Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

я и, видя недоуменное выражение на лице Юлии, поправился: — Шестьдесят километров в час. Он же не для скорости создан.

Баронесса потрясла головой.

— У нас с вами совершенно разные понятия. О многом, — сокрушённо помотала головой девушка.

— Но не обо всём.

— Не обо всём, — подтвердила она. — Мне надо на воздух. Хватит с меня на сегодня.

Баронесса быстро вышла за ворота эллинга и замерла, глубоко дыша и подняв к небу лицо. Я достал из багажника тент и, накрыв багги, закрыл ворота снаружи. Вообще‑то я хотел дроном похвастаться, но, похоже, на сегодня баронессе действительно хватит.

— Как вы, Юлия? Вы в порядке?

— Как после такого можно быть в порядке? Вы себя бы на моё место поставили.

— Ну‑у‑у… Я очень быстро адаптируюсь. Я там вырос. Там всё меняется очень быстро.

Баронесса внимательно посмотрела на меня:

— А вот, скажем, к вам бы пришёл человек из будущего века и обрушил на вас свои знания — как бы вы себя чувствовали?

— У нас с этим проще. Наши писатели такого напридумывали, столько сценариев будущего описали, что, наверно, воспринял бы это легче вашего. Мы там как бы подготовлены к разному уже.

— Что пишут?

— Разное. Но очень много плохих сценариев. К этому есть предпосылки.

— Или сами на себя беду кликают.

— Или так. Я до того, как оказался у вас в храме, в мистику не очень верил. Но, побывав внутри во время схождения, пробрало, знаете ли. Теперь я начинаю думать, что ментальное поле вполне существует и люди могут силой мысли и эмоций что‑то двигать, менять и влиять на физическом плане. Даже не знаю, как объяснить. Терминологии тут, — я постучал себя пальцем по голове, — не хватает.

Подумав, баронесса ответила:

— Да, я, кажется, поняла. У вас совсем не верят в силу мироздания?

— У нас во что только не верят, Юлия. Богов, теорий и учений просто как… много, в общем. Истины не знает никто.

— Ну вот же она, истина! Вы видели всё сами. В храме. Мироздание отвечает людям, делится с ними, как и они с ним. Взаимная связь же. Её видно на физическом плане! Вы же сами всё видели.

— Видел. Но ничего не понял. Будьте моим учителем, расскажите.

Юлия покивала:

— Я подумаю. Давайте пройдёмся, Вадим. Мне, надо, подумать, много.

Гуляли мы молча. Баронесса погрузилась глубоко в свои размышления, а мне было просто приятно сопровождать и смотреть на неё. Мы походили по пристани, поднялись на обрыв, где долго стояли и смотрели на море. Мы прогуливались вокруг участка, когда из леса показался мой экипаж с матросами и профессором.

— О, наши экспедиционеры вернулись, — я кивнул в сторону приближающегося экипажа. — Жаль.

— Почему?

— Теперь у нас не будет возможности поговорить спокойно, без свидетелей.

— У нас ещё будет время, — баронесса тронула меня за плечо. — Я думаю, у нас ещё будет много времени, Вадим.

От этих её простых и спокойных слов у меня даже дыхание перехватило. Мне показалось, в них она вложила как раз тот смысл, который хотел услышать я.

— Я смотрю, вы отдохнули, Юленька! — воскликнул профессор, вылезая из экипажа. — А господин смотритель уже выполнил все свои обязанности?

— Не все, но близок к завершению. Охраняю баронессу, господин профессор. Мухина же вы забрали в разведку.

— Ну‑ну. Юленька, с вами всё в порядке? — спросил профессор, внимательно вглядываясь в лицо девушки.

— Немного голова болит, Борис Моисеевич. Вот вышла погулять. Вадим Дмитриевич любезно вызвался сопроводить.

— Давайте я вас сопровожу, а то у господина смотрителя ещё много дел на маяке, — профессор недвусмысленно посмотрел на меня, и мне пришлось их оставить и пойти домой. Близился вечер, и надо было подготовиться к завтрашнему походу в город.

За ужином за столом царствовал профессор. Рассказывал о сегодняшней вылазке. Они облазили с матросами всю округу. Нашли озеро, из которого в мой дом поступала вода. Слава богу, входа в подземный ход они не обнаружили. Нашли источник воды неподалёку от предполагаемого места разбивки лагеря. В общем, в отличие от нас, профессор действительно занимался своими обязанностями. О чём не раз нам едко напомнил, особенно много колкостей, конечно, было в мой адрес. Я лениво отбивался и по требованию профессора изредка наполнял его рюмку. Баронесса же за ужином была всё так же погружена в свои мысли и мало реагировала на нашу пикировку. Профессор поинтересовался пару раз её самочувствием, но по мере убывания спиртосодержащей жидкости в бутылке терял к этому самочувствию интерес.

Когда по окончании ужина я тихо спросил Юлию о здоровье, она ответила, что всё в порядке и ей надо просто отдохнуть, например, в ванной, в связи с чем мы с профессором должны пропасть из её поля зрения минимум часа на полтора. Но, учитывая позднее время, это означало до утра, потому я пожелал ей спокойной ночи и отправился к себе в маяк, где, завалившись на раскладную кровать, принялся переваривать сегодняшний сумасшедший день.

30 июня, понедельник.

Похоже, сегодня побудка у всех случилась ранняя. Когда я вышел на кухню, меня встретил Клаус:

— Доброе утро, господин смотритель. Все уже встали и ждут вас. Как приведёте себя в порядок, я приглашу всех на завтрак.

Вот так вот. Получается, все уже поднялись, умылись, причесались, нарядились, и только один я сплю аж до шести утра. Безобразие же. Пришлось быстро привести себя в порядок и отчитаться о готовности перед коком.

За завтраком баронесса выглядела бодро и жизнерадостно, чего нельзя было сказать о профессоре. Но если от настроения Юлии моё тоже взлетело, то на настроение профессора мне было просто сейчас плевать — сам виноват.

Мы с Юлией договорились отчалить буквально спустя полчаса после завтрака, чтобы прибыть в Приморск до обеда. Дел там было у нас много, план мы вчерне обговорили, на яхте дошлифуем.

Во время плавания в Приморск баронесса, одетая в обычное своё платье кремового цвета, сразу присела возле штурвала на рулевой палубе и вместо ожидаемых мною вопросов протянула мне листы бумаги, исписанные красивым почерком. Без единой помарки, зато с красивыми завитушками у заглавных букв.

— Что это? — спросил я недоумённо.

— Это ваша история, Вадим. Вы должны