Читать книгу - "Добрым словом и пистолетом - Ольга Олеговна Погожева"

– Эвелин была идеальной мишенью, – бесцветно проронила Джен. – Брешь в белоснежной репутации семьи Ллойд. Ирландка, сестра бунтовщика с мутным прошлым и без сколько-нибудь значимого приданого. Я столкнулась с ней в лаборатории, куда Эвелин пришла сдавать кровь. Совершенно случайно.

– И из этой случайности развернули целый план, – негромко подметил Константин.

– Эвелин поделилась переживаниями со знакомой медсестрой, у которой сдавала кровь. Очень мечтала о ребёнке. Искру паники несложно раздуть в пламя отчаяния. Обронила имя мисс Джонсон, которая соблазняет её ненаглядного Джона прямо на рабочем месте, а он, «доверчивый мальчишка», и не видит. Так получилось, – без интереса, почти скучающе продолжила Джен, – что имя мисс Джонсон мне уже было знакомо. Информатор Джанфранко Медичи в уголовном розыске. Паззл сложился. Рафаэль одобрил план.

– Одной пулей несколько мишеней, – сдержано похвалил судмагэксперт. – Отработать заказ Равена, подмочив репутацию Ллойдам, бросить одну соперницу на электрический стул, а вторую – на тот свет, лишить Медичи глаз и ушей в полицейском управлении, испробовать новейшее изобретение профессора Зборовского в действии… Кстати, для чего? Зачем вы похитили Яна?

– Я не собиралась, – вздохнула Джен. – Снова Рафаэль.

– Порой напарники только мешают, – вежливо согласился доктор Вольф, но Джен ощутила фальшь: даже благодушный викарий, похоже, не простил ей мучений друга-профессора. – Ваш мафиозный не-возлюбленный собирался наладить крупное производство магических сывороток? Продавать как оружие американским партнёрам?

Острая, болезненная неприязнь. Что ж, иного от конкурента уровня Джанфранко Медичи Джен и не ожидала.

– Я была против, – повторила Джен. – Как учёный, я знаю, что в условиях заточения работать невозможно, даже если предоставить менталисту класса Яна Зборовского всё необходимое. Ламорте думал, что сломает слабого на вид молодого профессора, но он ошибался. Менталистов сломать невозможно. Если бы не я, Ян и вовсе бы от нас сбежал, – нахмурилась Джен. – Фантастические таланты профессора лежат в научной области, но охранников он подчинил бы, не напрягаясь. Мне пришлось обеспечить людям Ламорте некоторую безопасность. И общаться с Яном тоже приходилось мне.

– Чему вы не были рады, разумеется, – подметил Константин. – Вы раскрыли свою личность, которую планировали хранить в тени до достижения цели.

– Что ещё ты хочешь знать, Джон? – проигнорировав судмагэксперта, спросила Джен. – Спроси – тебе я отвечу.

– Миранда и впрямь странно себя вела в последние дни, – медленно припомнил старший инспектор. – И эти письма…

– Я встретилась с мисс Джонсон накануне, мельком, – успокоила брата Джен. – И внушила ей, что пора назначить тебе свидание. А потом пересеклась с Эвелин ещё раз, в лаборатории, и напитала её ненавистью к сопернице. Обе легко поддались моей магии.

– Потом ты забрала образцы крови Эвелин…

– В лаборатории ко мне хорошо относились. Как и везде – я ведь хорошая девочка, Джон. Вежливая, участливая, скромная. И не красавица, чтобы не вызвать ревность бывших сотрудниц. Там осталось много людей, готовых ради меня на многое – или легко поддающихся ментальному влиянию.

– …сделала сыворотку…

– Сыворотку сделал профессор Зборовский. Тот первый демонстрационный шприц не пригодился: безрукий Присли его испортил.

– Присли, – взглянул сквозь сестру Джон. – Ты ведь подставила собственного начальника, Джен. При обыске в его кабинете мы ничего не нашли – потому что ты накануне забрала все документы, под видом увольнения.

– Подставить его не получилось бы, – мягко поправила Джен. – Как только профессор понял бы, что я повесила на него всех собак, он бы рассказал, что я активно помогала ему в запрещённых экспериментах над менталистами.

– И что ты планировала сделать?

– Свести профессора с ума, – поколебавшись, призналась Джен. – Собственно, если бы вы не поджидали меня здесь всей компанией, он стал бы целью моего следующего визита. Полагаю, в следственный изолятор.

Поражённая тишина в палате её уже не смущала. А вот Джон, на посеревшем лице которого выделялись лишь иссиня-белые губы, уже почти пугал.

Ну же, братик. Возьми себя в руки. Не показывай им, как тебе больно. Ллойды не ломаются.

– Вы и так можете, мисс Эвергрин? – сдержанно уточнил доктор Вольф.

Джен даже не обернулась.

– Я не была уверена, что получится. С Эвелин вот не получилось.

Джон вскочил и тут же упал обратно на стул.

– Ей вводили успокоительное, – одними губами прошептал он. – Эвелин уже двое суток не в себе!

– С ней всё будет в порядке, – вздохнула Джен. – Либо вокруг неё ментальный блок, либо я не настолько сильна, как хотелось бы.

– Я не ставил блоков.

Джен равнодушно пожала плечами.

– Как вариант, твоя жена беременна, Джон. А на менталиста, пусть и нерождённого, я воздействовать не могу. В подобном случае – не с тем эффектом, как предполагалось.

Джон вздрогнул. В палате по-прежнему царила тишина. Кажется, вопросов не осталось, но брат всё ещё не принимал услышанное. Джен ждала, чтобы он заговорил – и не ошиблась.

– Платье Эвелин… Я когда тебя в нём увидел… Ты как будто…

– Подменяла её собой? – коротко улыбнулась Джен. – Возможно. Хотела ощутить хоть каплю того, что ты испытывал к ней.

– Ты… очерняла Эвелин, – через силу вытолкнул Джон. – Та записка от её брата, Виктора О`Рида… Это ведь ты перехватила посыльного? Впрочем, неважно… Это правда: такой план был. Использовать меня… Но Эвелин отказалась его выполнять, а Виктор не желал этого принять. Но он примет. Как принял мой отец…

За спиной брата Джанфранко Медичи покачал головой.

– Ты тянула время, – продолжал Джон. – Уводила расследование в сторону…

– О, ты сразу взял правильный след, – успокоила Джен. – Помнишь, когда ты пришёл ко мне? Ты сразу связал рвение прокурора с покровительством Равена. Пришлось вести тебя по ложному следу, и не думай, что это было легко. Ты ведь менталист, Джон. Убедить тебя в чём-либо против твоей воли я не могла. И ещё Константин Вольф. Признаюсь, он стал неприятным сюрпризом. Я не знала, что профессор Зборовский работал над сывороткой не в одиночку. К несчастью, Константин догадался почти сразу…

– Ты настояла, чтобы мы завезли его домой, – припомнил Джон. – Так ты узнала, где он живёт. Убедилась, что Вольф не поделится подозрениями со мной, не шепнёт пару слов на прощание. А оказавшись дома, ты тут же дала знать своему Ламорте…

– Не считай меня бездушной, Джон. Я ведь чувствовала, как ты привязан к Константину. Как к старшему брату, которого у тебя никогда не было… Как к единственному человеку, чьему слову ты доверял. Такой друг встречается раз в жизни, если повезёт. Представь, как мне было больно – забирать у тебя источник такого уникального чувства. Ведь сквозь тебя эту тёплую привязанность ощущала и я. Но я знала, что дам гораздо больше взамен. Я совсем не