Читать книгу - "Искупление - Стивен Бакстер"

Никола рассмеялась. — Заражение. Хорошее слово. Заражение, как и мы, и призраки, и кваксы.

— Да. Начнем с этого. У нас есть два источника информации о разуме в спиральных рукавах: старые данные из архивов Пулов и информация о призраке червоточины, проблески утраченного будущего и наши собственные новые наблюдения. Итак, на звезде Губера — оставляя пока в стороне ксили и существ из темной материи — мы обнаружили, что туда независимо добрались три вида разумных, технологичных, путешествующих к звездам видов. То есть видов из светлой материи. Как ты говоришь, Никола, мы, призраки, кваксы. Если предположить, что это типичная плотность, что у вас есть три вида, взаимодействующие в радиусе тысячи световых лет…

Никола кивнула. — Мне нравятся головоломки с числами. Трое на диске радиусом в тысячу световых лет. Итак, в спиральной галактике диаметром в сто тысяч световых лет можно ожидать… сколько, несколько тысяч цивилизаций?

Ашер пожала плечами. — Ну, это предположение. Лучше, чем ничего. Это может показаться не таким уж большим количеством в Галактике с сотнями миллиардов звезд. Если хотите знать мое предположение, жизнь обычна — может быть, даже универсальна, — но технологические звездоплаватели относительно редки.

Майкл Пул нахмурился. — Но вы специально искали. И я предполагаю, что вы все равно кое-что нашли, иначе бы здесь об этом не говорилось. Верно?

Ашер кивнула. — Война между призраками и кваксами осталась далеко позади, несмотря на то, что гипердвигатели позволили ей распространяться быстрее света. Но, пересекая Галактику, мы обнаружили — следы.

Джофиэл был очарован. — Следы?

— Признаки, — мрачно сказала Ашер. — Цивилизации, промышленности. Разбросанные редко. И немногие из них обширны, за пределами одной-двух звездных систем — не так, как война между призраками и кваксами, растянувшаяся на тысячи световых лет. И несколько раз мы видели явные свидетельства своего рода упадка, даже разрушения.

Она начала перечислять классы свидетельств исчезнувших культур. Она напомнила им, что звездная система Губера показала свидетельства того, что она была исчерпана, упорядочена, возможно, какой-то культурой, которая исчезла задолго до появления призраков, кваксов, ксили или людей. Теперь Джофиэл узнал, что даже в эпоху антропоцена Земля могла уничтожить себя таким образом, который был бы заметен культурам на Альфе Центавра или еще дальше. Тотальная ядерная война вызвала бы вспышку гамма-излучения, видимую на межзвездных расстояниях, но длившуюся, возможно, всего несколько часов. Некоторые из более длительных последствий — непрозрачность атмосферы во время ядерной зимы, истощение озонного слоя и другие возмущения воздуха — сохранялись бы и были бы заметны издалека.

— Вероятно, мы не осознаем всего, что видим, — сказала Ашер. — Возможно, некоторые из тех, кто выживает в войнах и завоеваниях, переходят на какой-то продвинутый уровень существования, о котором мы ничего не знаем. Чего мы не видим, так это каких-либо признаков процветающей межзвездной империи. Никаких транспортных линий, никаких огромных космических лайнеров с множеством видов, пересекающих звезды…

— Хотя, похоже, здесь много разнообразия, — сказала Никола.

— Да, потому что люди никогда сюда не добирались, — тяжело вздохнул Джофиэл. — В этой временной линии. Не после вмешательства ксили и Рассеяния.

— Верно, — сказала Ашер. — К настоящему времени должна была начаться волна экспансии человечества за пределы Солнечной системы и рукава Ориона, которая в некоторых отчетах из архива Пула называлась Ассимиляцией. Чрезвычайное разрушение, прямо по всему галактическому диску. И событие вымирания, если хотите. Соперничающее в галактическом масштабе с обменом в стиле Колумба, когда европейцы эпохи великих географических открытий начали распространять рабство, болезни и крыс по всей планете.

Никола улыбнулась Пулу, не без сочувствия, как показалось Джофиэлу. Она сказала: — Событие вымирания, однако. Которое, похоже, ты… ну, вдохновил в одной временной линии, Пул. По крайней мере, в одной временной линии. Но затем вмешались ксили. Вот кое-что, о чем я слышала, как бормотала команда, когда они увидели некоторые из этих данных. Молодые, у которых нет нашего культурного багажа. Которые выросли в качестве беженцев. Послушайте, если ксили, вторгшиеся в Солнечную систему, предотвратили вымирание во всей Галактике, пожар жизни и культуры, было ли это хорошим поступком? По каким-то высшим меркам морали. И если это так, то, возможно, мы ошибаемся, пытаясь убить их за эти проблемы.

Описать последовавшее за этим потрясенное молчание как неловкое, подумал Джофиэл, было бы неправильно. Какой поразительный поворот перспективы.

— Мы там, где мы есть, — хрипло сказал Майкл Пул. — Мы сделали свой выбор. И мы просто должны продолжать, вот и все. Что еще вы от меня хотите? Что?

И даже Джофиэл, заглянувший в свое собственное смоделированное сердце, не нашел ответа.

С некоторым облегчением Ашер сказала: — Теперь о картине в целом.

Джофиэл уставился на него. — Еще шире, чем это?

— О, да. Как я уже сказала, по крайней мере, мы были немного знакомы с тем, что происходит в спиральных рукавах. Вот что мы не очень хорошо понимали.

Она снова замахала руками. Теперь изображение Галактики перевернулось, уменьшилось до размеров обеденной тарелки — и вокруг самой Галактики материализовалась более широкая оболочка, прозрачная с серебристым мерцанием. Уменьшая ее.

— Вот мое представление о гало темной материи Галактики в самом крупном масштабе. В первые дни мы во многом полагались на данные, собранные Гэа, хотя с тех пор дополнили их.

— Вы можете видеть, что большая часть темной материи находится за видимым краем Галактики, но не вся. Смотрите, видите эту серебристую плоскость, встроенную в диск? На самом деле там, внизу, в пределах видимого диска, имеется значительная плотность темной материи, которая, как я уже сказала, сама по себе сравнительно редкая. Как она попадает туда? У нас есть записи о некоторых очень древних наблюдениях этих явлений и теории, почти столь же древние. Мы думаем, что некоторые из них мы можем подтвердить сейчас.

— Видите ли, мы действительно знаем кое-что о темной материи. Знаем, что она состоит из частиц, на жаргоне — суперсимметричных копий обычных частиц барионной материи. И теперь мы думаем, что у темной материи есть свой собственный набор физических законов. Ее собственные силы, такие как наши ядерные, электромагнитные, гравитационные силы. Сложность в том, что набор сил темной материи отличается от нашего. На самом деле у нас есть только одно совпадение: гравитация. Это единственный способ, которым темная материя напрямую влияет на нашу барионную вселенную, но это довольно важный способ. Отсутствие какого-либо дальнейшего наложения делает темную материю трудной даже для наблюдения. Отсюда и термин темная.

— Но существование этих других сил подразумевает структуру в царстве темной материи.

— Видите ли, это точно так же, как, скажем, звезда из