила несчастная русская (и мировая) мысль в минувшее со смерти вождя столетие. Порой даже чересчур старательный разбор, но едва ли это можно поставить в укор замечательному автору.

Читаешь всё это – и думаешь: как же мы всё-таки одичали. Как мы вообще до такого докатились?

Ленин – самый издаваемый в мире мыслитель. Безусловно актуальный, иначе зачем бы отдельные люди ежегодно тратили тонны бумаги и бессчётные часы личного времени, чтобы оспорить Ленина, принизить его, осмеять его.

Ленин – один из самых знаменитых в мире русских, наряду с Достоевским, Чеховым, Львом Толстым, Чайковским. Наряду со Сталиным и Юрием Гагариным.

Для мира фигура Ленина значит безусловно больше любого иного нашего правителя, потому что Ленин – планетарен. Как бы ни восхищались мы русскими князьями, нашими царями, нашими императорами, для большинства людей иных стран и континентов имена Дмитрия Донского, Ивана Грозного, Екатерины Великой, Александра I могут иметь интерес исключительно исторического толка. Едва ли кто-то на планете в хоть сколько-нибудь серьёзной мере может определить судьбу своего народа деяниями и трудами любого из вышеназванных.

Ленин же радикально изменил жизнь всего человечества. Пожалуй, даже в большей степени, чем Македонский, Чингисхан, Наполеон.

Для одних народов Ленин определил цель, куда эти народы, пусть и с переменным успехом, движутся по сей день.

Для других же – скорей, даже не народов, а правительств и политических сил, – Ленин обозначил цель, куда двигаться они категорически не хотят. При том, что течение эпохи всё равно сносит их в ту сторону (неважно, как мы назовём это: «социализм», или «ленинизм», или «большевизм», или «коммунизм», или «антиколониализм», – суть ясна).

Ленин – организатор одной из двух, наряду с французской, самых знаменитых и значимых революций в мировой истории.

Положа руку на сердце: разве политические и военные оппоненты Ленина – от Керенского до Корнилова, Деникина и Врангеля – имеют хоть малейшие шансы в исторической перспективе, хоть по одному, хоть совместно «перевесить» мировое значение Ленина?

Нет, конечно. Таких шансов нет ни у них, ни даже у тех русских мыслителей, что оппонировали Ленину. Мы вправе ценить, скажем, Ивана Ильина или Дмитрия Мережковского, но едва ли приходится всерьёз говорить, что эти наши философы имеют актуальное значение для мироустройства иных народов.

При этом Ленин ещё и породил целую генерацию всемирно известных последователей, для которых его авторитет навсегда остался неоспоримым. Причём не только Ленин,