Читать книгу - "Недобитые. Том 1. - Александр Шевец"

считалось приличным — вино здесь хотя бы не приходилось разбавлять водой второй раз.

Приказчик взял две карты, одну положил рубашкой вверх и опять перевёл взгляд на манжету. Ренар чуть отодвинул край рукава большим пальцем, поправил ткань и вернул руку к столу.

— Опять? У тебя манжета чешется или совесть?

— Совесть обычно беспокоит меня в других местах. Здесь просто плохой портной.

— Плохой портной, значит. — Приказчик подвинул к середине ещё две монеты и постучал ногтем по столу. — Посмотрим, что он тебе туда пришил.

Ренар ответил такой же ставкой и оставил левую руку на виду. В рукаве не было ничего полезнее складки ткани и оторванной пуговицы, которую он несколько недель собирался пришить и каждый раз находил дела важнее. Первые две партии он проиграл понемногу, в третьей слишком быстро сбросил карты, а перед четвёртой снова полез к манжете; после этого приказчик почти перестал смотреть ему в лицо.

Когда ставки выросли, карты Ренару пришли хорошие и без всяких ухищрений. Он покрутил одну между пальцами, потянулся к деньгам, остановился и опять коснулся края рукава.

Приказчик заметил движение и придвинул к середине почти всё, что у него осталось. До этого он держал лицо спокойно, но теперь угол рта всё-таки дёрнулся.

— Давай. Только теперь не сбрасывай.

— А я собирался. Ты умеешь испортить человеку хорошее решение.

— Ставь уже. Или рукав не помог?

Ренар положил деньги к остальным и убрал левую руку подальше от карт. Приказчик первым раскрыл свою комбинацию и наклонился через стол.

— Не тяни. Показывай.

Ренар выложил карты по одной. Последнюю задержал между пальцами чуть дольше остальных, положил рядом и откинулся на спинку стула; улыбка напротив исчезла раньше, чем приказчик успел рассмотреть весь ряд. Сам Ренар усмехнулся: правый угол рта у него привычно приподнялся чуть выше левого. Приказчик заметил это и ещё сильнее стиснул челюсти.

Тот схватил Ренара за левое запястье и рванул рукав вверх. Под тканью не оказалось ни карты, ни кармашка, ни даже второй пуговицы.

— Отпусти, — сказал Ренар, опустив взгляд на чужую руку. — Или хотя бы купи мне ужин перед тем, как раздевать.

Приказчик разжал пальцы и снова уставился на карты.

— Ты всё время трогал рукав. Зачем?

— Поправлял манжету. Что ты там себе придумал, уже не моя работа.

— Ты специально заставлял меня смотреть туда.

— А ты специально туда смотрел. Получается, оба старались.

Приказчик выругался и поднялся так резко, что стул скребнул по полу. Ренар положил ладонь на край стола и прикинул, придётся ли драться или хватит вернуть пару монет, но проигравший только натянул плащ и сгрёб оставшуюся медь.

— В следующий раз с тобой играть не стану. Даже если руки привяжешь к стулу.

— Тогда я точно обижусь. Хороших партнёров здесь и так мало.

Дверь хлопнула, впустив внутрь сырой воздух с площади. Мужчина, сидевший до этого через стол, дождался, пока хозяин унесёт пустую кружку проигравшего, и пересел на освободившееся место; за весь вечер он ставил мало, разговаривал ещё меньше и чаще следил за Ренаром, чем за игрой.

— Ты ему ни одной карты не подменил? Я смотрел внимательно.

— Потому и не увидел. — Ренар собрал выигрыш и отделил несколько медяков на следующую кружку. — Когда человек заранее решил, где его обманывают, остальное можно делать у него перед носом.

Мужчина усмехнулся, но к деньгам не притронулся. Ещё утром хозяин постоялого двора предупредил Ренара, что какой-то приезжий расспрашивал о нём и хотел сперва посмотреть, чего стоит человек, которому собирается предложить работу; узнать наблюдателя оказалось нетрудно.

— Значит, слухи всё-таки не совсем врут. Ренар?

— Сегодня да. Завтра зависит от погоды и размера долга.

— Говорят, из Сольвена ты уехал именно из-за долга.

— Странные люди. Вчера мне рассказывали про замужнюю женщину. Позавчера — что меня выгнали из порта за драку с тремя таможенниками. Последняя версия мне нравится больше.

— А какая верная?

— Если расскажу, у тебя станет на одну хорошую историю меньше. — Ренар отпил вина и поморщился: за время игры оно успело нагреться. — Давай лучше о работе.

По залу прошла служанка с подносом и поставила на соседний стол миску тушёной капусты. Ренар перехватил её взгляд и улыбнулся; девушка ответила ему тем же, но задерживаться не стала. Посредник дождался, пока она скроется за кухонной дверью, достал из внутреннего кармана сложенный лист и придержал бумагу ладонью, закрывая рисунок от сидевших рядом.

— Завтра после полудня в дорожный дом на южной дороге прибудет человек Морвена Керра. Поверенный. С ним двое сопровождающих, останутся до следующего утра.

Имя Керра Ренар слышал не раз. Караванный дом держал склады и повозки на нескольких торговых дорогах, скупал товар у приезжих и давал деньги тем, кому обычный ростовщик уже не доверял; самого хозяина Ренар никогда не видел, зато фамилию знали даже те, кто дальше городских ворот не ездил.

— Обычно после слов «поверенный богатого человека» следует что-нибудь неприятное. Например, окованный сундук.

— Сундук тебе не нужен. Нужна книга.

— Счётная?

— Тонкая, тёмно-красный переплёт. Без названия и застёжки. Поверенный держит её при себе или в дорожном сундуке.

Посредник развернул лист. На бумаге был нарисован второй этаж дорожного дома: лестница со двора, открытая галерея, ряд комнат, крыша кухонной пристройки и ещё два пути вниз. Ренар провёл ногтем от отмеченной двери к лестнице, потом к дальнему концу галереи.

— Кто рисовал?

— Неважно. План точный.

— Для тебя, может, и неважно. Мне потом через эти линии бегать.

— Тебе дают готовую схему и описание вещи. Большинство людей на твоём месте были бы благодарны.

— Большинство людей на моём месте недолго остаются на своём месте.

На листе были отмечены три выхода. Один вёл по лестнице во двор, второй — через окно на крышу пристройки, третий — к хозяйственной калитке за кухней; тот, кто рисовал план, уделил дороге наружу не меньше внимания, чем самой комнате.

— Даже выходы подписали. Заботливые люди.

— Комнату выбирает поверенный, не заказчик.

— Тогда откуда заказчик заранее знает, в какой комнате он остановится?

Посредник сложил лист пополам.

— Имя заказчика тебе не потребуется.

— Обычно так говорят, когда очень надеются, что после работы я уже ни до кого не доберусь.

Мужчина достал небольшой кошель и положил его между кружками. Кожа почти не просела, зато стол отозвался коротким тяжёлым стуком; Ренар подцепил кошель пальцем, приподнял и сразу поставил обратно.

— Это аванс. Столько же после передачи книги.

— Тогда книга либо очень дорогая, либо я очень дешёвый.

— Работа простая. Вошёл, взял, ушёл.

— Поверенный Керра, два человека при нём, заказчик без имени, готовый план и деньги, за которые обычно просят ещё кого-нибудь зарезать. —