Читать книгу - "Рассказы из русской истории. Поэты Империи - Владимир Ростиславович Мединский"

намечается четверная дуэль.

Далее все как в кино. Звучит команда «К барьеру!». Кавалергард — его аж трясет от ревнивого бешенства — стреляет сразу, не делая первого шага. Промахивается. Пуля оторвала воротник сюртука Завадовского. Смерть прошла в одном сантиметре.

А тот, негодник, подождал, пока соперник приблизится к барьеру вплотную. Затем подошел сам (а дрались с очень близкого расстояния — шесть шагов) и выстрелил корнету прямо в живот[83]. Грибоедов и Якубович, видя этот ужас, стреляться не стали. По правилам тогдашней «чести» они и не были обязаны: требовалось в первую очередь оказать помощь раненому. Договорились перенести вторую дуэль на следующий день. Кавалергарда повезли к врачу. Вскоре он в мучениях скончался.

Его отец, представитель прославленной древней фамилии, отправился на прием к государю-императору Александру I с просьбой не наказывать Завадовского. Сказал, что его сын идиот, стал стреляться из-за какой-то танцорки и сам виноват в своей смерти.

Завадовского наказали мягко: он был вынужден временно уехать за границу, а Якубовича отправили из гвардии на Кавказ.

Целился в ногу, попал в мизинец

Грибоедова же вызвали к министру иностранных дел и сообщили о назначении в дипломатическую миссию в Персию. По сути, это тоже ссылка — на Восток[84]. Кстати, рассматривался и другой вариант. Хотели его отправить еще дальше, в только-только создающееся посольство России в Соединенных Штатах Америки. Но тогда США — периферия цивилизованного мира. Грибоедов предпочел Персию. Хоть и опасно, но, по крайней мере, будешь иногда ездить в Петербург с докладами и депешами.

На Кавказе он как чиновник Министерства иностранных дел попадает в оперативное подчинение генерал-губернатора и кавказского наместника Алексея Ермолова[85].

Там в ставке генерал-губернатора Грибоедов лицом к лицу сталкивается… с сосланным Якубовичем. И тут же на месте они вновь решают довести дело до конца — стреляться. Прямо в квартире. Слава Богу, секунданты уговорили перенести дуэль на свежий воздух, чтобы было хоть какое-то расстояние между стреляющимися.

Дж. Доу. Портрет А. П. Ермолова. 1825

Не уследил за подчиненными

Секундантом Якубовича выступает Николай Муравьев[86] — будущий прославленный Муравьев-Карский[87] (кстати, тоже на тот момент член тайного общества).

Спустя несколько десятилетий он сам станет наместником на Кавказе.

Поехали за город. Якубович выстрелил первым. Пуля оторвала Грибоедову мизинец на левой руке. После этого он до самой смерти носил на руке специальную накладку. И даже как-то умудрился восстановить навык игры на фортепиано.

А сам он не воспользовался правом вызвать Якубовича к барьеру и выстрелить в упор. Тоже выстрелил с расстояния и промахнулся. Считается, что он сделал это сознательно, поскольку видел, что Якубович стрелял как бы «дулом вниз», т. е. не хотел его убивать. Целился в ногу, попал в мизинец. Грибоедов проявил встречное благородство — выстрелил издалека.

Закончилась бумага, но не вдохновение

Во время той первой поездки на Кавказ у Грибоедова были первые дипломатические успехи на переговорах с персами[88]. Ермолов их оценил.

Переговоры велись в основном с персидским наследным принцем, сам шах был очень далек от политики. В Тегеране у шаха было немыслимое число жен и наложниц, говорили, под тысячу. С таким хозяйством шаху было не до суетных политических вопросов, государством фактически руководил наследный принц[89]. Там же, на Кавказе, Грибоедов начинает работать над пьесой «Горе от ума». Закончит он ее позже, в отпуске, находясь в имении у своего друга[90].

Есть немало исторических анекдотов про то, как рождалось «Горе от ума». Вот самый известный из них. Грибоедов работал над каждым словом, у него была масса черновиков, и на каком-то этапе в имении друга просто закончилась бумага. Наверное, пьеса так и осталась бы незавершенной, но, к счастью, слуга нашел в соседнем городишке бумагу — желтую, не очень качественную. Зато много. Качество бумаги на качество пьесы никак не повлияло. Грибоедову удалось ее закончить.

Музейный автограф «Горя от ума» (название переправлено автором из «Горе уму»). 1-я страница

Поправка в названии меняет весь смысл

М. Ленин в роли Чацкого, А. Южин в роли Фамусова и В. Пашенная в роли Софьи. «Горе от ума» А. Грибоедова в Малом театре. 1915

Комедия «Горе от ума» всегда была визитной карточкой Малого театра (сайт maly.ru)

А еще он увлекался музыкой: сам сочинял, был блестящим импровизатором. В наши дни, вероятно, стал бы выдающимся джазменом.

Увы, записаны лишь два произведения Грибоедова. В том числе и знаменитый Вальс ми минор, который специалистами считается первым русским вальсом.

Самиздат XIX века

Вернемся к «Горю от ума». Комедия Грибоедова распространяется в списках. Она очень модная, ее читают вслух в салонах будущие декабристы, ее переписывают от руки. Но о публикации и тем более о постановке в театре даже речи идти не может[91].

Коль скоро мы упомянули декабристов… Грибоедов сам состоял в целом ряде тайных обществ. Но это были не декабристские общества, а всякие модные «масонские» ложи. Участвовать в них было интересно: круг общения соответствующий. В основном там обсуждались планы постепенного реформирования общества, вопросы образования, ну и поддержка друг друга по службе.

Помните, в «Горе от ума» Хлестова жалуется:

И впрямь с ума сойдешь от этих, от одних. От пансионов, школ, лицеев, как бишь их; Да от ланкарточных взаимных обучений.