Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

Разве Юрку такой ерундой проймёшь? Он стучит себя по левой стороне пыльника, там цифры и буквы: «2 ПКП 2СТ 4ВЗ».

— А цифры для меня начинаются с четвёртого взвода. — Говорит Юрка. — Я и Саблин, и Каштенков, все одного призыва, записались во Второй Пластунский Казачий Полк во вторую сотню в четвёртый взвод. Чего это нам в первый взвод переходить? Нет, мы не согласны.

— Хватит тебе, чего ты к цифрам цепляешься, — начинает его успокаивать старший прапорщик.

— А для меня они важны, под этими цифрами мои друзья погибали, — говорит Червоненко.

Самое странное, что подсотенный Колышев молчит, как в рот воды набрал. Наверное, сразу понимал, что казаки четверного взвода не согласятся на такое сведение. А может, и самому ему это не по душе.

И как ни странно, Саблин тоже считает, как и Юрка Червоненко, и, судя по всему, Сашка-пулемётчик и Володька Карачевский того же мнения. Аким оглядывает остальных своих сослуживцев из взвода и понимает, что все они считают так же. Никто из них не хочет, чтобы четвёртый взвод упраздняли, даже временно.

— Что за упрямый народ такой, — с сожалением говорит сотник, — ладно, чёрт с вами, но теперь вы всё рано будете одним подразделением. Хоть по бумагам и будете разными. Старшим назначаю прапорщика Михеенко, разберитесь с расчётами пулемётов и гранатомётов.

— Есть, есть, есть, — звучат голоса казаков.

Сотник хотел было уже уйти, но остановился:

— Да, чуть не забыл. Пополнения не будет. И после завтрака снимаемся. Идём на юг.

Руководство уходит, а казаки остаются, стоят молча. Первым прерывает молчание, конечно, Юрка Червоненко:

— Ну, что я вам говорил? А вы мне «балабол, балабол». Так и пойдём всей кучей в самую кашу. Первыми пойдём.

— Юрка, когда же ты заткнёшься уже, а? — отвечает ему Каштенков невесело.

Все остальным тоже невесело, как и пулемётчику четвёртого взвода.

⠀⠀

Глава 23

Грузились дольше, чем ехали. Проехали километров пять и встали на площадке, забитой транспортом. Дальше никак. Дальше всё своё пришлось тащить на себе. Боеприпасы и тяжёлое оружие по песку повезли на БТР-ах. У жёлтых утёсов, рядом с артиллерийским полком, их ждал пехотой офицер в звании майора.

— Второй полк? — спросил он, встав на сиденье багги, чтобы лучше видеть пришедших казаков.

— Так точно, вторая сотня второго Пластунского полка, — сказал Короткович. — Сотник Короткович.

Майор спрыгнул на песок, протянул сотнику руку для рукопожатия:

— Комбат Малышев. А что так долго? Мы вас ещё позавчера ждали.

— Мы после боёв на подъёме понесли большие потери, ждали пополнения, — говорит сотник, пожимая ему руку. — Стояли в охранении.

— И что, получили пополнение?

— Никак нет.

— …

— Здравствуйте, господа казаки! — крикнул майор.

— Здра-а-а… Жела…. — недружно отвечали казаки.

Тем временем пара солдат ставила у его багги большой планшет, но резкий ветер, порывами поднимая тучи песка, чуть не свалил его.

— Сколько у вас людей, сотник?

— Пятьдесят два в строю.

— Ну, хоть что-то, — сказал майор, разглядывая казаков. — Господа казаки, решением командования вы направляетесь в моё распоряжение. Мой батальон и ваша сотня сводятся в ударную бригаду. В моём батальоне две роты: Девятая Отдельная штурмовая и Тридцатая сапёрная. И ещё вы. Нам поставлена задача, мы должны прорвать оборону, вот тут, — он показал на планшете место, постучал пальцем по планшету. — Снять мины, пройти две траншеи с дотами, занимаемыми противником, снова снять мины и выйти вот сюда. — Он установил палец на точку. — КДП — вот эта бетонная башня, Контрольно Диспетчерский Пункт. Наша задача — выйти к этому пункту и подняться на утёсы, что находятся сразу за ним. Скинуть противника с этих утёсов. А там у них два дота ещё. Мы должны скинуть противника оттуда и дать двум пехотным полкам начать наступление.

— А, ну понятно, — раздался голос из строя казаков, — мины, траншеи с дотами, мины, утёсы с дотами — всё взять, всё порвать, всех убить, как обычно. Плёвое дело.

Аким даже и не задумывался, кто это всё может говорить. Ему даже голос не нужно было узнавать.

— Червоненко, разговоры в строю! — рявкнул Подсотенный Колышев.

— Нет, — прервал его майор, — говорите, товарищ казак, у вас есть вопросы?

— Всего один. — отозвался Юрка.

— Задавайте.

— Мы на подъёме, считай, двадцать человек оставили убитыми и ранеными, а ещё в охранении за неделю до этого десяток потеряли. И опять нас в самую кашу кидают. Вот у нас с казаками вопрос: мы что, на этой войне самые красивые? Больше нас никого нет, что ли? Как какое месиво — так Второй полк Вторая сотня.

— Вопрос ясен, — сказал майор, — значит так, мне поставлена задача прорвать оборону противника. Одного моего батальона для этого не хватит, я просил придать мне самую боеспособную часть, что есть в наличии из тяжёлой пехоты, мне была придана ваша часть. Командование считает, что ваша сотня самая опытная и проверенная. Вот ответ на ваш вопрос, вам всё понятно?

— Так точно, мы догадывались, что мы лучшие, просто хотели это услышать, — заявил Червоненко с заметным сарказмом.

Майор сарказм его игнорировал и продолжил:

— Хорошо, что вы спросили, вовремя. Я хочу, чтобы вы поняли, насколько трудная и важная задача стоит перед нами. Да, всё верно — ряды траншей, сплошные минные поля, утёсы и доты с дзотами. И всё это предстоит проломить нам. Да, всё проламывать нам. И нас будут контратаковать во фланги, и артиллерия нас будет утюжить без перерыва. Но без нас успеха операции не будет. Мы не возьмём КДП — не возьмём Аэропорт, не возьмём Аэропорт — через три месяца китайцы выйдут к вашим болотам. Вот и всё, что я хотел вам сказать.

— А из хорошего есть, что вам сказать? — невесело спросил кто-то из казаков.

— Есть, — сказал майор, — во-первых, для пролома первой линии нам передадут танк, а во-вторых, синоптики сговорят, что к нам идёт буран.

По рядам казаков прошёл говор. Казаки явно были рады услышанному. Танк — это серьёзная помощь. Да и буран им был на руку, буран — это всегда минус для артиллерии. Связь во время пыльно-песчаного шторма тоже почти не работает. Взаимодействие соединений противника понижается.

— Товарищ майор, а когда начнётся шторм? — спросил старший прапорщик Аленичев.

— Да уже начинается, — отвечал тот, указывая на ветер, что норовил всё время опрокинуть планшет. — Так что времени мало, господа казаки. Готовьтесь, раскачиваться не будем, как только пыль полетит, так и начнём.

━━━━━━━━ ✯ ━━━━━━━━

Саблин забивал подсумок патронами, ранец гранатами. Мины выкладывал, не пригодятся мины в атаке.