Читать книгу - "Хакеры Lazarus. Кибервойна Северной Кореи — от Голливуда до мировых финансов - Джефф Уайт"

хотели оставить всё как есть. «Они не уступили», — говорит он. Так и начал складываться сюжет фильма, который теперь назывался «Интервью».

Джеймс Франко играет поверхностного и самовлюблённого телеведущего, Сет Роген — его продюсера. Они узнают, что Ким Чен Ын — горячий поклонник их пустопорожнего ток-шоу, и им удаётся заполучить диктатора в эфир. Рэндалл Парк играет его застенчивым, ранимым человеком, который трепещет перед приехавшими взять у него интервью американскими журналистами. Затем к телевизионщикам обращаются агенты ЦРУ и вербуют их в заговор: во время визита в Пхеньян они должны убить Кима.

После долгой череды фарсовых нелепостей парочка выполняет задание. Под песню Кэти Перри Firework Ким гибнет в огненном шаре. Специалисты по компьютерной графике развернулись вовсю: камера, не дрогнув, показывает кровавые подробности в замедленной съёмке.

Это один из совсем немногих игровых фильмов, где показано убийство действующего главы государства4, и в Sony понимали, что он вызовет споры. Пусть международная репутация Кима и была хуже некуда, сцену его гибели кто-то всё равно мог счесть ненужной провокацией. Поэтому в Sony обратились за советом к Брюсу Беннетту — специалисту по Северной Корее и старшему аналитику по вопросам обороны в корпорации RAND, американском аналитическом центре с многолетней историей. Беннетт сразу понял, почему в Sony закончили фильм именно так: «Весь фильм [Ким Чен Ына] изображали отъявленным злодеем. Не можете же вы в конце просто пожать плечами и сказать: „Да, мы оставили его в живых, он отличный парень, мы его поддерживаем“. Такая концовка естественно вытекала из всего, к чему вёл сюжет.

«Думал ли я, что Северная Корея нанесёт Sony [ущерб] в сотни миллионов долларов? Нет. Думал ли я, что они попытаются взломать Sony? Пожалуй, да».

Но Беннетт видел и более широкую геополитическую картину. Гораздо, гораздо более широкую: смену режима.

«Думал ли я, что фильм может принести какую-то пользу, повлиять на события и в Южной, и в Северной Корее? Отвечу так: я надеялся, что это может стать одним из его последствий. Конечно, многие в Северной Корее пришли бы в ярость от концовки. Но кто-то посмотрел бы и подумал: „А может, такой нам не нужен и от него можно избавиться?“ Так что, пожалуй, чувства у меня были двойственные: это риск, но фильм может пригодиться и в информационной войне, которую следовало бы вести против Северной Кореи».

Отчасти прислушавшись к таким советам, Sony смягчила концовку, но от выпуска фильма не отказалась. К лету 2014 года стартовала рекламная кампания, пошли тизеры, которые не оставляли у потенциальных зрителей сомнений ни в сюжете фильма, ни в том, какая судьба ждёт экранного Ким Чен Ына. Разумеется, об этом узнали в Пхеньяне, и реакция режима оказалась предсказуемо жёсткой. В письме, направленном в ООН в июне 2014 года, посол КНДР писал: «Допущение производства и распространения подобного фильма об убийстве действующего главы суверенного государства следует расценивать как самое неприкрытое спонсирование терроризма, а также как акт войны. Власти Соединённых Штатов должны принять незамедлительные и надлежащие меры для запрета производства и распространения вышеупомянутого фильма; в противном случае они будут нести всю полноту ответственности за поощрение и спонсирование терроризма»5.

США годами числили Северную Корею в клубе государств — спонсоров терроризма. Теперь посол Ким Чен Ына пытался поменяться ролями и обратить тот же довод против давнего врага.

Фильм «Интервью» тревожил в Пхеньяне не только режим Кимов. Джин Х. Ли, моя соведущая по подкасту The Lazarus Heist, работала тогда в Северной Корее корреспондентом агентства Associated Press и там услышала о фильме. Иностранным журналистам и без того приходится тяжело в обществе, непримиримо враждебном свободе слова, где за ними постоянно следят и их постоянно подозревают. Она боялась, что фильм прибавит ей проблем. «Первая моя реакция была: „Отлично, только этого мне не хватало — ещё одного фильма, который укрепляет представление, будто американские журналисты работают на ЦРУ“. Когда ты в Пхеньяне, подозрения в шпионаже легкомысленно не воспринимаешь: это всегда риск для любого из нас, кто работает в Северной Корее. А последствия обвинения в шпионаже очень серьёзные. В конце концов, я была американкой, работавшей в стране, которая считает Соединённые Штаты своим заклятым врагом». Всего за несколько лет до этого двух американских журналистов обвинили в неких «враждебных действиях» и приговорили к двенадцати годам каторжных работ. Чтобы добиться их освобождения, понадобились месяцы переговоров и визит в Северную Корею бывшего президента США Билла Клинтона6.

В Sony, очевидно, смотрели на это иначе и продолжали готовить фильм к выходу. А хакеры тем временем взялись за дело — с планом, который заставит компанию пожалеть о своём решении.

Когда рекламная кампания «Интервью» набрала обороты, некоторые актёры и члены съёмочной группы стали замечать на своих публичных страницах в Facebook необычное сообщение. «Голые фото множества звёзд первой величины!» — гласил пост пользователя, назвавшегося Андосоном Дэвидом. В то время сообщение, пожалуй, не казалось таким уж странным: всего несколькими месяцами раньше в сеть утекли интимные фотографии целой вереницы знаменитостей — этот инцидент получил название «The Fappening». Тот, кто скачал бы материалы по ссылкам Андосона Дэвида, действительно получил бы экранную заставку с фотографиями модели, но заодно, сам того не ведая, подхватил бы и компьютерный вирус7.

Судя по всему, никто из актёров и съёмочной группы «Интервью» на эту уловку не попался, но это уже не имело значения. Фальшивые сообщения в Facebook были лишь частью слаженной кампании, которую хакеры вели сразу по нескольким направлениям, отчаянно пытаясь проникнуть в системы Sony.

15 октября 2014 года сотрудник Sony получил вежливое письмо от женщины, назвавшейся Кристиной Карстен, с темой (sic) «Быть нанятой от Sony Pictures Entertainment». Кристина писала: «Я студентка второго курса Университета Южной Калифорнии и очень интересуюсь графическим дизайном цифровых постановок», — и называла имя того, кто посоветовал ей обратиться. К письму прилагалась ссылка для скачивания её резюме и портфолио8. И снова это была ловушка: в выложенное в сеть резюме был встроен компьютерный вирус.

Непонятно, зачем было отправлено это письмо: как показали более поздние расследования, хакеры проникли в Sony ещё за несколько недель до того. 25 сентября некто, назвавшийся Нейтаном Гонсалесом, отправил сотруднику Sony сообщение с чем-то похожим на ссылку для скачивания видеофайлов для рекламной кампании. В ссылках снова был вирус, и на этот раз уловка сработала. Кто-то скачал файлы и по неосторожности установил вредоносную программу. Хакеры оказались внутри компьютерных сетей Sony и провели там ещё много недель: осторожно перемещались с компьютера на компьютер, чтобы их не обнаружили, крали данные и рассаживали новые вирусы, готовясь к