Читать книгу - "Преподаватель - Юлия Хокка"

Пока мы ехали, колено Шефера время от времени задевало мое. И каждое случайное касание отзывалось внутри коротким, пугающим импульсом. Это еканье мне совершенно не нравилось. Олег Сергеевич – мой преподаватель, и влюбиться в него означало распрощаться с нормальной и спокойной жизнью.

Глубоко вздохнув, я спустила с плеч расстегнутую куртку – в вагоне было слишком жарко, и торопливо полезла в рюкзак за книгой. Нужно было срочно на что-то отвлечься.

– «Молчащий Агнец»?[1] – раздался рядом низкий, приятный голос.

Лишь через пару секунд до меня дошло, что Шефер обращается ко мне.

– Да, – обернулась я. – Вы читали?

Он был слишком близко. Настолько, что я уловила тонкий аромат ментола – должно быть, так пах его шампунь. Волосы Олега Сергеевича лежали чуть небрежно, но выглядели очень мягкими. Ему шла такая прическа, добавляла изюминку в общий, довольно строгий внешний вид. Как только наши взгляды встретились, я вздрогнула и невольно опустила глаза к его губам. На верхней, слева, виднелся маленький шрамик.

«Интересно, как он целуется?» – моментально возникла странная мысль.

«Прекрати немедленно!» – тут же одернула я себя, чувствуя, как краснею.

Так, а что он ответил, пока я болтала сама с собой? Пришлось напрячь мозг и вспомнить последнюю реплику Шефера.

– Да, около года назад. Как и все остальное у этого автора.

– Понравилось?

– Вполне. Севери Тумма хорошо пишет. Довольно необычный шведский детектив. Больше похоже на психологический триллер.

– Вообще… он финн, а не швед, – тихо поправила я. – И это действительно триллер.

– Буду знать. Не ожидал, что вы читаете что-то подобное, – хмыкнул Олег Сергеевич. – Жестокая история.

– Мне такое нравится, – я пожала плечами и стала разглядывать обложку, – и в литературе, и в кино. Триллеры – самый интересный жанр.

– Удивлен, что кто-то взял в поход книгу, – отметил он.

В его голосе прозвучало не то осуждение, не то неожиданное уважение.

– Почему?

– Обычно берут самое необходимое, чтобы не тяжело было.

– Для меня книга необходима.

Преподаватель коротко кивнул.

Не слишком ли пафосно прозвучало? Черт… Я же просто имела в виду, что люблю читать.

– Ой, Олег Сергеевич, а какая ваша любимая книга? – тут же замурлыкала Маринка.

Периферийным зрением я видела ее ненавидящий взгляд во время всего нашего небольшого диалога.

– Чаще всего я читаю что-то научное для работы, – без особого энтузиазма ответил он.

Илья Владимирович обратился к Шеферу, и я погрузилась в чтение, абстрагировавшись от происходящего вокруг. Однако периодически голос Олега Сергеевича или его случайные прикосновения возвращали к реальности.

Через пару часов мы прибыли на нужную платформу. Лес начинался сразу за ней. Илья Владимирович предложил нам разбиться по парам, и Рубинова тут же подскочила к Шеферу, а рядом со мной оказался Ильдар – парнишка, который сидел в поезде около одногруппницы.

Полуголые деревья тянули свои ветви к серому небу, казалось, еще немного, и самые высокие из них смогут дотронуться до низких тяжелых облаков. Легкий ветерок покачивал оставшиеся пожелтевшие листочки. Пахло сыростью и землей. На улице не было холодно, но было зябко, и я повыше застегнула молнию на куртке.

Илья Владимирович шел первым, Шефер с Мариной – последними. Бедный Олег Сергеевич. Даже меня утомила бесконечная болтовня Рубиновой, а ему еще и что-то отвечать этой курице приходилось. Даже глухой, слепой и тупой заметил бы, что она из кожи вон лезет, пытаясь заинтересовать преподавателя. Неизвестно, что творилось у Шефера в голове, но его редкие реплики не выдавали ни капли интереса к Маринке. Казалось, что он отвечал лишь из вежливости, непоколебимо держа дистанцию.

Группа в среднем темпе шагала по узкой тропе, виляющей среди бесчисленных стволов деревьев и кустарников. Пока в этом походе не происходило ничего интересного, но прогуляться на природе и подышать свежим воздухом – это всегда хорошо. Время от времени Илья Владимирович рассказывал нам что-то занимательное про лес и животных или забавные истории из прошлых вылазок.

Вскоре мы стали спускаться с холма, и дорожка пошла под уклоном. От постоянных дождей земляную тропинку развезло. Неудачно поставив ногу, я поскользнулась на грязи и, замахав руками, постаралась удержать равновесие. Сильные руки сжали мою талию сзади и спасли от падения.

– Спасибо, – смущенно бросила я через плечо Шеферу.

– Я привык, – с легким раздражением произнес он.

Очень неловко. Опять. Но, черт, я же не специально!

– Если хочешь, – обратился ко мне Ильдар, – можешь держаться за меня, пока не спустимся.

Я искренне поблагодарила парня и взяла его под руку. Мило с его стороны.

– Олег, можно я тоже за вас подержусь? – послышался за спиной противно приторный голос Рубиновой.

– Олег Сергеевич, – поправил ее преподаватель с нотками подавленной агрессии в голосе.

Через час я стала ощущать тяжесть рюкзака, спина начала побаливать, а плечи уже ныли вовсю. Через три часа окончательно забились мышцы нетренированных ног. Никому о своей усталости я говорить, разумеется, не стала, но сама уже чуть ли не молилась о привале.

Бабушка думала, что мы всей группой с преподавателями в Рязани, в Константинове, слушаем лекцию о Сергее Есенине, моем любимом поэте. Сеть в лесу не ловила, но я предупредила, что со звонками могут возникнуть проблемы. Мне не хотелось врать, однако в этой ситуации пришлось – решила сберечь свои и бабушкины нервные клетки.

Еще через какое-то время, окончательно выбившись из сил, я продолжала автоматически двигаться вперед, тупо глядя под ноги, и не заметила паутины. Зато, когда увидела огромного паука у себя на руке, сразу взбодрилась и, истерично пытаясь смахнуть его, случайно отскочила назад.

И снова врезалась в Шефера.

– Белокрылова, ну сколько можно? – проворчал он. – Вы это нарочно делаете, я не пойму?

– Простите, Олег Сергеевич! Боже, извините, мне так неловко. Я испугалась паука… – начала на ходу извиняться я. – Извините…

Вскинув подбородок, Шефер бросил на меня недовольный взгляд и ничего не ответил.

Да что ж такое…

Наконец пришло время привала. Илья Владимирович сообщил, что к вечеру мы выйдем к склону у речки и, пройдя чуть дальше нее, разобьем лагерь для ночлега, разведем там костер и сможем приготовить нормальную еду. А пока пришлось довольствоваться снеками и бутербродами. У многих с собой были термосы с чаем, у меня, к сожалению, нет, только вода. Жаль, хотелось бы попить тепленького.

Взгляд скользнул к Шеферу. Олег Сергеевич сидел на упавшем дереве и задумчиво собирал кубик Рубика, неспешно поворачивая его разноцветные составляющие. Ветер растрепал черные волосы преподавателя, и я не смогла заставить себя отвести глаз от легких волн его взлохмаченных прядей. Затем мельком взглянула на губы, которые почему-то не давали покоя. И все же интересно, откуда у него этот шрамик над верхней