Читать книгу - "Корсаков. Том 4 - Владимир Кощеев"

через несколько секунд её императорское высочество, наследница престола, будущая государыня и прочая и прочая стала просто девушкой Дашей, которая хотела провести свой первый раз с избранным ей мужчиной.

Как она оказалась на спине, Дарья не смогла бы вспомнить ни под какими пытками. Просто мир перевернулся, и над ней возникло лицо Вани. Он не задавал глупых вопросов, не позволял спрятаться в мыслях. Он был рядом и каждую секунду давал ей знать — он любит её, он здесь, он с ней.

Она обхватила его ногами, и всё превратилось в один бесконечный экстаз.

Никаких границ между ними больше не осталось, и Дарья уже не сдерживала ни голоса, ни собственных желаний.

* * *

Иван Владимирович Корсаков .

Обнажённая Даша лежала рядом со мной, не стесняясь собственной наготы. На её губах застыла довольная улыбка, глаза были закрыты. Я положил руку на её живот и погладил ладонью — медленно, уже без жара, просто лаская девушку, которая стала моей.

Некоторое время мы просто лежали так, наслаждаясь моментом. За окнами «Царской каюты» плескались речные волны, на столе нас ждал давно и безнадёжно застывший ужин. А мы просто переживали вместе наш первый опыт.

— Какая же я дура, — выдохнула Даша, открывая глаза.

Я приподнял бровь, поднимаясь на локте, чтобы смотреть в её лицо.

— Почему?

Она усмехнулась в ответ.

— Мы могли сделать это ещё в Выборге, — прижавшись ко мне, заявила она. — Знаешь, сколько раз мне говорили, что ты просто божественный любовник?

— Приятно, что отзывы положительные, — совершенно искренне посмеялся я. — Надеюсь, ваше императорское высочество тоже поставит нашему сервису пять звёзд?

Даша ударила меня кулачком в плечо и тихонько посмеялась. Затем попыталась изменить положение и скривилась от резкой вспышки боли. В самый болезненный момент первого раза я воспользовался магией, чтобы ничего не мешало ей получать удовольствие, но после двух часов страсти любая выносливость начинает сдавать.

— Сейчас, — произнёс я, поднимая ладонь, но Даша перехватила моё запястье.

— Не надо, Вань, — серьёзно сказала она. — Потом. Пока я просто хочу чувствовать, что всё было по-настоящему.

Я усмехнулся и, наклонившись, поцеловал её подбородок, затем перешёл на шею. Даша откинула голову, позволяя мне двигаться свободнее, но почти тут же остановила.

— Погоди, время.

Я вздохнул и, порывшись в своих вещах, совсем не благородно валяющихся у кровати, выудил телефон. Показав телефон наследнице престола, я сообщил:

— У нас есть ещё час, прежде чем зарезервированное у твоей гвардии время закончится. Так что пойдём в душ и ещё успеем поесть.

Она немного подумала над моими словами, прежде чем ответить.

— Хорошо, ваше сиятельство, несите меня в душ, — подчёркнуто переигрывая, произнесла Даша. — Моё императорское высочество хочет, чтобы вы меня вымыли. После всего, что между нами было, вы обязаны позаботиться обо мне.

Я с улыбкой наклонился к её губам.

— Поэтому мы скоро поженимся, любимая.

* * *

Москва. Екатерина Владимировна Корсакова .

Охранница выбрала дорогу в объезд центра, и Екатерина Владимировна не возражала — младшая Корсакова терпеть не могла пробки, особенно в центре столицы. Необходимость двигаться по узким улицам в потоке в час по чайной ложке выматывала деятельную дочь Анастасии Александровны больше, чем любое другое занятие.

Именно поэтому смену маршрута она согласовала с облегчением.

Екатерина Владимировна сидела на заднем сиденье родового седана, положив телефон рядом с собой, и смотрела на вечерний город. Москва за затемнёнными окнами постепенно успокаивалась — субботняя суета ещё не закончилась, дневная столица сменялась самой горячей ночью недели. Наступил ровно тот момент, когда город затихал перед новым оживлением. Поток уже поредел, витрины зажигались одна за другой, а редкие прохожие торопились домой.

До особняка Корсаковых оставалось меньше двадцати минут.

Диана вела машину спокойно, обеими руками удерживая руль. Она работала у Корсаковых достаточно давно, а после нападения Миронова всюду сопровождала младшую дочь рода. Екатерина Владимировна привыкла к её присутствию быстро, и ей даже нравилось.

Графиня Корсакова переписывалась с Маргаритой Ивановной, которая прислала сразу несколько сообщений о выступлении Вани. Ростова возмущалась, что он снова сумел спокойно произнести на всю империю нечто настолько громкое, а потом сделать вид, будто ничего особенного не произошло.

Екатерина Владимировна улыбнулась, гордясь своим братом. Он действительно был таким: мог признаться наследнице престола в любви перед миллионами зрителей, а после наверняка спросить, что в этом странного, ведь он всего лишь сказал правду.

Корсакова уже почти набрала ответ подруге, когда машина чуть дёрнулась — едва заметно, любой пассажир списал бы на неровность дороги. Но Катя подняла взгляд всего на мгновение и сразу увидела то, что моментально пробудило самые дурные воспоминания.

Правая рука охранницы соскользнула с руля, голова медленно наклонилась к плечу. Автомобиль при этом продолжал двигаться, уже лишённый управления.

— Диана? — позвала Екатерина Владимировна.

Водитель не ответила, её нога осталась на педали, и машина продолжила набирать скорость, одновременно уходя вправо. Впереди приближалось ограждение, за которым начинался глубокий котлован будущей развязки.

Времени испугаться не осталось, и Корсакова подняла руку. Подчиняясь её чарам, сразу четыре силовых поля сомкнулись вокруг машины: два подхватили кузов по бокам, не позволяя ему опрокинуться, третье удержало переднюю часть, гася скорость постепенно, чтобы резкая остановка не переломала Диане шею, а последнее легло между водителем и рулём, фиксируя её тело в кресле.

Колёса завизжали по асфальту, поднимая чёрный дым от стирающейся резины, седан развернуло поперёк дороги, затем ещё раз и ещё. Магия тормозила машину, но останавливать её сразу было опасно для пассажиров внутри. Наконец, передний бампер остановился в ладони от бетонного блока, но двигатель продолжал работать. Ещё несколько секунд машина бессмысленно крутила колёсами, пока Катя отдельным импульсом не перевела рычаг коробки в нейтральное положение.

Наступила тишина, в которой Екатерина Владимировна не сразу опустила руку. Силовые поля продолжали удерживать машину, Диану и двери. Младшая Корсакова слушала собственное дыхание и наблюдала за водителем. Грудь охранницы поднималась равномерно, пульс на шее был виден — она не умерла, просто уснула. Слишком быстро и слишком глубоко, но совершенно безвредно. И этот сон младшая Корсакова знала лучше многих в Российской империи.

Екатерина Владимировна выросла среди целителей. Она видела, как мать усыпляла пациентов перед тяжёлыми процедурами, как Ваня одним прикосновением отключал боль, сознание или отдельные нервные реакции. Такое состояние нельзя было перепутать с обычным обмороком — Диану погрузили в лечебный сон магией.

Младшая Корсакова медленно перевела взгляд на боковое