Читать книгу - "Смейся! 2 - Денис Ратманов"

Часы показывали три дня. Можно с ума сойти от ожидания!

Только она накрасилась, как дилинькнул звонок. Открывать побежала Натка, думая, что пришел ее мент.

— Здрасьте, — донесся ее удивленный голос.

Наташа выглянула из комнаты, и у нее подкосились ноги. Игорь! С букетом белых хризантем. Найдя ее взглядом, Игорь спросил извиняющимся тоном:

— Ничего, что я раньше? Правильно понял, что ты тут живешь.

Хотелось броситься ему на шею, уткнуться носом в шею и жадно вдыхать его аромат, но вместо этого она сдержанно поздоровалась, представила их с Наткой друг другу и ущипнула ее за бок, чтобы не пялилась на него, как узник Бухенвальда — на хлебушек.

Игорь вручил букет.

— Это тебе, такие же нежные, как ты.

— Чай будешь? — спросила Натка. — Или кофе… Чего это я, Наташа, твой гость, ты его и угощай.

В холодильнике повесилась мышь, и Натка об этом знала. Точнее на той половине холодильника, что Наташина, болтался труп мыши, потому подруга добавила:

— Там, в холодильнике, возьми рахат-лукум.

Наташа схватила Игоря за руку и потащила в кухню прямо в косухе.

— Идем.

— Ух ты, сваришь кофе? — спросил он, увидев турку.

— С удовольствием.

Он уселся на табурет, положив шлем на стол. Наташа захлопотала у плиты, пусть и хотелось сесть ему на колени, и запутаться пальцами в его волосах. Счастья было столько, что оно не умещалось в груди. Иногда накатывало неверие, что он ей мерещится, Наташа оборачивалась, убеждалась, что Игорь — вот, и занималась кофе.

Первая порция есть! Теперь вторая. Игорь подошел сзади, обнял ее — она замерла, задрожала. Он ведь сейчас невольно чувствует то же самое.

— Странно с тобой, — шепнул он в ухо. — Я — как школьник. Такие ощущения странные. Даже в школе такого не было.

— Девчонки сами напрыгивали? — прищурилась Наташа, огромных усилий стоило не обернуться.

Игорь провел пальцем по шее, замер. Хлестнуло ревностью, удивлением. Черт! Синяки увидел, и теперь что? Подумает неприличное? Пришлось оборачиваться и запрокидывать голову, говоря:

— Это не то, о чем ты подумал. У меня конфликт с одногруппником. Он меня душил, это отпечатки его пальцев. Видишь — раз, два, три, четыре, а вот большой.

Теперь Игорь полыхнул злостью. Поверил, и она в благодарность прижалась щекой к его груди.

— Душил? Он совсем больной? Тебя? Это парень? За что душил?

— Не дала, — честно призналась Наташа.

Игорь поднял ее голову за подбородок и спросил:

— Кто? Кто⁈ Да не бойся ты, это скотство! Скажи, и ему не жить!

— Саматов, — не стала скрывать Наташа, она не ожидала, что Игорь проявит такое рвение. — Только не марай руки! Тебе доучиться надо.

— Я и не буду марать. Вот же урод какой!

Зашипел убежавший кофе. Наташа выругалась, принялась вытирать плиту, смахивая слезы. Вот откуда они берутся? Все же хорошо, чего реветь? Будут глаза красные, и нос распухнет.

Игорь занервничал и собрался ходить по кухне туда-назад, но она была такой крошечной, что получалось два шага в одну сторону.

— И ты никому не сказала? Но как⁈ Такое нельзя спускать с рук.

— Ну, пожалуюсь я — и что? Кому жаловаться? Мне с ними еще учиться…

Игоря перекосило.

— С ними? Не только Саматов, еще кто-то?

Наташа потупилась, ей было стыдно, горько и очень неприятно об этом говорить. Она вообще жаловаться не любила, а жертвой себя ощущать — и подавно.

— Обещай не марать руки, — попросила она.

Игорь просто прижал ее к себе, и так хорошо стало, так спокойно. Это был самый лучший миг в ее жизни, она согласна была так стоять всю жизнь, и гори все огнем. Игорь о ней беспокоится! Значит ли это, что он считает ее своей⁈ Будет ли он считать ее своей, если узнает, что и Гуссман на нее претендует?

— Давай кофе пить, — наконец сказал он, притянул Наташу и посадил себе на колени, придерживая за талию. — Ты так вкусно пахнешь, м-м. Наверное, это феромоны. Как только оказываюсь рядом, напрочь крышу сносит.

— Я тоже, — шепнула она.

К рахат-лукуму они так и не притронулись.

К счастью, дождя не было, Наташа надела второй шлем, уселась сзади, обхватив Игоря, и они полетели к Каролине. Уже на подъезде Игорь остановился и спросил:

— А подарок… Хоть цветы куплю.

— У меня есть, косметика. Дорогая. Подарим от нас двоих. Цветы истрепаются, пока мы доедем.

Игорь согласился.

Дорога, ведущая в Кучино, была узкой, образовалась пробка, которую Игорь объезжал по обочине, и Наташа жутко боялась разбиться именно сейчас, когда наконец все так хорошо.

Милов на станции уже ждал. Игорь слез с мотоцикла и раскинул объятия.

— Милый! Как я рад!

— А уж я как рад!

Обнялись, похлопали друг друга по спине.

— Утятина на вас нет! — крикнула Наташа, и парни перекрестились, не сговариваясь.

Дальше шли пешком, мотоцикл Игорь катил, потому что Саня не знал хозяйку торжества и сам явиться на празник не мог, и его взяли, так сказать, на развод, а третьим на мотоцикл он не влезет. Потому всю дорогу Игорь сокрушался, что нет коляски.

— Коня на тебя нет! — хохотнул Саня. — К нему проще коляску прицепить. Натка, прикинь, у этого солидного мужчины, — Игорь выпятил грудь и изобразил аристократа, — есть опыт конокрада!

— Да ну, — не поверила Наташа и заглянула Игорю в глаза, он напустился на Милого:

— Саня, таки не роняй мою репутацию, она разобьется.

— Короче, слушай. Мы снимались в фильме, где играли разбойников, и нас учили ездить на конях. А Игорек тогда не так шиковал, как сейчас…

Игорь зыркнул на него злобно, и тот сразу исправился, а Наташа заподозрила неладно, но быстро забыла, потому что старшекурсники актерского факультета так рассказывают — заслушаешься.

— Короче, жили мы в клоповнике прям на Арбате, в подвале. И вот после съемок сидим выпиваем, а окно низко-низко, если с улицы смотреть. Видим — копыта цок-цок, цок-цок. И тут Игорек выбегает пьяный, в белом халате — и на этого коня скок. И поскакал. Я за ним, девки с нами были, тоже за ним, девчонка, что цыганку играла, бежит-кричит, а этот, как Боярский — э-ге-гей! Халат развевается, как мушкетерский плащ.

Наташа сначала рассмеялась, потом посмотрела на Игоря,