Читать книгу - "Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов"

1434 г. шестой сегун, Ёсинори, заключил с Китаем торговый договор, который действовал до 1547 г. Согласно этому договору, предусматривалась посылка один раз в десять лет торговой миссии под видом поднесения «дани». Всего в Китай за время действия этого договора было направлено одиннадцать миссий, в общей сложности около 50 кораблей, из которых семь контролировались правительством (бакуфу), а остальные — храмами и местными князьями, среди которых особенно выделялся князь Оути, имевший свои владения на западе о-ва Хонсю и именовавшийся европейцами «королем Ямагути». Соперником князя был его вассал Мори Мотонари, который в 1555 г. в битве при Ицукусима (остров к юго-западу от г. Хиросима) разгромил войска Оути и захватил его владения.

Соперником Мори на северо-востоке страны являлся князь Такэда Сингэн, который упорядочил в своем владении меры веса, отливал металлические монеты, выпускал бумажные деньги, взимал поборы за торговлю, за перевозки на почтовых лошадях, за отправление религиозных культов (с паломников на священные горы Фудзи, Минобэ и Митака). Он разработал свое законодательство, воинский устав, где требовал от истинного самурая «ни на минуту не… расставаться со своим мечом, даже тогда, когда находится с любимой женщиной».

Такэда завоевал владение князя Уэсуги Кэнсин (современная префектура Нагано), а также земли, расположенные на территории современных префектур Гумма, Сидзуока и Айти. Он намеревался захватить Киото, однако смерть помешала осуществлению этих замыслов.

Междоусобицы «Эпохи воюющих провинций» ухудшили положение крестьян: сократилась площадь обрабатываемой земли, выросли налоги, взимались дополнительные поборы. Это вызвало волну крестьянских восстаний. Некоторые из них охватывали целые провинции, поэтому их называли «провинциальными восстаниями». Крупнейшим было восстание в Ямасиро в 1485–1493 гг. Борьба крестьян продолжалась и в XVI в. Крестьяне многих общин осуществляли самоуправление (решали, в частности, вопросы использования общинных земель, средств орошения, вырабатывали требования к феодалам). Члены крестьянских общин часто были вооружены и представляли угрозу самому самурайскому строю. Примечательно, что если раньше они платили феодалам за пользование водой, то теперь последние платили общинам. Таким образом, князья имели дело уже не с вотчинной деревней, практически не знавшей самоуправления, а с сильной сельской общиной.

Помимо восстаний в масштабе провинций крестьяне эпизодически выступали за аннулирование долгов торгово-ростовщическому капиталу; такие восстания именовались «Восстаниями за аннулирование долгов» (Токусэй икки). Они отражали противодействие крестьян проникновению в деревню и неуклонному росту здесь торгово-ростовщического капитала.

Еще в XV, но особенно в XVI в. широкое распространение получили выступления крестьян под религиозными лозунгами. Недовольство крестьянских масс пытались использовать в своих интересах различные буддийские школы, активно участвовавшие в междоусобных феодальных войнах. Наибольшее влияние в то время среди крестьян имела буддийская школа «Учение об Одном» (Икко), и поэтому эти выступления именовались «Восстаниями Икко» (Икко икки). Ее сторонники считали, что для спасения души достаточно одного: многократно повторять «Благословен Амида будда!» (Ному Амида буиу!), но они не призывали к отречению от мирских благ, что делало это учение чрезвычайно популярным в среде трудящихся масс, и, прежде всего, крестьянства.

Школа Икко получила наибольшее распространение в провинции Кага (современная префектура Исикава). Восстание сектантов началось в 1488 г. и продолжалось около 100 лет; в нем участвовало примерно 200 тыс. крестьян. В процессе его крестьяне создали свое государство. Свою армию они неоднократно направляли в соседнюю провинцию Этидзэн для освобождения ее от деспотизма феодала Асакура, стремившегося захватить провинцию Кага, однако примерное равенство сил не обеспечило победы ни одной из сторон.

Восстание в Кага стимулировало рост влияния школы Икко и в других провинциях, в том числе в Микава (современная префектура Айти). Крупнейшее выступление произошло летом 1532 г., когда повстанцы осадили г. Сакаи; затем они направились в г. Нара, где сожгли буддийский храм Кофукудзи, принадлежавший знатной семье Фудзивара, и, разграбив храм Касуга, намеревались начать наступление на Киото, но оно не состоялось.

Крестьянские восстания под религиозными лозунгами были направлены против местной администрации, представители которой обогащались за счет крестьян и превращались в крупных феодальных земельных собственников. Социальный протест крестьян использовался церковью как для фракционной религиозной борьбы, так и для противоборства со светскими феодалами. После поражения этих выступлений победитель-феодал обычно приказывал побежденным «переменить школы», а если последние отказывались, они подвергались преследованиям и изгонялись за пределы провинции.

Укрепление экономического положения горожан выразилось в появлении городского самоуправления: создавалась городская стража, избирались старейшины. Это имело место, прежде всего, в портовых городах, процветавших на заморской торговле, таких, как Нагасаки и Хаката на о-ве Кюсю, Сакаи и Осака на о-ве Хонсю, во всех городах, расположенных на р. Иодо, на побережье оз. Бива, Внутреннего и Японского морей, вдоль побережья Тихого океана. Всего возникло 30 вольных портовых городов.

В процессе междоусобной борьбы периода ослабления сёгуната губернаторам-князьям, однако, не удалось превратить контролируемые ими провинции в личные феодальные владения. Исключение составили лишь немногие, в том числе губернатор Оути, который временно укрепил свои позиции на западе о-ва Хонсю, но и он пал в 1555 г. под ударами Мори — представителя местных провинциальных феодалов (кокудзин). Усилившиеся кокудзин, ставшие известными как «князья воюющих провинций» (сэнгоку дайме), окончательно упразднили вотчины (сёэны) и, опираясь на сельскую общину, укрепили свою власть с помощью военной силы, основу которой составляло огнестрельное оружие.

Появление у берегов страны португальцев в 1543 г., а спустя шесть лет — испанцев, достигших Японии из Мексики, положило начало импорту в страну огнестрельного оружия, совершившего переворот в военном деле: раньше главная роль в бою принадлежала всадникам-самураям, а пехотинцы были оруженосцами; теперь на первое место вышли пехотинцы (асигару), и возникла необходимость в профессиональном солдате, владеющем огнестрельным оружием. Это могло быть достигнуто лишь в результате систематических, повседневных тренировок. Князья стали формировать свои дружины не только из самураев, но и из крестьян, которых заставляли жить при замках, полностью оторвав их от сельского хозяйства, а в качестве жалованья выдавали им рисовый паек.

Введение огнестрельного оружия оказало влияние и на технику возведения укреплений, в частности замков, которые окружались теперь крепкими стенами и рвами с водой. Эти опорные пункты стали центрами призамковых городов.

Приход португальцев и испанцев привел и к распространению христианства в Японии. Католические миссионеры были особенно активны на о-ве Кюсю, где они открывали христианские церкви, школы; многие князья принимали христианство и заставляли своих вассалов следовать примеру. Они рассчитывали таким образом привлечь в страну иностранных торговцев, вооружиться огнестрельным оружием и получить поддержку европейцев в междоусобной борьбе. Интерес европейцев к Японии способствовал усилению местного торгового капитала, совершенствованию военного дела; их деятельность стала фактором обострения междоусобной борьбы и наглядно обозначила опасность подчинения Японии европейцам по образцу Филиппин, где в 1571–1575 гг. укрепились испанцы.

В этих условиях появляется тенденция к объединению