Читать книгу - "В тени восьмиконечного креста. Мальтийский орден и его связи с Россией - Петр Стегний"

обсуждения текущих дел. Здесь же находится и один из трех органов собора: два других, расположенных над алтарем, изготовлены в конце XVII в. В капелле собрано немало великолепных произведений искусства, но главные из них — картины Караваджо. Как известно, творчество великого художника характеризовало мастерское использование света и тени, оказавшее огромное влияние на последующее развитие живописи.

В примыкающем к часовне музее можно видеть великолепный реликварий работы Джованни Бернини, в котором хранилась главная реликвия Ордена — правая рука Иоанна Крестителя.

История этой реликвии весьма поучительна. Предание гласит, что первым обладателем фрагмента правой руки Иоанна Крестителя, которой тот крестил Христа, был евангелист Лука. Рука хранилась в Антиохии, и первое упоминание о ней относится ко времени правления императора Юлиана Отступника (361–363). Затем она попадает в Константинополь. Император Константин во главе большой процессии собственноручно отнес ее в церковь Св. Иоанна в Петре, где ей поклонялись до падения Константинополя в 1453 г. Мехмет II, завоеватель Константинополя, перенес руку в сокровищницу своего дворца, но там она находилась недолго. Султан Баязет II, желая продемонстрировать Ордену свое миролюбие, передал рыцарям бесценную реликвию. Его посол вручил кипарисовый ларец, в котором на розовом шелке лежала рука Иоанна Крестителя, великому магистру Пьеру д’Обюссону на Родосе в 1484 г. Специальная комиссия установила подлинность реликвии. Рыцари привезли руку на Мальту в 1530 г., и с тех пор в течение 268 лет она хранилась в соборе Св. Иоанна в прекрасном золотом реликварии, осыпанном драгоценными камнями. После оккупации Мальты французами великому магистру фон Гомпешу, удалившемуся в Триест, было позволено взять руку с собой[23].

Однако вернемся в собор. Один из самых замечательных памятников, находившихся в нем, — надгробие великого магистра Никола Котонера в часовне Арагона, Каталонии и Наварры скульптора Доменико Гвиди (1628–1701). Сделанное в Риме, оно затем перевезено на Мальту. Мраморный постамент, на котором установлен бюст великого магистра, опирается на фигуры двух полуобнаженных мужчин, выполненные из белого мрамора в полный рост. Они сгибаются под тяжестью пушек, груды оружия и военных трофеев. За головой Котонера — мраморная пирамида, по обе стороны которой изображены парящие ангелы. Один из них держит в руках герб великого магистра.

Левая фигура невольно привлекает особое внимание. Это обнаженный по пояс мускулистый человек, на гладко выбритой голове которого оставлен только длинный запорожский чуб — оселедец. Как удалось выяснить, есть две версии появления человека с внешностью запорожца в соборе Св. Иоанна. Согласно одной из них, фигура запорожца символизирует связи Ордена в середине XVII в. с вольной казачьей республикой, боровшейся против своих извечных врагов — турок. Согласно другой, это польский князь Радзивилл, попавший в плен на турецкую галеру, а затем освобожденный рыцарями и долго живший на Мальте. В любом случае фигуру запорожца на памятнике Никола Котонеру можно считать свидетельством давних, но пока еще слабо изученных связей Польши, России и Южной Украины с Орденом[24].

О том, что такие контакты существовали и были связаны преимущественно с освобождением рыцарями русских рабов с турецких галер, свидетельствуют последние исследования мальтийских ученых. Как установил историк Ордена Дж. Бонелло, первое упоминание русского имени («Иван из России») относится к 1543 г., когда Орденом было выдано охранное свидетельство русскому пленному, бежавшему из турецкой крепости в городке Таджура близ Триполи. В 1574 г. великий магистр де ля Кассьер выдал охранные грамоты на возвращение в Россию уже десяти русским пленным, бежавшим с турецких галер и оказавшимся на острове Гозо. А в 1656 г. в результате разгрома объединенной флотилией Ордена и Венеции турецкого флота под Дарданеллами было освобождено уже 1046 «русских» (так называли православных выходцев с Балкан и из Греции) и 119 «московитов» (т. е. представителей Московского государства)[25].

Для нас это дополнительный повод остановиться на годах Корсо — так принято называть период со снятия Великой осады до конца XVII в., в течение которого госпитальеры были грозной силой в Средиземноморье.

ГОДЫ КОРСО

Ко времени прибытия на Мальту боевая мощь орденского флота состояла из четырех кораблей: большой баракки[26] «Санта Анна» и трех галер — «Сан Джованни», «Аквила» и «Санта Мария Витториозо». Остальные корабли, на которых прибыли рыцари и их имущество, были простыми транспортами и не годились для ведения боевых действий. «Санта Анна» считалась одним из самых больших кораблей своего времени, но она была тихоходна и слабоманеврен-на. В 1548 г., когда содержать ее стало слишком дорого, она была взорвана. 23 октября 1553 г. на Мальту обрушился невиданной силы ураган, в результате которого на дне моря оказались почти все галеры Ордена вместе со своими экипажами[27].

Финансовые затруднения Ордена после конфискации в 1534 г. его владений в Англии Генрихом VIII исключали возможность приобретения и оснащения новых военных кораблей. В результате к 1558 г. Орден располагал всего лишь четырьмя боеспособными галерами и одним галиотом.

Адмиралом орденского флота по традиции назначался бальи итальянского языка. Учитывая, однако, что рыцари обычно достигали этого важного поста в преклонном возрасте, когда от адмирала уже трудно было ожидать личного участия в военных действиях, была создана новая должность — главного капитана галерного флота. На нее обычно назначался рыцарь с солидными познаниями в навигации. Уже к середине XVI в. капитаны мальтийских галер по праву считались самыми искусными моряками своего времени. В ходе предпринятой Орденом в союзе с Испанией в 1560 г. неудачной попытки вновь овладеть Триполи госпитальеры направили к берегам Северной Африки пять галер. Однако вскоре количество действующих галер вновь сократилось, на этот раз из-за нехватки гребцов.

Трижды в год галеры Ордена выходили на Корсо — в погоню в открытом море за пиратскими судами из Алжира, Туниса и Триполи. Они редко возвращались без добычи. К концу XVI в. на острове уже не ощущалось нехватки в гребцах: экипажи захваченных рыцарями кораблей становились галерными рабами.

Помимо Корсо рыцари участвовали в экспедициях испанского флота против Турции и ее североафриканских вассалов. Мы уже говорили о том, что в 1535 г. иоанниты помогли испанцам выбить Хайруддина Барбароссу из Туниса. В 1541 г. бальи Георг Шиллинг возглавил четыре галеры Ордена в экспедиции к берегам Алжира. В 1560 г. пять орденских галер участвовали в новой неудачной попытке вернуть Триполи. Через три года галеры Ордена вновь сражались рядом с испанским флотом. Перечисление этих операций можно было бы продолжить, поскольку на протяжении XVI в. рыцари неизменно участвовали во всех морских сражениях между Османской империей Сулеймана Великолепного и габсбургской Испанией Карла V и Филиппа II.

Первые три десятилетия XVII в. прошли для госпитальеров в постоянном ожидании нападения со стороны турок. Боевые тревоги на