Читать книгу - "Еретики - Максим Ахмадович Кабир"

пришли посмотреть шоу, — сказала Зденка.

— Только одно место.

— Мы постоим, — сказал Ян. Как бы он ни напрягал зрение, не мог разглядеть в темноте ровным счетом ничего.

— Одно место, — повторил голос, и дверь захлопнулась.

— Ублюдок! — взвизгнула Зденка. — Ничего, — сказала она, заметавшись. — Ничего, мы что-то придумаем. — Она выбежала в коридор и поманила за собой погруженного в мысли Яна. — Мы вернемся, правда?

«Я заметил эту дверь», — подумал Ян мрачно, но вслух ничего не сказал.

— Мы же команда. — Зденка притянула к себе Яна и поцеловала в губы.

— Команда.

— Твою мать…

— Что?

Зденка поморщилась.

— Я так и не пописала.

Она повернулась к нему спиной и скользнула в закуток. Ян нагнулся, чтобы подобрать кирпич.

— Отвернись, — попросила Зденка. — Я стесняюсь.

Он ударил ее кирпичом по затылку. Пистолет звякнул, выпав из ее рук. Зденку повело, она врезалась в стену и упала на спину, ошеломленно глядя на Яна. Он оседлал ее и вогнал кирпич в распахнутый рот. Зденка подавилась кровью и обломками зубов. Он поднимал и опускал кирпич, пока не разворотил ее челюсть, пока не расплющил череп. Вытер попавшие на лицо капли и сунул в карман пистолет.

— Извини, — сказал он трупу. — Мне надо встретиться с Господом.

Таинственный привратник отворил после первого же стука, но, перешагнув порог, Ян никого не увидел за дверью. Крутая лестница уходила под землю, к брезжащему свету. Ян спустился по ступенькам и очутился в заброшенной прачечной. Электричество расточалось для шуршащих мусором крыс и гигантских, покрытых паутиной стиральных машин. Ян пересек помещение. Прямой, как швабра, прошел в поросший пылью административный кабинет, а оттуда — в помещение с грязным паркетом, горящей лампочкой на проводе и стулом в центре.

Дальняя часть помещения была приподнята над уровнем пола. «Сцена», — понял Ян. Там тоже был стул, но того, кто на нем сидел, маскировала тьма. Света хватало, чтобы разглядеть ноги в наглаженных брюках и руки. Левая, в перчатке, покоилась на подлокотнике. Правая пряталась в заплесневелых одежках куклы.

«Они ждут меня». По телу Яна разлилось тепло. Он занял единственное место в зрительном зале. Будто по команде, кукла открыла глаза.

У нее была деревянная, в сколах и червоточинах голова. Картофелина носа, челюсть на шарнирах. Нарисованные зрачки и брови. Обозначенные стамеской пряди волос, вдовий мыс. Ян читал про вентрологию. В прошлом за чревовещателями закрепилась репутация колдунов.

Ян смотрел на куклу, а кукла не сводила с него мертвых глаз. И тут она заговорила — Ян узнал голос привратника. Устами чревовещателя, покоящегося во мраке, кукла сказала:

— Яну хотелось развернуться и мчать без оглядки, но он продолжал идти в полутьму. Подошвы шуршали о шестигранную плитку. Все это напоминало дурной сон, приснившийся человеку с горячкой. Он уже был здесь. Эта сырость уже обволакивала его, доставая до костей. Трещины на штукатурке уже складывались в грозные лица, смотрящие исподлобья.

Ян слушал, не веря собственным ушам. А кукла все говорила и говорила. Слова текли сквозь какую-то дыру, сквозь проходной двор, пронзающий личность Яна.

— «Я не шпион», — выпалил Ян. «Конечно нет. Вы — человек искусства. Возможно, вы даже не знали, что совершаете преступление». «Не знал!» «Я объяснял это начальству. Но мой коллега… — Палец ткнулся в четвертое фото. — Он в ярости… очутиться на страницах столь компрометирующего издания…»

«Что это? — недоумевал Ян. — Что происходит?»

Он вытянул шею, тщась разглядеть чревовещателя.

— «А что тут понимать? Ты уходишь в туннели и не можешь остановиться. Теряешь связь с реальностью, перестаешь есть. Говоришь себе: “Хватит”, но опять возвращаешься. Вижу по лицу, что права. Это как наркотик. Обратного пути нет». Яна подмывало возразить, даже повысить голос, обозвать эту рыжую сумасшедшей и уйти, хряснув дверью. Если он захочет, в Старый Город — ни ногой!

Челюсть куклы поднималась и опускалась.

«Это какая-то ошибка… — Ян прижал ладони к вискам. Голова раскалывалась. Слова чревовещателя вынимали из Яна кишки, накручивали жилы на раскаленные гвозди. — Я пришел сюда узреть Господа…»

— Зденка подавилась кровью и обломками зубов. Он поднимал и опускал кирпич, пока не разворотил ее челюсть, пока не расплющил череп. Вытер попавшие на лицо капли и сунул в карман пистолет.

«Пистолет! Остановить это безобразие!» — Ян вынул оружие дрожащей рукой.

— Хватит!

— «воскликнул Ян, вставая».

— Покажись!

— «Он толкнул лампочку, и она замоталась на проводе…»

Мячик света прыгнул к сцене и срикошетил от вентролога. Мгновения хватило, чтобы разглядеть выгнившее до костей лицо мертвеца, длинные зубы, почерневший хрящ носа, слепые глаза. Кровь, когда-то вытекшая из простреленного виска, запачкала военную форму и погон старшины.

Ян сделал неуверенный шаг. Свет снова кинулся вперед, чтобы показать зрителю мясистое щупальце, выходящее из-за кулис и заканчивающееся в затылке чревовещателя.

— Господь, это ты?

— «спросил Ян».

— Я хочу увидеть тебя.

Кукла повернула деревянную голову и посмотрела вглубь сцены.

— И кулисы раздвинулись. И Ян увидел Господа.

Яростный желтый свет хлынул, затопив комнату. В этом пламени извивался чудовищный гельминт, Старый Бог проходных дворов и кривых пространств.

— Гатоноа! — закричал мертвец, не размыкая зубов. — Иди и неси весть о Гатоноа-а-а-а-а!

Свет померк, лампочка лопнула, осыпав седые волосы Яна осколками. Мрак поглотил сцену, бога, куклу и чревовещателя. Ян вышел из прачечной, поднялся по лестнице и медленно загашал по коридору.

Трое людей в поясах верности и масках позора стояли в нише, изучая тело Зденки, — словно криминалисты на месте преступления. Ян прошел мимо. Последняя здравая мысль, посетившая его, касалась предохранителя. Он повернул металлический флажок и вошел в кабак. Посетители звенели бокалами. Перухта рассказывал анекдот. Прервался и посмотрел удивленно на седого как лунь человека с пистолетом.

Последнюю пулю Ян выпустил себе в рот. Милосердный Бог принял его подношение.

1990

— Отойдите! Расступитесь, черт бы вас побрал!

Майор Лукаш распихал одеревеневших сотрудников и влетел в квартиру, служившую штабом StB на протяжении семнадцати лет.

— Что здесь произошло?

— Ночью кто-то вскрыл замок.

— Пропало что-нибудь?

— Да, собственно, все… — Подчиненный пнул ботинком деталь развороченной камеры “Sony”.

Квартира превратилась в руины. Усилитель «Юпитер», телефоны с репродукторами, телевизионный микроцентр, радиоприемник не подлежали восстановлению. Будто их молотками громили. Картотека опустела. Гагарин улыбался шокированному майору со стены.

— Управдом! — рявкнул Лукаш. — Где управдом?

— Здесь он…

Лукаш выскочил в подъезд. Крупный пузатый мужчина смотрел на него, ковыряясь спичкой в зубах.

— Это! — Лукаш ткнул пальцем в дверь. — Это ваша ответственность!

Управдом зажал спичку в уголке рта.

— Что вы вылупились на меня? Не понимаете по-чешски?

Управдом взял майора за воротник. Развернул и сбросил с лестницы. Кости Лукаша пересчитали ступеньки. Он был настолько