Читать книгу - "Лучший травник СССР 4 - Сергей Александрович Богдашов"

шире любого, кого я видел. Шерсть тёмная, почти чёрная, с седыми подпалинами. Лапы — как брёвна. И он не ел. Он стоял и смотрел на разорванную тушу, будто ждал чего-то. Или кого-то.

Воланд зарычал. Тихо, предупреждающе. Страж медленно повернул голову.

Глаза у него были не медвежьи. Жёлтые, с вертикальным зрачком. И в них не было злобы. Только пустота. Он смотрел на нас, как смотрит хозяин на незваных гостей.

— Работаем, — шепнул я парням, и они, расходясь, растворились среди деревьев.

Страж поднялся. Медленно, без суеты. Он знал, что мы пришли. И он нас ждал.

Я шагнул вперёд, поднимая карабин. Он смотрел на меня. Потом вдруг рванул — так быстро, что я едва успел отпрыгнуть за ствол поваленной осины. Он врезался в дерево, и оно треснуло. Я выстрелил — раз, другой. Пули с посеребрёнными головками вошли ему в плечо, одна за другой, но он даже не взвыл. Только мотнул головой и снова пошёл на меня.

— Сергей! Игорь! — крикнул я, и с флангов ударили выстрелы.

Они хлестнули по бокам, по лампам, и Страж наконец взревел. Не от боли — от ярости. Он, уже раненый, медленно развернулся, чтобы броситься на парней, и я швырнул под него взрывпакет с перцем. Удачно. Грохнуло, вспыхнуло, и облако жгучей пыли накрыло морду зверя. Он замотал головой, зачихал, но не остановился. Магическая Ослеплялка добавила ещё немного света и шума — он присел, но не упал.

— Паралич! — крикнул я, вкладывая в заклинание всю оставшуюся ману. Страж дёрнулся, лапы его подкосились, но спустя секунду он вырвался. Слишком сильный. Слишком. Всего секунду заклинанием выиграл. Я и начал стрелять сам, часто, переагривая зверя на себя. Получилось.

Я подкинул шапку вверх, выставил штык и шагнул вперёд. Зверь встал на задние лапы, и я встретил его лезвием — прямо в грудь, целя в сердце. Сталь вошла глубоко, но он не умер. Только зарычал, надавил на штык и повалил меня на землю своим весом. Я почувствовал тяжесть, запах крови и мокрой шерсти, и понял, что это конец. Но тут Воланд прыгнул ему на спину. Вцепился в загривок, зарычал, замотал головой. Страж отвлёкся, и это дало мне секунду.

Я вывернулся, схватил выпущенный из рук карабин и лёжа, выстрелил ему в голову. Один раз. Второй. Третий. Пули входили, но он не умирал, а тут и патроны закончились. Тогда я влил в последнее заклинание остатки Силы — всё, что было. Молнией. Той самой Молнией, которой меня учил Ратибор.

Страж замер. Потом медленно, как подкошенное дерево, повалился на бок. И затих, успев уже в агонии зацепить меня когтём по руке, и её было много.

Тишина наступила сразу. Только Воланд тяжело дышал, стоя над телом. Парни вышли из-за деревьев, бледные, но живые. Василий подбежал ко мне, помог подняться.

— Ты как? — спросил он.

— Живой, — я смазал ладонью кровь с лица, и свою, и его. — Кажется.

Но повязка и жгут на руку не помешают. Крови я прилично потерял.

Мы стояли и смотрели на Стража. Он был мёртв. По-настоящему мёртв. И там, где он лежал, земля начала светиться. Слабо, но заметно. Источник. Тот самый, который он охранял. И который теперь вырвался на свободу.

— «Нашёлся Источник», — этак с улыбкой произнёс наставник, словно не заметил, что несколько секунд назад тут кое-кто мог умереть. Допустим, я.

Мысленно высказал ему, что думаю. Коротко, но ёмко, сбрасывая чудовищное напряжение. Ратибор замолчал. Но я чувствовал, что он улыбается.

Старый ворчун. Он всегда улыбается, когда я делаю что-то по-настоящему опасное. А потом ворчит. Но это потом. А сейчас — мы стояли на поляне, над телом убитого Стража, и я видел, как из-под земли пробивается свет. Новый магический Источник. Чистый и сильный. Что характерно, видел его свечение я один.

За кладом я приеду позже. Без свидетелей. Заодно пробегусь по окрестностям. Может найду пару слабых Источников между урочищем и домом, которые помогут присоединить к Сети новый весомый ручей Силы. Очень мощный.

Что может быть в кладе? Думаю, ничего особо древнего, чтобы прямо вглубь веков на тысячелетия уходило. Сибирский тракт, который издавна проходит в восьми километрах от моего егерского пункта, начали строить в восемнадцатом веке. По нему доставляли почту, передвигались купеческие обозы, шли кандальники этапами в Сибирь. Даже часть Пугачёвского восстания волной прокатилась, отбросив развитие Урала и всей Империи назад, на добрую пару десятилетий. Что касается «пугачёвского клада», то историки утверждают, что их были десятки. Воевавшим отрядам была нужна мобильность, а награбленного добра было так много, что оно становилось тяжелой обузой. Пугачев отдавал приказы прятать богатства «до поры, до времени» по пути следования отрядов.

Часть захороненного нашли вскоре после окончания бунта. Что-то разыскали позже. Но многое так и осталось пропавшим без вести. К примеру, та же корона бунтаря, с бриллиантами в девяносто карат.

* * *

Свердловск. Кабинет главного тренера футбольной команды «Уралмаш».

— Успех хоккеистов вышел нам боком! Меня сегодня вызывали в профком завода и требовали дать гарантии, что мы перейдём в первую Лигу, — с ходу ошарашил главный двух своих замов.

— Нам бы в своей в десяток войти в этом сезоне, — нервно отозвался Малышев, — К тому же, челябинский «Локомотив» пятерых очень перспективных игроков принял на этот сезон со стороны, а у нас только местные. Один из Качканара и двое с Тагила. Вроде, неплохие ребята, но звёзд с неба не хватают. Хотя воро́тник не плох. Как по данным, так и по реакции.

— Профком дал добро и выделил деньги на покупки эликсиров. Каких именно, сами знаете. У нас тридцать две встречи в этом сезоне. Выиграть нужно не меньше двадцати, и с хорошей разницей забитых и пропущенных. Иначе не пройдём. Готов выслушать любые ваши предложения.

— Эликсиры будут только у нас, или у всех? И сколько на матч? — нетерпеливо побарабанил Петров пальцами по столу.

— На первые встречи рассчитываем на четыре эликсира. Если выйдем к четверть финалу — обещали добавить финансирование. Там и на шесть можно будет рассчитывать. Что касается доступности… Пока вроде бы эликсиры только нам продают и «Динамо». Но это не точно. Слухи. Проверить не могу.

— Четыре… Три на Ловкость и один на Выносливость, для центрального защитника. А если свежего нападающего во втором тайме выпустить, и под Ловкостью? Он же