Читать книгу - "Деревенщина в Пекине 8 - Крис Форд"

Второй сотрудник тем временем нажимает кнопку вызова скорой помощи на экране планшета. Ван Мин Тао всё ещё дезориентирован, и кровь продолжает идти из носа.

В этот момент у меня в руке вибрирует телефон. На экране видеозвонок от Хуан.

Я принимаю вызов и разворачиваю экран к ближайшему полицейскому.

Хуан подготовилась. На ней форменная рубашка с погонами, застёгнутая под горло, волосы собраны в строгий узел, взгляд спокойный, цепкий.

— Старший лейтенант Гао? — произносит она. — Можно вас к телефону?

Мужчина в форме, лет тридцати, смотрит в экран:

— Ни лица, ни биометрия задержанных не определяются. В нашей базе их нет.

— Два варианта, — вклиниваюсь. — Первый — тот, о котором вы подумали, уважаемые офицеры. Второй — это иностранцы. Прибыли недавно, биометрия ещё не прогрузилась. На закуску: кто знает, как они вообще заехали? Возможно, нелегально. Напали на беременную женщину, хозяина квартиры, видео есть.

Полицейские смотрят друг на друга.

Запускаю воспроизведение и поворачиваю экран. Короткие, дёрганые кадры: тесная прихожая, трое мужчин над двумя людьми в креслах, тазеры в руках. Лицо женщины с разбитой губой.

— Мог ли китайский гражданин, тем более государственный служащий, направить специальное средство, ограниченное в данном случае законом, на беременную женщину?

Гао отступает на шаг. В его голове идёт нехитрый счёт, насколько глубоко он влез и что будет, если отступить:

— Это не совсем наша компетенция, — осторожно говорит, потирая переносицу.

— Поэтому к вам едет и… — Хуан, не моргая, называет подразделение. — Подождёшь их? Передашь им и вали. Спасибо с меня отдельно.

— Хорошо, — Гао оживляется.

Не проходит двух минут, как в коридоре снова грохочут шаги. В квартире материализуются пятеро в бронежилетах и шлемах, с прозрачными щитами, чёрная форма без шевронов, лица закрыты. За ними идёт вторая группа: ещё трое, с автоматами.

— Все на месте! Не двигаться!

Патрульные поворачиваются на звук.

Прибывшие заглядывают в каждый угол. Я выжидаю момент и подхожу к тому, кто держится чуть позади остальных:

— Лян Вэй, студент-политолог из Цинхуа. Зашёл к бизнес-партнёру невесты, действовал по обстоятельствам. Запись с камеры могу передать вам — видеофиксацию включил мгновенно на этапе входа в квартиру, когда понял, с чем столкнулся.

Меня оценивают с головы до ног:

— У вас всегда такая реакция? Для студента не очень типичная.

— Смотрю фильмы, учу теорию. Вот пришлось к месту.

— И всегда за камеру первым делом хватаетесь?

— К сожалению, разногласия с полицией Пекина у меня уже случались. Хуан Цзяньру помогала разобраться, — указываю на экран. — За одного битого двух небитых дают.

— Вижу в системе.

— Из любой плохой ситуации всегда нужно делать хорошие выводы, опыт есть опыт.

Он ничего не отвечает, только сухо хмыкает.

— Покажи мне новых ребят, — голос Хуан из динамика.

Разворачиваю экран, демонстрирую вошедших панорамой.

Взгляд Цзяньру останавливается на закрытом лице, стоящем правее. Она задаёт короткий вопрос, тот отвечает.

— Лю Вэньбин, — кивает Хуан уверенно. — Не узнала за полотенцем.

Мужчина в балаклаве чуть подаётся вперёд:

— Что хотела?

— Во-первых, приветствую. Во-вторых, как насчёт транспортировки этих, не развязывая? Чтоб интервью начали давать у вас на месте, под камеру.

— Когда следствие прискачет? — наклоняет голову к плечу.

— Да. Лишь бы не сейчас и не у вас в транспорте. М-м-м? — отдельная благодарность категорически не звучит в эфире, но прямо подразумевается контекстом.

Лю Вэньбин поворачивается к командиру, по выражению глаз над балаклавой видно, что оба взвешивают варианты.

Безмолвный разговор гляделками.

— Забираем, — распоряжается старший.

Троицу подхватывают под руки и несут наружу. Тот, что в ремне, продолжает пытаться что-то мычать.

Глава 24

(ссылка на продолжение — в конце главы)

Пекин. Новая квартира Ван Мин Тао.

На следующий день мы с До Тхи Чанг снова поднимаемся на тридцать третий этаж. Тот же лифт со стальными панелями и мягким светом, то же зеркало, в котором нас двое.

Спал я часа три, не больше. До Тхи Чанг выглядит собраннее, хотя это всего лишь маска. Она, как и я, тоже несколько раз просыпалась за ночь.

Дверь нам открывает сам Ван Мин Тао.

Я стараюсь не пялиться, но взгляд сам цепляется за его лицо. За ночь синяки расцвели полностью. Левый глаз бизнесмена заплыл наполовину и отливает густой сливовой синевой, переходящей к скуле в жёлто-зелёные разводы. Переносица распухла, поперёк неё белеет полоска пластыря. Нижняя губа рассечена. Рубашка на нём белая, воротник застёгнут до последней пуговицы. Держится он прямо, как всегда, только в движениях появилась осторожность.

Дело не только в боли. Прежде, чем сесть в кресло, Ван скользит взглядом по окну, по коридору, по нам с До Тхи Чанг. Его организм до сих пор живёт во вчерашнем вечере. Есть древний режим «бей или беги», в который тело переключается при угрозе. Адреналин и кортизол в крови, мышцы наготове, внимание сужено до всего, что может оказаться опасным. Сутки спустя этот заряд никуда не девается сам собой. Человек сидит в собственной гостиной, а внутри по-прежнему прислушивается к каждому шороху за дверью. Выбранное им кресло, к слову, стоит так, что вход виден целиком.

Вчера у Вана не было ни первого, ни второго. Его прижали к креслу двумя тазерами, и ни ударить, ни убежать он не мог. Такой невостребованный заряд хуже самой драки. Тело получило приказ приготовиться, но не получило разрядки, поэтому теперь он не знает, куда его деть. Отсюда и вся эта осторожность при движениях.

Сумка с наличными деньгами, которую попросил подготовить Ван Мин Тао, как раз из этой же логики. Он знал, что скоро что-то случится и своё «Беги» подготовил заранее. Счета могут заблокировать за минуту, а наличные вот так просто не забрать. В случае чего, он успеет покинуть страну, даже если ему ограничат выезд — всё решат деньги.

У его невесты, похоже, третий вариант. Не бей и не беги, а «замри». Тело отключило всё лишнее, чтобы пережить стресс.

В стене у окна белеют два крошечных прокола, туда ушли дротики. Ваза вернулась на консоль в прихожей, шредер вывезли.

— Как вы? — спрашивает До Тхи Чанг у невесты Вана.

— Живы и это главное, — она кивает механически, словно робот.

— Есть новости? Что с теми тремя? — перехожу к самому главному.

Ван пожимает плечами. Его невеста вторит ему тем