Читать книгу - "Кодекс Охотника. Книга XXXXXL - Юрий Винокуров"

выпрямилась во весь рост, двор потемнел, и в голосе у нее прорезалось все ее Верховное происхождение разом.

— Ты не обнаглел ли часом, Сандр? Ну, допустим, подвела. И что ты мне сделаешь?

Гвардейцы на стенах что-то судорожно заговорили в рацию. Кажется, они вызывали огонь на себя и я точно слышал слово — лучше ядерку. Петрас побледнел, но потянулся к ножнам, в которых лежал не проигранный меч. А мне вдруг стало весело. Бывает у меня такое в самые неподходящие моменты.

— Сама увидишь, — улыбнулся я, — если очень хочешь проверить.

Пауза повисла звонкая. Бездна смотрела на меня, я на нее, и я прямо видел, как за ее безумными глазами щелкают счеты. С одной стороны, она Верховная Сущность и такое спускать не принято, с другой, я та самая переменная, которую в ее уравнениях Многомерной и прочих Вселенных слишком часто учитывают неправильно. И вроде да, но… нет…

Счеты в голове у Бездны, наконец, дощелкали.

— Ладно, — фыркнула она, и двор посветлел обратно. — Погорячилась. Не ссы, Охотник: доставлю в лучшем виде, до самого порога. Но у меня условие. Если ты еще когда-нибудь достанешь такие кубики, предложи их первой мне. До того, как понесешь их своим детям, банкам, жёнам и прочим счастливчикам.

— Без проблем, — легко согласился я, потому что мы оба только что перегнули палку и оба это поняли. — Более того, Тоха рано или поздно вырастет, и кубики ему станут не нужны, а может, я тебе их и раньше предложу. Посмотрим.

— Ну, — Бездна уже вернула себе фирменную улыбочку, — я же не думаю, что это твой последний уникальный ребёнок, так что конкретно на эти… блин… кубики я уже не рассчитываю.

— Тоже верно, — не стал спорить я.

Знал я когда-то одного портальщика, который за такую доставку содрал бы с меня три шкуры, расписку кровью и процент с будущих находок. Жадный был до изумления, но надежный. Эх! С Бездной выходило бесплатно, но, глядя, как Петрас забирается на подставленную ему черную четырехглазую лошадь, я не был уверен, что брат не предпочел бы заплатить.

— Держись, брат! — напутствовал я его. — И помни, чтобы ты ни увидел по дороге, это тебе показалось.

Ответить Петрас не успел. Фиолетовая спираль свернулась, двор опустел, и сейчас ящик с кубиками, Охотник и богиня безумия уже неслись где-то между слоями Мироздания в Первую Крепость моего Ордена.

Жаль, что я не увижу лицо Первого. Ну ничего, такое мне обязательно перескажут.

Где-то в Многомерной Вселенной

Первая Крепость Охотников

Первый Охотник не любил слово отчётность, но признавал его необходимость.

Великая Охота, крупнейшая за последние эпохи, шла не по плану. Это не было катастрофой. Ни одна большая охота никогда не идет по плану, и Первый знал это лучше всех живущих. Но Темная Охота Скульптора, объявленная в противовес, сделала свое дело. Силы Ордена пришлось дергать с разных направлений и разбрасывать по Вселенной наперекор плану. Тревожные группы латали дыры в десятках миров, расписание сместилось, добыча уходила. Молодых пришлось ставить в пары к опытным раньше срока. Потерь среди братьев и учеников пока не было, и Первый намеревался удерживать такое «пока» до конца Охоты.

Самый трындец Орден уже закрыл. Миры под смертельным ударом получили защиту, маршруты тварей Скульптора были вычислены и костяные армии успешно перехватывались, паника в приграничных мирах улеглась. Ситуация была под контролем. Оставалось перейти от обороны к тому, ради чего Орден вообще существует. Именно об этом Первый размышлял, когда начался этот день. А вот позже этот день стал, скажем так… немного странным.

Сначала пришел рапорт с окраины. В мире, атакованном силами Темной Охоты, зафиксирована неизвестная конная армия, действующая под боевыми флагами Ордена. Флаги были подлинными. Армия, в составе которой были какие-то бомжевато выглядевшие всадники на химерных конях, разгромила войско нежити полностью, потерь среди мирного населения не допустила, после чего организованно провела погрузку трофеев и отбытие домой через портал. Дежурный брат, составлявший рапорт, дважды переписывал формулировку, потому что брат Петрас, который должен был попасть в этот мир, где-то задержался и отчет делал совсем другой брат, который не смог уделить этому достаточно внимания.

Первый прочитал рапорт дважды. Отложил. Сделал пометку. Затем доложили с внешнего периметра: к воротам цитадели прибыла «потеряшка». Брат Петрас, живой, здоровый и, как особо подчеркнул дежурный, трезвый. Почему это было важно, выяснилось позже. Доставила же его лично Верховная сущность по имени Бездна, которая сдала брата страже с рук на руки, пожелала всем хорошего дня и убыла. Стража сейчас пребывала в состоянии, которое устав Ордена деликатно называет повышенной готовностью, а неуставной язык куда точнее. Хотя Кодекс промолчал, не поднимая тревоги, и это успокаивает.

При Петрасе была посылка: ящик с кубиками из Первородной материи и сопроводительная записка «Детям. Играть». Ящик проверили трижды. Кубики оказались именно кубиками. Материя оказалась именно Первородной. Записка смысла не меняла, сколько ее ни перечитывали. А еще при Петрасе был доклад с печатью Рода Галактионовых и подписью Сандра. После этого доклада Первый отменил все встречи. Ведь ворота-кольцо на краю Равномерной, собранное Пастырем, запитанное Пустотой, оплетенное вязью Хроники, это дверь, рассчитанная на армии. И посольство Скульптора, которое стучится в эту дверь с очевидным предложением привезти всех именно сюда, Многомерную Вселенную.

Первый Охотник не испытывал иллюзии. Он понимал, что все эти армии придут к ним. И тогда Темная Охота окажется детским лепетом.

Сандр, как всегда, попал туда, куда не добралась разведка Ордена, и, как всегда, прислал точное, исчерпывающее донесение. Первый поймал себя на том, что испытывает чувство гордости за брата, но при этом чувствовал подвох. С Сандром всегда так было.

К вечеру, когда он уже почти поверил, что день исчерпал запас странностей, с южной границы земель Ордена пришло последнее сообщение неподалеку от крепости появились двое. Лекарь Михаэль и странная женщина, в которой никто из братьев не смог прочувствовать силу. На вопрос дежурного о цели визита Михаэль ответил, что они просто постоят и не будут вмешиваться.

Первый стоял у окна. Ладно, Сандр, но Михаэль! В его исполнении просто постоят и не будет вмешиваться звучало как предсказание Армагеддона. Надо все же выйти и поговорить с Михаэлем лично. Да и женщина эта слегка тревожит Первого Охотника.

Внизу, во внутреннем дворе цитадели, шли тренировки. Молодые ученики отрабатывали связки, наставники поправляли, где-то за стеной пели, какую-то новую балладу, кажется, про последние похождения