Читать книгу - "Русский мотор - Виктор Гросов"

Я дождался, пока та уйдет. Потом забрал бумаги, которые обещал отправить, и договорился, во сколько заехать утром. На прощание Вера попросила поесть до Панова: по моему лицу она уже видела, что обед я собирался заменить разговором.

К управляющему Елисеевых мы с Аркадием приехали после трех. Панов начал с нового двигателя, подтвердил, кто будет готовить место, и передал сведения для установки. Аркадий сразу записал имя ответственного и уточнил, когда можно посылать мастера на предварительный осмотр.

Затем я разложил материалы по двум площадкам. Чтобы вновь не пересказывать весь ход посещений, подготовил по листу на каждую: остановки, найденные неисправности, имеющийся запас и работы, которые местные люди уже выполняли сами. Рядом положил предварительный расчет.

На первой площадке механик умел устранить обычную неисправность, но опасался распоряжаться. На второй смотритель имел право остановить привод, однако поздно распознавал опасный нагрев и стук. Готовить обоих одинаково означало бы тратить время первого и слишком многого требовать от второго.

Панов просмотрел записи. На случае с ремнем задержался, попросил уточнить, кто именно велел дожидаться приказчика, и сделал пометку у себя. Затем перешел к поврежденному подшипнику.

Я предложил начать пробную работу после возвращения из Нижнего. Для каждого места приготовить ограниченный запас подходящих частей, обучить людей определенным действиям и проверить их у собственной установки. К сложному ремонту по-прежнему вызывать заводского мастера.

Условия проверки я тоже привез. Следовало учитывать продолжительность остановок, время до приезда помощи, израсходованные части и наши рабочие часы. Отдельно записывать время, которое люди Елисеевых потратят на занятия и самостоятельные работы. Иначе мы легко могли бы объявить обслуживание дешевым, переложив часть расходов на покупателя.

Панов поднял глаза от расчета.

— А если за это время поломок почти вовсе не будет? Вы подготовите запас, поучите людей, и чем мы проверим пользу?

— Приемку обучения проведем в любом случае. Механик покажет, что умеет делать, смотритель — как осматривает машину и в каких случаях останавливает. А по расходам так и запишем: за время проверки сложных вызовов было столько-то. Делать из спокойного месяца доказательство на все случаи я бы поостерегся.

Он кивнул и вернулся к листу. Я пояснил, что запас подберем только после сверки по каждой установке; похожие втулки от разных исполнений уже достаточно нас задерживали. Узлы, требующие точной обработки и подгонки, в первый перечень включать было рано.

Аркадий спросил, кто будет подтверждать записи со стороны площадок. Панов назвал заведующих, а я попросил, чтобы сведения о выполненном ремонте подписывал и механик. Втроем мы уточнили порядок обращения: кому сообщают при остановке, кто принимает известие на заводе и как поступают, если оба опытных мастера заняты.

На этом месте я сам остановил разговор. Держать человека только в ожидании вызова завод пока позволить себе не мог. Поэтому обычное обслуживание следовало назначать заранее, а для срочного обращения честно определить порядок выезда и запасной способ получить помощь, когда наш мастер находится у другого покупателя.

Панов посмотрел на меня внимательнее. Затем достал еще один лист и положил рядом с моим расчетом.

Буров снижал плату за действующую службу и добавлял плановый выезд. Его ремонтники уже знали хозяйства, Корнеев отвечал за техническую часть, заведующим требовалось лишь продолжать привычный порядок. Панов предложил сравнивать мою смету именно с этими условиями.

Я взял лист и прочел дважды. С первого раза заметил только цену, со второго — оговорки о работах и частях. Снижение относилось к обслуживанию, а сложный ремонт и материалы, как и прежде, считали отдельно.

При имени Корнеева у меня испортилось настроение. Я слишком хорошо представлял, как он придет на склад, выслушает машину и задаст механику два нужных вопроса. Соревноваться предстояло с человеком, у которого мне самому было чему учиться.

Буров мог позволить себе больше выездов. У него уже работали люди, а я только что высвободил Глухову часть дня и еще надеялся, что этого хватит на обучение. Несколько мгновений хотелось тут же уменьшить собственную цифру, хотя я прекрасно понимал, откуда придется взять разницу.

Я положил предложение на стол и уточнил у Панова, правильно ли прочел условия. Тот подтвердил, что запасные части оплачиваются отдельно. Тогда я попросил считать одинаково и наши расходы, чтобы в конце сравнивать полную стоимость выполненной работы.

— Сравнить можно, — ответил управляющий. — Только Буров уже берется служить по этой цене. Вы пока предлагаете выяснить, во что обойдется ваша служба.

Возразить было нечего. Я сказал, что именно поэтому прошу две площадки, а не все хозяйство. На них можно проверить людей, запас и порядок выездов, прежде чем осенью обещать больше.

Панов долго рассматривал наши записи. Потом разрешил подготовить пробную работу, потребовав представить окончательную смету до начала расходов. За его счет предстояло делать лишь то, что он отдельно утвердит; свои подготовительные затраты я тоже обязан был показать при сравнении.

Аркадий повторил условия вслух, чтобы записать точно. Панов поправил одно выражение, указал, какие сведения хочет получить к осени, и убрал бумаги в папку. Предложение Бурова оставил сверху.

На улице я сразу расстегнул верхнюю пуговицу. Возле конторы было душно, лошадь переступала в оглоблях, извозчик, увидев нас, спрятал кисет. Аркадий подошел к коляске, но садиться пока не стал.

— Ты ведь хотел цену сбросить, когда его лист прочел? — спросил он. — Я по тому, как ты карандаш взял, подумал.

Я признался, что хотел. Приятель некоторое время молчал, затем попросил показать ему расчет еще раз вечером. Если он возьмется за переписку, ему придется объяснять покупателям, что входит в плату, и лучше разобраться заранее.

Мы поехали обратно на завод. Я смотрел на дома, мимо которых катили, и мысленно возвращался к цене Бурова. Потом заставил себя раскрыть папку и пересчитать собственные выезды: уменьшать сумму на бумаге было бессмысленно, пока я даже не знал, кого смогу послать вместо занятого Глухова.

К вечеру в конторе собрались все трое. Лаптев проверял расходы, Глухов уточнял очередь, Аркадий переписывал договоренности с Пановым. Я достал письмо Яковлева и положил перед мастером.

Сухов, нижегородский экипажник, интересовался нашим обычным двигателем. Он еще собирался обсуждать применение и условия, поэтому считать его покупателем было рано. Мы оставили возможность включить шестую машину в партию, если после разговора последуют заказ и деньги.

Глухов согласился сохранить место в очереди до моего ответа из Нижнего. Отдельную закупку под шестой двигатель пока отложили; пять оплаченных машин продолжали готовить своим порядком. Аркадий записал, какие сведения нужны от Сухова, и попросил взять с собой копию обычного