Читать книгу - "Генералиссимус - Владимир Васильевич Карпов"

6 августа 1945 года США сбросили первую атомную бомбу на Хиросиму (убито 100 000 человек, более 37 000 тяжело ранено, 235 000 получили травмы). 9 августа США сбросили вторую атомную бомбу – на Нагасаки.

Сталин понял: теперь США будет использовать свой приоритет для достижения политических и экономических целей, атомная дубина в их руках с каждым днем будет опаснее и может привести к войне с предсказуемой победой. Надо было во что бы то ни стало в кратчайшие сроки лишить американцев монополии на атомное оружие.

18 августа Сталин созвал на экстренное совещание тех, кому он решил поручить это ответственное дело. После всестороннего обсуждения было принято Постановление Государственного Комитета обороны СССР за № 9887 сс/оп «О специальном комитете при ГОКО». Вот несколько пунктов из этого документа:

«…Возложить на Специальный комитет при ГОКО:

– руководство всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана;

– развитие научно-исследовательских работ в этой области;

– широкое развертывание геологических разведок и создание сырьевой базы СССР по добыче урана, а также использование урановых месторождений за пределами СССР (в Болгарии, Чехословакии и др. странах);

– организацию промышленности по переработке урана, производству специального оборудования и материалов, связанных с использованием внутриатомной энергии;

– строительство атомно-энергетических установок и разработку и производство атомной бомбы.

…Поручить тов. Берии принять меры к организации закордонной разведывательной работы по получению более полной технической и экономической информации об урановой промышленности и атомных бомбах, возложив на него руководство всей разведывательной работой в этой области, производимой органами разведки (НКГБ, РУКА и др.).

Председатель Государственного Комитета Обороны

И. Сталин».

Под руководством Б.Л. Ванникова начала создаваться новая отрасль промышленности – атомная, в которую из других наркоматов, в соответствии с постановлением ГКО, были переданы и перепрофилированы некоторые НИИ, КБ, строительные организации и промышленные предприятия.

Создан Ученый совет, в который вошли, по рекомендации Сталина: Алиханов, Ванников, Иоффе, Завенягин, Капица, Кикоин, Курчатов, Харитон, Махнев.

– Совет должен быть настоящий, научный, полезный – не заниматься говорильней, – определил Сталин.

Сталин постоянно следил и помогал работе ученых, он оказался дальновидным и насчет «говорильни», и однажды устранил серьезный конфликт, наметившийся между администраторами и учеными.

По этому поводу Сталину написал письмо академик Капица:

«Товарищи Берия, Маленков, Вознесенский ведут себя в особом комитете как сверхчеловеки. В особенности тов. Берия. Правда, у него дирижерская палочка в руках. Это неплохо, но вслед за ним первую скрипку все же должен играть ученый. У тов. Берии основная слабость в том, что дирижер должен не только махать палочкой, но и понимать партитуру. С этим у Берии слабо… У него один недостаток – чрезмерная самоуверенность, и причина ее, по-видимому, в незнании партитуры. Я ему прямо говорю: «Вы не понимаете физику, дайте нам, ученым, судить об этих вопросах», на что он мне возражает, что я ничего в людях не понимаю. Вообще наши диалоги не особенно любезны. Я ему предлагал учить его физике, приезжать ко мне в институт. Ведь, например, не надо самому быть художником, чтобы понимать толк в картинах […].

…У меня с Берией совсем ничего не получается. Его отношение к ученым, как я уже писал, мне совсем не по нутру.

…Следует, чтобы все руководящие товарищи, подобные Берии, дали почувствовать своим подчиненным, что ученые в этом деле ВЕДУЩАЯ, а не подсобная сила… Они (руководящие товарищи) воображают, что, познав, что дважды два четыре, они постигли все глубины математики и могут делать авторитетные суждения. Это и есть первопричина того неуважения к науке, которое надо искоренить и которое мешает работать […]

Мне хотелось бы, чтобы тов. Берия познакомился с этим письмом, ведь это не донос, а полезная критика. Я бы сам ему все это сказал, да увидеться с ним очень хлопотно…»

Сталин ответил академику. Он вызвал Берию и показал ему письмо Капицы. Можно легко представить, как оно взбесило «маршала КГБ» при его неограниченной власти.

Но Сталин сказал:

– Учти и помирись.

Берия поехал к Капице в институт, подарил ему уникальное охотничье ружье.

Настырный академик в беседе еще раз выложил Берии все, что о нем думает. Он согласился продолжать работу в Спецкомитете только при условии, если ученые будут основной силой, а все остальные – подсобной, помогающей им.

Берия на все был согласен. Но он не был бы самим собой, если бы не затаил злобу на Капицу. Постепенно, день за днем, он «дул и дул в уши» Сталину, что этот академик ненадежный человек, он настроен антисоветски, может стать предателем. В конце концов Берия своего добился. Сталин сказал:

– Я его выведу из Комитета, но ты, Лаврентий, его не трогай. Никаких арестов и обысков.

Капицу из Комитета вывели, и он спокойно дожил свой век. Пережил Берию – умер в 1984 году, стал дважды Героем Социалистического Труда (1945, 1974 гг.)…

29 августа 1949 года в 6 часов утра на Семипалатинском полигоне была взорвана первая советская атомная бомба.

О подготовке во всех деталях докладывалось Сталину по ВЧ. И когда все было, как говорится, на взводе, он благословил.

Атомная монополия США была ликвидирована. Создание атомных бомб и ракет, способных доставить их через океан, поставлено на массовое производство. Сталин и на этот раз своего достиг – он спас не только свою страну, но и все человечество от американской атомной дубины.

Разгром Японии

Бытует мнение, что Сталин после победы над Германией отошел от военных дел – это не верно. Наряду с огромной работой по восстановлению народного хозяйства он продолжал выполнять обязанности Верховного Главнокомандующего. Война с Японией легла на его плечи в полном объеме.

Впервые о войне с Японией Сталин заговорил еще при подготовке завершающих операций против Германии. Перед взятием Кенигсберга Сталин сказал Василевскому:

– В Ялте мы договорились о войне на Дальнем Востоке против японцев. Уже сейчас надо готовить к переброске туда несколько лучших армий. Их мы возьмем в том числе и из Восточной Пруссии. Я хочу, чтобы именно вы наметили эти армии. Ставка предполагает поручить вам руководство боевыми действиями против японцев…

Такого Александр Михайлович не ожидал, и недоумение, конечно, отразилось на его лице. Сталин заметил это.

– Вы что же, недовольны? – спросил он настороженно. – Или считаете себя недостойным этой миссии?

– Скорее второе. По должности начальника Генштаба я, конечно, изучал Дальневосточный театр военных действий, занимался им, но никогда не служил на Дальнем Востоке, не знаком с особенностями этого района, не