Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

свете старшей компоненты двойной звёздной системы, и чтоб его хоть как-то разглядеть, надо прикрыть Шану ладонью.

Местные говорят, близко соитие.

— Блин, — ещё раз взъерошив волосы на голове, протянул землянин и принялся ходить по дворику.

Дворик был не самым большим, но и совсем уж маленьким назвать его сложно. Где-то сто с небольшим метров в поперечнике. При этом двор и сам дом окружён неровным кольцом из освящённого пепла.

— Что-то ускользает, — опять выдохнул Пётр Алексеевич. Он, сам того не заметив, пересёк пространство и прислонился лбом к броне портальной машины. Громадная, как амбар, и весом под шестьдесят тонн, она была по-осеннему прохладной, и, казалось, будет впитывать энергию людей и двух чужих солнышек бесконечно, но так и не станет тёплой. Было сухо, и мокрые ночью дорожки стекающих вниз капель росы стали дорожками пыли.

— Ускольза-а-а-ет, — едва слышно прошептал генерал, а затем стукнул ладонью по железу. Мысль застыла в подвешенном виде и не хотела формироваться. А прочие решения отметались сразу после возникновения, словно короткоживущие квантовые частицы.

Он повернулся. Взгляд зацепился за дальний край, где в трёхметровом кружке ходила, словно зверь в клетке провинциального зоопарка, саламандра. Дух давно не проявлял попыток вспыхнуть, и про него, казалось, совсем забыли.

Лишь когда землянин присел рядом, саламандра раскрыла пасть, полную мелких острых как иглы зубов, и негромко зашипела, а вдоль хребта прибежали блёкло-голубые огоньки, будто подожгли почти высохшую спиртовую ватку.

Дух выглядел жалко. Но именно он был ключом к решению. Хотя вернее будет сказать, не он, а то, участником чего он был.

— Дежурный! — закричал Пётр Алексеевич, отталкиваясь локтями от брони. — Портальщика ко мне!

Генерал неспешно подошёл к загону с несчастным духом иллюзии огня и присел на корточки. Но не просто так, а стараясь не попасть под линию обстрела. И замерший за временной ненадобностью уазик для этого подходил как нельзя кстати. Он всё равно не годился к тому, чтоб его в круг поставили по краю поляны как часть фортальезы, ибо ни высотой, ни толщиной бортов не вышел.

Зато от стрел он защищал прекрасно.

— По вашему приказу, товарищ генерал, — подскочил к нему, слегка хромая, заклеенный пластырем капитан. Уж кто-кто, но именно он первым будет против общения с Ламинарой. Ибо их прошлая встреча оказалась не очень приятной. И это ещё мягко сказано.

— Помнишь крайний запуск установки?

— Так точно.

— Сможешь выставить те же параметры?

Портальщик забегал глазами, соображая и поправляя очки, отчего походил на типичного ботаника, лишь по чистой случайности нацепившего военную форму, а потом проговорил:

— Так, она же вразнос пойдёт. Пробоя не будет — зверобог не даст. А вразнос уйдёт.

— Я не спрашиваю, твою мать, — тихо, но зло проронил Пётр Алексеевич, — будет ли пробой. Я спрашиваю про параметры.

— Смогу, товарищ генерал, — протараторил капитан.

— Тише ты, — сжав кулак на уровне лица, прошипел Пётр Алексеевич. — Здесь уши везде. И передай дежурному, чтоб заказал с базы щиты. Такие, — генерал провёл рукой сверху вниз, будто кончились слова описывать предмет, но потом пояснил: — Тактические. Титан, кевларовая обивка и окошко в серединке. Пусть духи за жетончики постараются доставить. А ещё пусть на базе распечатают череп громадного павиана. Это тоже нужно. Теперь иди.

— Есть, — снова поправил очки капитан и умчался.

А генерал же встал, глянул сперва на Астру в бронежилете со свежим фаерболом на ладони, потом в светлый берёзовый лес, где прятались псоглавые. Лес виднелся через широкие зазоры, которые были между машинами, и по-хорошему надо забраться наверх. Но это — подставить себя под удар.

Потому остаётся довольствоваться малым.

— Давай я буду думать как ты, — забормотал Пётр Алексеевич и даже немного сгорбился, как это делал псоглавый божок. — Я непобедимый, отважный и очень гордый. Как говорится, со щитом или на щите. И ты знаешь, что взять штурмом в лоб — это потерять всё своё войско. И тогда получается, что атаки лишь отвлекают внимание, но от чего?

Землянин облизал губы. А в голове шелестели шестерёнки мыслительного процесса, но самое первое, что приходило в голову: выманивает наружу. Средневековые часто так делали, особенно когда осада не удалась и время начинает поджимать, а бросать лакомый кусок ой как не хочется.

Потому что налицо все признаки спешки.

Ведь он не ушёл восвояси, когда осталось мало воинов и когда они не могут выходить за пределы действия своего тотема — там их накрывают земные миномёты.

А если попытка выманить не удастся, то будет какая-то гадость. И гадость потусторонняя, ибо другой попросту не осталось.

Или же он сам ринется в бой, что вряд ли. Мог бы — давно сделал.

— Значит, остаётся только сверхъестественный сюрприз, — проронил генерал, распрямляя плечи. — И значит, будем к нему готовиться.

Пётр Алексеевич в который раз бросил взгляд на Небесную Пару, затем быстрым шагом двинулся к волшебнице.

— Дорогая моя глава совета магистрата, — начал он полуофициальным тоном, заставив Астру вопросительно посмотреть на землянина сверху вниз. Баба не глупая, должна понять, что вопрос будет не о погоде и любовных любезностях.

— Да, дорогой барон, — в тон генералу проговорила женщина.

— А что, если псоглавые применят боевые чары? У нас есть чем ответить?

Волшебница улыбнулась и важно кивнула.

— Кофе, дорогой мой барон. Мне нужно больше этого чудесного напитка.

— С густым сахарным молоком и шоколадом? — улыбнулся в ответ землянин.

— Разумеется, — произнесла Астра и поправила на генерале лямку на разгрузочном жилете.

Глава 19

Цена ошибки

— Интересно, как скоро он появится? — хмуро произнёс Пётр Алексеевич, сидя на стуле в углу комнаты. Стул стоял боком, и генерал облокотился на спинку, подставив ладонь под щеку. Сон уже перегорел, как старый предохранитель, а глаза не слипались, а просто были с ощущением насыпанного в них песка. Килограмма два, не меньше. И кофе перестал помогать совершенно.

На часах было самое начало третьего каста утра. Скоро будет рассвет.

Небесная Пара сблизится ещё больше, и разница в двойных тенях почти исчезнет.

Висящие на стене кварцевые часы с московским временем тихо клацали, рывком двигая секундную стрелку, а мебель в помещении была отодвинута к стенам, освобождая пространство посередине. И по этому пространству, то есть по холодной домашней брусчатке первого этажа домика, ползала Николь-Астра.