Читать книгу - "Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г. - Булат Файзрахманович Султанбеков"

вопроса о левых. Некоторые поняли так, что я высказывался и критиковал выступления так называемых левых коммунистов, ответственных работников, и тем становился как будто бы на положение правого коммуниста. По этому вопросу я хочу дать исчерпывающую справку и изложить свой взгляд. Я сам себя причисляю к левым, т. е. если коммунистическая партия считается левой, я считаю себя тоже таким левым и имею к этому не словесное только, личное заявление, а исторические данные. Например, относительно моей работы в 1919 году. Недавно в заграничной газете «Дни», была напечатана статья, где говорится о том, что в 1919 году я в Туркестанском ЦИК предлагал для спасения голодающего туземного населения, количеством несколько миллионов, реквизировать все излишки выше трудовой нормы и все имущество у всех, без различия национальностей, для того, чтобы накормить голодных. Таково было мое предложение. Это верно. Но ЦИК, возглавлявшийся русскими жел.-дор. рабочими, отвергнул мое предложение. В дальнейшем я также мог бы привести из моей работы сколько угодно примеров в этом отношении. Когда кто-либо считает себя левым, он ссылается не только на ту или иную работу, но и на свое социальное происхождение. А как я понимаю левых? Я не говорю, что левых не должно быть, что с левыми нужно бороться и т. д. Левые левым рознь. Есть левые, которые стоят на известной принципиальной позиции и вполне уясняют свои, взгляды. Например, на Востоке молодежь. Молодежь там самый приемлемый и самый коммунистический слой, из которого мы должны черпать силы и пополнять ряды партии. Эта молодежь стоить на принципиальной позиции. Она борется со всяким уклоном в сторону феодализма, в сторону духовенства, в сторону буржуазии. Но совершенно другое дело, когда человек неизвестного происхождения, попавший в ряды партии, называет себя левым коммунистом, гнет левую линию и предлагает упразднить автономные республики, предлагает осуществить немедленно коммунизм и т. д., не считаясь с су шествующей обстановкой, — это уже не левизна, это уже контрреволюция против Советской власти, и о таких левых я и говорю здесь, и о них сколько угодно фактов имеется в туркестанской действительности. Были левые, бывшие вчера правыми, которые прежде заявляли, что во взглядах сходятся сданным составом правительства, а на завтрашний день, после смены правительства, как в 1920 году, ставшие левыми, с тем, чтобы получить какой-нибудь пост. Таких фактов было сколько угодно. Против таких людей, которые афишировали себя левыми, т.к. хотели пост получить, нужно бороться. С такими левыми, которые хотят создать басмачество, хотят оттолкнуть от нас крестьянские трудовые слои — кустарей на Востоке, с такими левыми нужно бороться. Совершенно другой вопрос — люди, стоящие на точных позициях нашей партии, люди, ориентирующиеся на действительно трудовые слои, — против таких людей никто не высказывается. Я сам себя причисляю к таким людям.

И вот вам факт, происшедший здесь. Перед открытием собрания со стороны одного из левых — по крайне мере он так себя называет — тов. Саид-Галиева вносится предложение, чтобы первый вопрос — о Султан-Галиеве — перенести на второе место, потому что те кто сочувствует Султан-Галиеву, не будут высказываться открыто. А если на второе место перенести, можно их поймать чекистским путем и можно потом арестовать их. Я думаю, такое отношение к собравшимся здесь, в большинстве возглавляющим в данный момент высшие партийные и советские органы в республиках, такое отношение, пренебрежительное и возмутительное даже, недопустимо. Недопустимо ловить каких-то контрреволюционеров среди здесь сидящих людей, которые все почти известны Центральному Комитету, и потом делать ссылки на свои заслуги в продразверстке и упрекать меня за то, что я не соглашался на уничтожение автономных республик. О чем все это говорит? Это говорит о карьеризме, а не о принципиальной линии. Они говорят, что автономные республики нужно уничтожить и, однако, партия на XII съезде об этом не говорит, а говорит о другом, о широком привлечении трудовых масс в окраинах, если таковые еще не привлечены. Если сейчас выступать с таким предложением, это значит в Туркестане создавать контрреволюцию и укреплять позицию басмаческого движения. На такие собрания и по таким общим вопросам выносить свои татарские дела, свою татарскую склоку не следует. Дело Султан-Галиева совершенно никакого отношения не имеет к Востоку, к подлинному Востоку, никакого отношения не имеет к Средней Азии. Заниматься своими внутренними делами на таких больших собраниях не следует. Тут указывалось, что как будто бы я говорил, что левым нет места на Востоке, что левые не должны ехать работать на Восток. Я об этом не говорил, но я говорил, что левые, которые поедут на Восток и будут там гнуть левизну, не считаясь с обстановкой, и создавать этим контрреволюцию, — конечно, таким левым там не место. Но если ответственные работники будут стоять на известной принципиальной позиции, позиции, координированной с существующей обстановкой, и проводить свою коммунистическую точку зрения, конечно, против них никто не будет высказываться.

Что касается правых, то я совершенно не защищал правых коммунистов или имеющих правый уклон. Была масса случаев, когда из состава туземных коммунистов правого уклона были перешедшие на сторону басмачества. В частности, здесь указывалось на Усман-Ходжаева, но он со мной не работал. Это, кажется, бухарский работник.

Троцкий. Пред-ЦИК.

Рыскулов. Ничего общего с Усман-Ходжаевым я не имел. Другие, может быть, имели. Валидова я видел в 1920 году, мы совещались по тем вопросам, которые ставились в Центральном Комитете, но тогда Валидов занимал высокий пост, тогда с Валидовым Центральный Комитете сам считался. Валидов руководил Башреспубликой. Я не знаю, кто такой был прежде Валидов и, поскольку ЦК сам относился к нему с доверием мы не могли подозревать, чтобы с Валидовым могло случиться что-либо впоследствии.

Спрашивают, почему я не указал на проступки Султан-Галиева? Конечно, верно, что его надо осудить и резолюция ЦКК вполне правильна. Но я об этом много не распространялся, потому что и без меня достаточно людей, и без меня ЦКК вполне разработал это обвинение, так что особенно выпячивать тот момент, что Султан-Галиева нужно чуть-ли не расстрелять, я в этом заседании, чтобы показать лишь себя, не хочу. Резолюция, вынесенная ЦКК, совершенно правильна и никакого смягчения здесь быть не может. Но смешивать Султан-Галиев с теми работниками, с которыми он переписывался и сваливать все в одну массу, — не следует. Нужно быть осторожным. Возможно, что найдется ряд работников, которые сходились во взглядах с Султан-Галиевым. Относительно тов. Скрыпника, говорившего, что необходим пересмотр состава работников всех автономных республик и областей, чтобы так называемых левых сажать, а имеющих правый