Читать книгу - "Счастье летать - Амелия Эрхарт"

У всех на слуху истории о детях-переростках, чьи родители пытаются выдать их за несовершеннолетних ради скидки на проезд в автобусе. Авиакомпании тоже научились распознавать эти маленькие хитрости, но нам и в голову не приходило, что ту же уловку кто-то попытается проделать с собакой.

Когда мадам прибыла в аэропорт, ведя на поводке животное, напоминавшее, по словам очевидцев, упитанного теленка, сотрудники решили, что над ними издеваются.

«Вам придется держать его на коленях, – предупредил один из них, смерив зверя ледяным взглядом. – Иначе к полету не допустим». Пассажирка с недовольной гримасой забралась в салон и уселась под брюхом своего пса. Ему перелет наверняка доставил больше удовольствия.

На совести перевозчиков, само собой, тоже лежали известные оплошности. Был, например, случай, когда продавец цветов из фешенебельного магазина на Пятой авеню – большой энтузиаст авиатранспорта – отправил клиенту в Вашингтон великолепную корзину фиалок. Незадачливый стюард поставил драгоценную бандероль на радиатор, и в финале путешествия ее содержимое напоминало пучок унылого шпината, перевязанного серебряной лентой.

Сходная участь постигла мороженое, предназначавшееся для какого-то банкета. Одна нью-йоркская кондитерская выполняла заказ для клиентов из Филадельфии. В девять утра коробки погрузили на борт в аэропорту Ньюарк. Отправились строго по расписанию. Но во время промежуточной посадки в Филадельфии десерт по недосмотру остался в самолете и счастливо проследовал до Вашингтона. Там неопознанную посылку задержали и стали разбираться, что к чему. После долгих мытарств установили-таки, что пункт назначения – Филадельфия. Не могу поведать вам о дальнейших перипетиях. Знаю только, что в полседьмого вечера жидкая молочная субстанция была доставлена по адресу, где проходил – точнее, уже несколько часов, как прошел, – банкет, как немое свидетельство «выдающейся эффективности» авиаперевозок.

Наиболее распространенная ошибка, по крайней мере в первые годы, заключалась в продаже двух билетов на одно и то же кресло. Сами понимаете: когда в последнюю минуту выясняется, что пассажиров в десятиместном самолете одиннадцать, конфуз обеспечен.

Наша авиакомпания, как и любая другая, по необходимости покорялась диктату метеоусловий. Выше я уже говорила, что далеко не в любую погоду можно безопасно подниматься в воздух. Естественно, бывали дни, когда самолеты оставались прикованы к земле, и тогда рейсы приходилось отменять, а пассажиры нехотя спешили на железнодорожный вокзал.

Впрочем, чем дальше, тем больше капризы стихии теряют свою власть над авиацией. Приборы для слепого пилотирования делаются все совершеннее благодаря непрерывно проводимым испытаниям. Разработаны системы прогнозирования погоды и отправки метеосводок, значительно облегчающие летчикам задачу.

Так, например, Бюро погоды США несколько раз в час передает по воздушным трассам отчеты о состоянии атмосферы в различных пунктах страны. Получать эти бюллетени может любой аэропорт, оборудованный телетайпом.

Сведения о погоде не только передаются по телетайпу, но и ежечасно транслируются по радио. Таким образом, при наличии на борту необходимой аппаратуры пилот во время рейса может настроиться на известную длину волны и оперативно получить информацию о метеоусловиях в своем районе. Эти радиосводки, разумеется, можно прослушивать и находясь на земле. Передаются они, в отличие от упомянутых бюллетеней, не в зашифрованной, а в обычной словесной форме. Нередко в аэропорту устанавливают специальные звукоусилители, чтобы сообщения были отчетливо слышны всем, для кого это важно.

Распределением сведений от Бюро погоды непосредственно по воздушным трассам занимается федеральное Министерство торговли. Собственные метеослужбы имеются также у ряда крупных авиаперевозчиков. При выполнении рейсов их пилоты все время находятся на связи с соответствующими аэрологическими станциями и другими пилотами. Кроме того, с определенной периодичностью им сообщаются результаты метеонаблюдений, полученных в ключевых точках вдоль маршрута.

«Док» Кимбалл

От этих людей зависит всякая хозяйка, решившая устроить вечеринку на открытом воздухе. Их совета спрашивают организаторы боксерских состязаний и пикников Армии спасения. Их вердикта с нетерпением ждут фермеры, озабоченные посевами хлебов и кукурузы. Речь, как вы уже догадались, о синоптиках. Так вот, среди этой касты есть настоящий оракул, снабжающий сведениями весь летающий люд. Узнать перед началом рейса его прогноз не менее важно, чем проверить комплектность моторов.

Друг всех авиаторов, метеорологический гуру и философ, этот человек сам не летает, хотя в его руках судьба любого крупного рейса с территории нашей страны.

Именно он дает пилотам финальную отмашку.

«Как там с погодой? Что говорит доктор Кимбалл?» – эти фразы мы повторяли, словно заклинание, в те мучительные тринадцать дней, когда в преддверии перелета через Атлантику застряли в Трепасси.

Почти сразу по возвращении в Нью-Йорк мне удалось лично познакомиться с легендарным синоптиком. Я увидела немолодого человека с гривой седых волос над высоким лбом, приветливыми глазами и задумчивой улыбкой. Говорил он мягким приглушенным голосом, слегка растягивая слова на южный манер. Больше всего его интересовало, каковы были метеоусловия во время нашей экспедиции.

«Когда у вас появится свободная минутка… когда разделаетесь со всем этим… – он изобразил жестом скопление людей, – вы уж, пожалуйста, ко мне загляните и расскажите поподробнее, в какой обстановке летели. Это будет очень ценно. Ведь тогдашний наш прогноз, очевидно, не оправдался, да и вообще с разведкой погоды над океаном у нас пока неважно».

И вот я пришла в нью-йоркское отделение Бюро погоды, расположенное под самой крышей офисного комплекса Уайтхолл, что в Нижнем Манхэттене. Было часов девять утра. Доктор Кимбалл стоял за своей рабочей конторкой, и наша беседа время от времени прерывалась доставкой телеграмм. Похожими на тайнопись знаками в них были закодированы метеоусловия в том или ином районе: атмосферное давление, направление и скорость ветра, видимость, температура, облачность, туман, осадки.

На конторке перед доктором Кимбаллом лежала раскрытая контурная карта Штатов и Атлантики. Получив очередную порцию сведений, он брал в руки карандаш и наносил волнистую линию. В своем окончательном виде каждая такая линия – по-научному «изобара» – соединяла места с одинаковым давлением. Мало-помалу эти овальчики и хитро закрученные спирали заполнили всю поверхность листа, а на соседней карте проступил другой, не менее затейливый узор, нарисованный при помощи изотерм (линий, обозначающих одинаковую температуру).

Мы говорили с доктором Кимбаллом об интереснейших явлениях, связанных с перемещением воздушных масс, ведь, собственно, на расчете этих атмосферных токов и основано научное предсказание погоды. Циклоны (области пониженного давления, штормовые очаги) и антициклоны (области повышенного давления, характеризующиеся ясной погодой), как правило, не стоят на месте, а постоянно мигрируют. Над территорией США они в основном движутся с запада на восток (точно так же, как и ветры, преобладающие в нашем полушарии и над Атлантикой). На поведение воздушных масс в циклонах и антициклонах влияет эффект вращения Земли вокруг своей оси.

Циклон, объяснил доктор Кимбалл, – это вихрь, который, если мы находимся