Читать книгу - "Нигредо. Созданный из пепла - Ника Грумет"

в том, что год назад ближе к центру Белгорода открылась секция с ещё большим количеством мест, да и масштабом она значительно крупнее той, в которую Света ходила ещё со второго класса. Она была верна старому тренеру Алексею Викторовичу и его делу, поэтому ни под каким предлогом не согласилась бы перейти в эту новую секцию, но и продолжать тренироваться в старой не могла: её почти полностью сразило банкротство. Вчера Света посетила последнюю тренировку, которую проводила секция, а сегодня она закрылась навсегда.

Возможно, это знак судьбы, и теперь Света может со спокойной душой переехать в другой город, оставив прошлое позади, и войти в будущее с огромным опытом, приобретённым за все эти годы, за плечами. Конец любимой секции — не конец её личности, а начало следующего этапа развития. Друзья-боксёры не исчезнут, как и тренер. Всем им навсегда было отведено место в сердце Светы. Особенно та самая фраза Алексея Викторовича, которую девочка услышала на первой тренировке. В тот же день она впервые проиграла. «Не забудь улыбнуться перед тем, как ударить!»

«Даже если почувствуешь, что удар заблокируют, и отправят тебя в нокаут, всё равно ослепляй противника улыбкой! Спорту нюни не нужны». Это стало началом её пути в боксе.

Что касалось Кати с Германом… Их и правда связывало многое, даже больше, чем Свету и спорт. Всё-таки бокс был боксом только в здании секции, а друзья были друзьями везде и всегда.

Катя с Германом, услышав напоминание Вениамина, едва заметно поникли, но, предположив, что подруге даже такие перемены нипочём, воодушевлённо улыбнулись и повернулись к ней:

— В частном доме жить — просто сказка! Соседей нет, собственный сад есть, и места много.

— Везёт тебе, я бы тоже хотела в маленький город переехать. Слышала, там экология ещё лучше, чем у нас.

— Ага, и медведи из леса выходят ежедневно. Мечта, а не жизнь! — рассмеялась Света, придав себе как можно более непринуждённый вид.

Это у неё всегда получалось хорошо, и друзья, поняв, что за её душевное состояние волноваться не придётся, засияли ещё больше. Света всю жизнь была сильной — и физически и психологически. Не зря они так часто брали с неё пример и сами становились сильнее, вспоминая их яркое знакомство.

Света тоже всегда отлично понимала, что и когда чувствуют Катя и Герман, они многое пережили вместе, и Света научилась заранее предсказывать, как друзья отреагируют на ту или иную ситуацию. Видя, что те не грустят о её переезде, конечно, успокоилась и сама. Всё-таки она не в параллельный мир уезжает и часто сможет видеться с ними на выходных. Да и переписываться никто не запрещает. Нельзя позволить себе сломаться, впереди ещё много плохих и хороших историй, новых знакомых и друзей. Жизнь после переезда не заканчивается, наоборот — с мощным рывком летит дальше!

— Ты нам хоть пиши иногда, чтобы мы знали, что ты жива вообще, — пошутил Герман.

— Но если вдруг что — я, так уж и быть, понесу это бремя и приму на себя всё твоё наследство!

Катя театрально прикрыла глаза, смахивая со щеки невидимую слезу, и в ответ услышала короткий звонкий смешок Светы, в шутку пихнувшей подругу в плечо. Герману тоже досталось, зря что ли рядом сидит и отмалчивается? Так прошел их совместный обед, душевное тепло и незабываемый запах вкуснейшего в мире борща витали в воздухе, а настенные часы мерно отсчитывали минуты, оставшиеся до скорых перемен.

За три часа до возвращения Татьяны Света, Катя и Герман несколько раз успели сыграть в настольные игры, закинутые на дно теперь почти пустого шкафа (про эти игры вспоминали раз в год и всегда забывали правила и даже название), не упустили из виду компьютерные, параллельно раскладывая оставшиеся вещи по чемоданам и коробкам. Кто бы мог подумать, что Катя и Герман своими руками будут собирать Свету в путь, чтобы потом так надолго попрощаться с ней. Управившись со всем, уставшие друзья перебирали на телефонах забавные общие фотографии, чтобы также надолго запомнить, как им было весело вместе. Сидя прямо на полу среди нескольких коробок в пустой от мебели комнате, все трое не могли избавиться от странного вязкого чувства, тягучими волнами разливающегося по груди и заставляющего сердце тоскливо трепетать.

В какой-то момент друзья одновременно замолчали, не имея больше сил ни смеяться, ни продолжать просматривать фотографии, и просто уставились на темнеющее серое небо за окном.

Затянувшуюся тяжёлую тишину прервал громкий дверной звонок, заставив друзей подскочить от неожиданности. Они быстро вспомнили, чьего прихода ждали всё это время, и тут же вылетели из комнаты. Вениамин уже закрывал дверь, а в коридоре на ходу снимала пальто улыбчивая Татьяна Козырева, помахавшая ребятам, едва заметив их.

— Всем привет! У нас и помощники появились?

Катя с Германом хором поприветствовали Татьяну, Света решила обойтись лёгкой улыбкой и просто помахать рукой, потому как на тот момент женщина уже сменила фокус и оживленно обсуждала с Вениамином, куда и сколько коробок с вещами грузить. С приходом Татьяны запустение, тоска и тревога в доме моментально растворился, а женщина с воодушевлением принялась грузить всех работой, не оставив ни малейшей возможности даже думать о чём-то плохом. С такими людьми, как Татьяна, и тяжёлая работа в радость.

Чуть менее счастливым ощущал себя впоследствии только Вениамин, который за последние десять минут был вынужден перетаскать уже около двадцати тяжёлых коробок из квартиры в лифт и из лифта в машину. Под надзором Татьяны небольшая вместимость салона и багажника прекрасно компенсировалась умением всё хорошенько утрамбовать: она заставила мужа играть в тетрис в реальной жизни. А тот всё беспокоился, сможет ли машина теперь вообще сдвинуться с места.

Детям же поручили стоять смирно и не мешаться под ногами, несмотря на все просьбы хоть как-то облегчить ношу Вениамина. Света небыстро смирилась с тем, что упускает шанс хорошенько потренироваться, таская тяжести, хоть она и так уже прекрасно это делала. Но ведь тренировка никогда не бывает лишней! Так говорил тренер Алексей Викторович.

И вот, всего за полчаса оставшиеся приготовления завершились, квартира опустела, родители Светы суетились над машиной, а троица неловко топталась неподалёку, ожидая, когда Свету позовут. Та первая решила попрощаться, всё равно рано или поздно это нужно сделать.

— Ну, вроде всё. — Она плавно обернулась к друзьям, всматриваясь в их обеспокоенные и слегка печальные лица. — Вы так смотрите, как будто разрыдаться готовы.

— Конечно, не каждый день своих детей приходится в тяжёлую взрослую жизнь провожать…

Катя вновь смахнула невидимую слезу, театрально