Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Ну вот, началось. Официальная монопольная цена покупки ромия Костромой по сведениям из Потока — пятьдесят рублей за грамм, а я ему должен сдавать по двадцать. Неплохой бизнес придумал граф. Придётся провести разъяснительную работу, что такой подход никуда не годится.

— Это несерьёзно, Дмитрий Николаевич, — я покачал головой, откидываясь на спинку стула. — Мой ромий как минимум втрое более энергоёмкий чем тот, который вы покупали на галичском руднике. А вы предлагаете мне цену даже меньше, чем брали у Рогова до этого. Давайте будем честны: этот ромий тянет на тройную княжескую цену.

— Дам не больше половины костромской цены, — произнёс Рогов, не отводя от меня взгляда. — Никто не даст гарантий, что Кострома будет платить больше за более качественный ромий. К тому же для этого нужно добывать ромий официально.

Мы препирались минут десять и в итоге сошлись на официальной цене Костромы в пятьдесят рублей за грамм.

Это меня на данном этапе устраивало, так как я, в свою очередь, выторговал себе право оставлять половину добычи себе.

— Но только для личных нужд, — жёстко объявил Зуев. — Не на продажу.

— Ромий мне нужнее, спору нет, — уклончиво ответил я.

Прямо обещать, что продавать на сторону не буду, я не стал, и граф это явно почувствовал, но спорить не решился, — наверное, подумал, что сможет прижать меня позже. Ну а мне в будущем нужен будет найти противовес Зуеву в виде другого сильного графа, и поставки ему части своего ромия для этого сгодятся лучше всего.

— А ещё мне нужен Роман Ковалёв, — перешёл я к последнему пункту, который меня волновал, — чтобы закрепиться в Ирии и организовать мощную оборону.

— Ковалёва я не держу, — взглянув на советника, нехотя произнёс Зуев. — Пусть сам решает, моё предложение по лаборатории в Мантурово для него остаётся в силе.

Плохо, значит граф от инженера не отстанет, а мне терять такой актив совсем нельзя. Один воздухолёт чего стоит с искровиком! Но настаивать сейчас значило выдать, что я знаю о его методах и поэтому я сдержался. За Ковалёва ещё повоюем, просто так я тебе его не отдам.

— По маскам и документам, — Зуев перевёл разговор в другое русло. — Сделаем всё за сутки. У нас есть свои технологии, не хуже, чем у вашего знакомого. Я пошлю человека в Кологрив, он заберёт ваши маски, когда те будут готовы. Так и вы рисковать не будете и у вас окажется сразу два комплекта лиц.

— Уже проще, — кивнул я, гадая с чем связана такая щедрость графа. — И что вы хотите взамен?

— Ничего, — граф впервые за весь разговор улыбнулся почти дружелюбно. — Мне выгодно, чтобы вы были в безопасности. — А по поводу Вепря, — он подался вперёд, понижая голос, — я тоже могу взять всё на себя, если вам обязательно нужно его ликвидировать.

— Нет, — я покачал головой. — Это личное, Дмитрий Николаевич. Я сам.

Зуев не стал настаивать, и мы ударили по рукам.

Не так уж плохо для сегодняшнего утра: жила остаётся за мной, половина поставок уходит в Мантурово по закупочной цене Костромы, вторая половина полностью моя, а граф помогает с масками и документами.

Я незаметно сжал кулак в триггерном жесте и меня сразу окатила знакомая волна ликования от очередной победы. Да! Я сделал это!

Задаток, который Виола получила от Рогова, Зуев назвал мелочью и хотел простить, но я покачал головой.

— Я отдам, — сказал я твёрдо. — И за маски и документы тоже, не люблю быть должным.

Граф лишь махнул рукой, не став спорить.

— Тогда сегодня же начнём готовить дело по снятию обвинения, — подытожил он, поднимаясь из-за стола. — Сегодня встретитесь с моими адвокатами, и они начнут собирать материалы по наследству и снятию обвинений.

Я поднялся и коротко кивнул, а внутри меня всего всё ещё распирало от удовлетворения: я договорился с графом, выбил Рогова, обезопасил жилу и выторговал время. Но расслабляться не стоило — Зуев не тот человек, который так легко уступает. Видимо, или на данном этапе моё предложение ему выгодно, или… Или он имеет ещё какие-то виды на меня, о которых я пока не знаю. Не знаю почему, но последний вариант мне казался наиболее соответствующим действительности.

Советник так и не проронил ни слова, и, когда я выходил из кабинета, я почувствовал его липкий взгляд, который будто бы даже оставил на мне что-то неприятное и энергетическое, которое я быстро смыл своей энергией.

Очень интересная фигура. И крайне неприятная. Рано или поздно я обязательно выясню, кто ты такой и почему граф не может без тебя и шагу ступить.

Я ещё не успел дойти до своей комнаты, как передо мной вырос слуга и с поклоном сообщил, что меня ожидают адвокаты на третьем этаже.

Быстро работает граф, уже и адвокаты здесь. Значит, он был уверен в исходе нашего разговора и подготовился заранее. Или это советник его подготовил. Впрочем, какая разница? Главное, что дела сдвинулись, и теперь у меня появилась возможность решить вопрос с обвинением и наследством, не откладывая в долгий ящик.

Я поднялся на третий этаж за слугой и вошёл в кабинет в конце коридора. Он оказался небольшим и подчёркнуто деловым: светлый, просторный, только массивный стол, несколько жёстких стульев с высокими спинками, пара шкафов с папками и широкое окно, из которого открывался вид на сад.

За столом уже сидели трое мужчин в костюмах, которые при моём появлении разом поднялись. Видимо, это и есть те самые адвокаты.

— Ярослав Викторович, — произнёс мужчина пожилой мужчина с проницательным взглядом. — Рады познакомиться. Я Семён Аркадьевич Верещагин, адвокат по гражданским и наследственным делам. Мои коллеги, — он жестом указал на остальных, — Виктор Львович Крымов, специалист по уголовным делам, и Аркадий Петрович Новиков, эксперт по административным и земельным спорам.

Я пожал каждому руку, оценивая их. Верещагину был лет шестьдесят, седые виски, нос с сильной горбинкой, одет в дорогой чёрный костюм, сидевший на нём как влитой. Крымов выглядел моложе, лет сорока пяти, с резкими чертами лица и холодными глазами, а Новиков был самый молодой из них, около тридцати пяти, с аккуратной бородкой и живыми, умными глазами. Все трое выглядели матёрыми и холёными, ну настоящие адвокаты