Читать книгу - "Недобитые. Том 1. - Александр Шевец"

край повозки. Вытягивать каждый ответ новым вопросом быстро надоело, и Эрдан прибавил шаг.

На первой короткой остановке мальчишка исчез. Когда обоз снова тронулся, Эрдан заметил его далеко впереди: тот уже шёл рядом с женщиной, погонявшей мулов, будто всю дорогу был именно при ней.

После перевала изменилось дорожное полотно. Под выбитой землёй то и дело проступали широкие каменные плиты, по краям стояли старые столбы с почти стёртыми знаками, а вода уходила в неглубокие канавы и через сложенные из камня стоки проходила под дорогой. Одну канаву расчистили совсем недавно: у обочины лежали кучи мокрой глины, на перерубленных корнях ещё светлело свежее дерево.

Эрдану нравилось, что здесь следили за дорогой. В их долине весенний размыв чинили всем селением, а до дальнего брода руки обычно доходили только после того, как там застревала чья-нибудь телега.

Ниже дорога прижалась к склону. Слева поднималась мокрая каменная стена, справа за редкими соснами виднелся обрыв к реке; шум воды то становился громче, то пропадал за очередным поворотом. Повозки по одной вошли на небольшой деревянный мост, и глухой стук колёс возвращался от скалы так близко, что лошади нервничали от собственного эха.

Эрдан уже видел впереди белые спины упряжки, когда треснуло дерево. Кто-то закричал, следом забились лошади, а шедшая перед ним телега остановилась так резко, что возница едва удержался на облучке. Сзади сразу поднялась ругань: люди ещё не понимали, почему встали, и только подгоняли следующие повозки ближе.

Эрдан обежал телегу со стороны склона. Четвёртая повозка осела на правое переднее колесо, которое вывернулось наружу; нижняя доска кузова легла на край канавы, а лошади пятились и ещё сильнее тянули перекошенную раму.

— Не тяни повод! — Эрдан подскочил к ближней лошади и ухватился за недоуздок. — Дай ей ноги поставить.

Животное вскинуло голову, едва не зацепив его подбородок. Эрдан дождался, пока лошадь перестанет пятиться, и передал недоуздок подошедшему возчику.

— Камень под заднее колесо. И остальных назад отгони, пока сюда не полезли.

Брант протиснулся между телегами и опустился в грязь возле сломанной стороны. Низкорослый и крепкий, в добротном тёмном плаще, который весь день берёг от дорожной пыли, сейчас он без сожаления сунул рукав почти под кузов и выругался.

Эрдан присел рядом. Ось переломилась возле колеса: на изломе светлела узкая полоса свежего дерева, но большая часть трещины была тёмной и старой. Железная обойма ещё удерживала щепки вместе, хотя вес уже не несла.

— Запасная есть?

Брант показал на следующую повозку. Двое возчиков отвязали от днища запасную ось и положили её рядом со старой.

— Подгонять надо. — Один провёл ладонью по грубо обтёсанному концу. — Я ещё в Рудене говорил, чтобы мастер посмотрел.

— В Рудене ты говорил, что доедет. — Брант повернулся к Эрдану. — Что скажешь?

— Разгружать. Потом поднимать кузов. Топор, долото и длинный рычаг нужны.

— Сколько снимать?

— Пока рама не поднимется.

Брант оглядел тюки под пологом и велел развязывать верёвки. Часть груза разнесли по соседним телегам, для рычага срубили молодую сосну, а под раму начали собирать подходящие камни.

Эрдан выбрал широкую плоскую плиту возле канавы и уже наклонился за ней, когда рядом остановился рохт. Он был ниже Эрдана почти на голову, зато широк в плечах; потёртый рабочий передник висел поверх дорожной одежды, на поясе были железные клинья, за спиной — короткий молот. На пальцах и возле костяшек светлели твёрдые участки, похожие на тонкую каменную чешую.

Рохт присел возле выбранной плиты, положил на неё ладонь и провёл большим пальцем вдоль края.

— Эту не ставь.

— Почему?

— Эту бери, — Рохт постучал костяшкой по камню и показал на другую плиту — уже и неровнее.

— Первая шире.

— А вторая выдержит.

— Откуда знаешь?

— Поставишь первую — узнаешь.

Брант уже кричал кому-то, чтобы не бросали тюки в грязь. Эрдан не стал тратить время на спор и взял указанный камень; вторую опору они поставили вместе, причём рохт сдвинул её ближе к продольной балке, а Эрдан сам подбил снизу небольшой клин.

Когда кузов подняли, отвергнутая плита осталась у канавы. Один из возчиков наступил на край, камень качнулся под сапогом и раскололся вдоль тонкой серой жилки, которую сверху почти невозможно было заметить.

— Теперь видно? — Рохт вытер каменную пыль о передник.

— Теперь да.

— Поздновато.

— Можно было объяснить.

— Я сказал не ставить.

— Убедительно.

— Повозка цела.

Рохт поднял мешок и пошёл дальше вниз по дороге. Эрдан проводил его взглядом, потом вернулся к работе: кузов всё ещё висел на опорах, а запасную ось предстояло подогнать до темноты.

Старую ось вытаскивали втроём. Один крепёж заело, и Эрдан содрал костяшки, пока выбивал железо; потом снял мешавший меч, стянул плащ и принялся подгонять запасную ось по уцелевшему концу старой. Когда пришло время крепить новую ось, он протиснулся под кузов боком: широкие плечи не давали развернуться между опорой и колесом. Когда оставалось поставить колесо, руки уже дрожали от усталости, а кровь на пальцах смешалась с чёрной колёсной смазкой.

Сверху, со стороны перевала, послышался тяжёлый скрип колёс. Брант выругался, велел убрать с прохода двух мулов и сдвинуть ближайшую телегу к склону; узкой полосы между остановившимся обозом и краем дороги как раз хватило, чтобы пропустить одну повозку.

Первыми показались две серые лошади. За ними медленно прошла крытая двухосная повозка; на козлах сидели двое мужчин, а вооружённый всадник держался сзади и поглядывал на застрявший обоз. Эрдан в это время лежал плечом в грязи возле поднятого кузова и видел чужие колёса почти с уровня ступиц.

Из-за плотного полога донёсся короткий металлический стук. На ремешке возле задней оси качнулась небольшая медная бляха с кругом и узким разрывом внизу; колесо прошло почти у самого лица Эрдана, и знак сразу скрылся за ободом.

— Рычаг держи! — крикнул сверху возчик.

Эрдан упёрся плечом в раму и перестал смотреть на дорогу. Когда он снова выбрался из-под кузова, крытая повозка уже скрылась за нижним поворотом, а её скрип смешался с шумом реки. Лесь выбрался из-за соседней телеги со стороны склона; лицо у мальчишки заметно побледнело, но Эрдан решил, что тот просто замёрз на ветру.

— Штырь подай.

Железо легло ему в ладонь, а Лесь остался рядом. Он быстро оглянулся на Бранта, сам нашёл молоток и положил возле колеса; когда понадобилась мокрая тряпка, сбегал к канаве и вернулся с водой, стекавшей по красным от холода пальцам.

— Как зовут? — Эрдан промыл ссадину и оторвал от старого холста узкую полоску.

— Лесь.

— Подержи здесь.

Лесь зажал край ткани, пока Эрдан обматывал палец. Ногти у мальчишки были обломаны почти до мяса, на костяшках темнели старые царапины.

— Давно за обозом идёшь?

—