Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

сатир не только метался из одного края колонны в другой, но и не забывал отпускать шуточки, отчего остальным становилось чуть легче.

Изначально я планировал идти ночью, когда шанс встретить кого-либо, кроме лесной живности, минимален. Но стоило нам удалиться на пару километров от секретного лаза контрабандистов, как я отказался от этого решения. Если на ровных участках пути еще можно было понять, куда ставить ноги, то стоило углубиться в лес, и такая прогулка становилась травмоопасной. Тьма стояла — хоть глаза выколи и корни деревьев бросались под ноги совершенно незаметно и неожиданно.

Сейчас я сидел метрах в пяти от небольшого костра, разведенного минотавром, и пытался наладить «сигнализацию», как я сам ее прозвал. Больше всего она была похожа на невидимую магическую паутину, у которой паук отчего-то забыл сплести центр, зато не пожалел паутины на края. Тонкие кольцевые силовые линии начинались с тридцати метрах от костра, повторялись через каждые сорок-пятьдесят сантиметров, пока наконец не заканчивались внешним контуром с радиусом пятьдесят метров. Их задача была предельно проста — предупредить меня, если на силовую линию или возле ее кто-нибудь наступит. Для этого пришлось использовать поднятый с земли булыжник, который после некоторой магической обработки начинал ощутимо вибрировать в случае нарушения периметра.

Стоит сказать, что нечто подобное я попробовал сделать во время первого же привала, но не учел, что мы идем по дикой местности, в которой, кроме нашего отряда, с избытком хватает всякой живности. Поэтому каменюка в моем кармане дрожала не переставая, напоминая мобильник биржевого маклера во время обвала основных мировых фондов. Пришлось путем проб и ошибок уменьшить чувствительность сигнальных линий, чтобы они не реагировали на каждого пробежавшего неподалеку зайца. Решение конечно так себе — настраиваться на массу потенциального шпиона. Думаю, в мире, где правит магия, можно и мышь заколдовать так, чтобы она поставляла регулярные и точные разведданные, но в моем случае пришлось довольствоваться тем, что имею. На что-то большее моих знаний не хватало.

Закончив с наведением охранных кругов, я заметил, как несколько возбужденный от обуревающих его мыслей Анатол мнется, то и дело поглядывая на невозмутимую Лию, делающую вид, что не замечает многозначительных взглядов рыжего. Я усмехнулся. Похоже, молодой парень, страдающий от избытка гормонов и неуемных фантазий, достиг точки кипения и скоро решится подойти к девушке с «интересным предложением. Я устроился поудобнее в ожидании шоу. От самой Лии я знал, что проявления подобного интереса для нее — не новость. Подобное случается регулярно, и ответ ее всегда неизменен. Ламия давно научилась смирять свои инстинкты и не собиралась лишний раз проверять свою силу воли на прочность, особенно когда для этого нет никакой необходимости.

Подстреленный Богомолом во время перехода заяц распространял из котелка упоительный дух. Кашеварящий минотавр попробовал собственную стряпню, удовлетворенно кивнул и сообщил всем, что жрать готово. Следующие несколько минут вокруг костра стояла тишина, прерываемая лишь звуками жующих челюстей, трелями ночных пичуг да сытыми отрыжками сатира.

Наконец, с едой было закончено, Богомол отправился с горой грязной посуды, а все остальные занялись насущными делами. А именно: Менис отправился почивать, Лиа достала иголку и нитки, чтобы зашить порванную о сухой сучок рубашку, Актеон принялся править оплетку рукояти своей палицы, и только Анатол, расправившись с едой, вновь начал бросать на девушку взгляды, полные сокровенных желаний.

— Как думаешь, он рискнет? Ведь должен же он понимать весь риск такого…соития. Ламия это не девушка облегченного поведения, которая сделала хорошо и забыла, как тебя зовут. — мысленно спросил я у Димитра.

Конечно понимает. Иначе бы он попытался добиться благосклонности нашей красавицы намного раньше. И все же ставлю на то, что он не устоит. Слишком уж велик соблазн. Я бы рискнул.

— Ты думаешь, что все вокруг столь же рискованны и падки до наслаждений, как и ты?

Я не думаю. Я знаю. Смотри!

Решившись, Анатол с сосредоточенным лицом убрал ложку за голенище сапога, встал и направился к Лие. Я видел, что маневр не остался для нее незамеченным, однако она продолжила сосредоточенно, стежок за стежком, зашивать порванную рубаху.

— Лиа, можно тебя на секунду?

Она наконец оторвалась от своего занятия, подняла голову и зыркнула на мгновенно стушевавшегося юношу далеко не молодыми глазами:

— Ты уверен в том, что собираешься сделать, Анатол? Может, стоит хорошенько подумать, прежде чем произнести это вслух?

В какой-то момент я начал подозревать, что он откажется от своих намерений, но растерявший было весь задор парень встряхнулся и уверенно сказал:

— В последнее время я только и делаю, что думаю. У меня скоро уже голова лопнет от этих раздумий. Я только хотел сказать, что много слышал о… Нет, не так. Я знаю, что ламии способны… Ну, когда это самое… В общем, я готов дать тебе свою кровь в обмен на то, что ты ляжешь со мной!

Не веря, что он все же смог это произнести, Анатол выпрямился и стоял перед Лией, глядя куда-то поверх ее головы, густо покраснев и ожидая ответа.

Девушка вздохнула. Отложила в сторону зашитую рубаху и поднялась.

— Хорошо, идем.

Анатол выглядел так, словно его хорошенько огрели по башке тяжелым мешком:

— Ты это… В смысле, правда, что ли?

— Глубокомысленно. Но если ты о том, что готов добровольно отдать мне свою кровь взамен на пару предсмертных минут, наполненных неземными наслаждениями, то кто я такая, чтобы препятствовать столь благородному порыву.

Выражение одурелого счастья продержалось на лице рыжего секунд пять, прежде чем до него в полный рост дошел весь смысл сказанного. Я четко видел тот момент, когда слова Лии сложились в его голове в цельную картину.

— Эээ… Почему предсмертных?

— А ты как думал, дружок? Ты же видел, что произошло с тем ублюдком в Кидонии? Уверена, какое-то время, очень короткое время, ему было очень хорошо. Но я постараюсь растянуть этот процесс насколько смогу. Обещаю, что наш отряд не забудет твоей жертвы, особенно если придется кого-то лечить от ран. Все будут знать, что это возможно только благодаря твоему самопожертвованию.

— Но я не это имел ввиду!

— А что же? — она с любопытством наклонила голову.

— Я хотел, чтобы ты попробовала моей крови, немного. Ну и… того самого.

— Э нет, дружок. Если я, будучи «пустой», попробую твоей крови, то