Читать книгу - "Кодекс Охотника. Книга XXXXXL - Юрий Винокуров"

углу. А увидел… консервацию. Миры-плантации вокруг Тронного Мира стояли пустые и запечатанные, как банки в погребе у хорошей хозяйки. Ни армий, ни движения, ни жизни. Всё, что могло воевать, куда-то делось, а всё, что не могло, было аккуратно убрано на полку до лучших времён. И вот от этого, честно скажу, по спине пробежал холодок. Потому что так прибираются не перед сном. Так прибираются перед переездом.

Первым делом я направился туда, где по всем правилам полагалось искать хозяйку этой Вселенной. В пещеру Книги.

Про это место я, после первого посещения, даже сочинил сказку, которая очень нравилась маленькой Ассе. Батя года, буквально!

Начиналась она так:

«Где-то далеко-далеко, в самом сердце Равномерной Вселенной есть гора, а в горе — пещера размером с приличное государство. И в этой пещере на каменном возвышении лежит Книга. Огромная, древняя, живая. Вокруг нее день и ночь ползают слуги в мрачных балахонах: что-то записывают, что-то шепчут, листают страницы, которые сами по себе весят как дверь от сейфа. И вот однажды туда пришел Великий Охотник…»

Продолжения у сказочки пока не было, потому что каждый раз, когда я ее рассказывал, меня прерывали на одном и том же месте. Вот на этом самом месте. Ассу не интересовало, что случилось дальше. Ассу интересовала сама Книга. Глядя на меня большими глазами, она «агукала», видимо подразумевая то, что ей нужна эта книга! М-да… Ну может когда-нибудь я ее и притащу своей милой крошке.

Короче говоря, дорогу я сюда знал. А ещё я знал, что сигнализация там на зависть любому банку, и потому шли мы очень, очень аккуратно. Кстати, до сих пор не могу понять одного: то ли Книга называется Хроникой, а бабка при ней просто сторож с манией величия, то ли Хроника — это бабка, а Книга у неё вроде записной. Кто из них первичен, фиг его знает. Подозреваю, они и сами уже запутались.

Так вот. Пришли мы к пещере, просочились знакомыми ходами, и я сразу почуял: что-то не то. Нет, Книга лежала на месте, балахоны ползали, страницы шелестели. Но это была не «та» тишина. Раньше пещера гудела силой так, что зубы ныли, а теперь фонило еле-еле, едва слышно. Хозяйки дома не было. И не было её, судя по всему, давно.

— Н-н-нада? — спросил Шнырька с широкой улыбкой, указывая лапкой на висящую в воздухе книгу.

— Да ну нафиг, мелкий, не сегодня, — тут же ответил я, но сам не удержался и улыбнулся. — Мы сюда еще вернемся.

Я «принюхался» и понял, что от пещеры тянулся след. Даже не след, а целая просека: туда, к дальнему краю Вселенной, регулярно ходило что-то очень большое и очень энергоёмкое. Я поймал направление, переглянулся со Шнырькой, и мы пошли по этой просеке, как по стрелочке на указателе: «Сволочи там».

Шли мы достаточно долго, а на самом её отшибе, там, где нормальные миры уже заканчиваются и начинается всякая космологическая неопределённость, мы наконец увидели ЭТО.

Стройку!

Я много чего повидал, но тут даже присвистнул. Посреди пустоты, вдали от любых обитаемых слоёв, висело кольцо. Гигантское, механическое, собранное с нечеловеческой аккуратностью, в которой явно читался почерк Механического Пастыря. Миллионы подвижных сегментов, идеальные сочленения, ни одной лишней детали. Вокруг кольца гроздьями висели уродливые тёмные ёмкости, и вот от них несло Пустотой так, что у меня свело зубы. Батареи Пустоты. Она их напитывала, я это чувствовал: где-то там, в глубине, прямо сейчас шел процесс. А поверх всего этого, тонкой сеткой между сегментами, лежала вязь Хроники. Спелись, значит, сволочи.

Что-то похожее я уже видел над своей собственной планетой.

Тот самый барьер, которым Триумвират (еще в своей старой комплектации) в своё время накрывал Землю. Тогда она была клеткой, которая должна была запереть мир и никого не выпустить наружу. А эта… эта была дверью. Не хлипкий портальчик, не тропка контрабандиста через Изнанку, а полноценные ворота, в которые можно вливать армии.

Старая схема и проверенная. Только вместо выбывшего участника в Триумвирате сейчас работал новый. Скульптор из проекта вылетел, Хроника вписалась, а чертежи, как выяснилось, у этой компании многоразовые.

Хроника не дура возводить такие штуки рядом со своим домом: случись что, рванёт, Книгу попортит. Нет, эта штука стояла на отшибе именно потому, что работать ей предстояло в одну сторону. Отсюда — туда. К нам, блин, в Многомерную Вселенную!

Я завис на краю стройки, переваривая масштаб, и тут Шнырька дёрнул меня за рукав и молча показал вниз.

К площадке перед кольцом подтянулся гость.

Гостя я опознал с первого взгляда по знакомому запаху энергетических эманаций. Костяной кадавр. Не рядовой, причём, а посол: холёный, гладко отполированный, с гербовой пластиной на груди, которую Скульптор ставит только любимым игрушкам. Такие твари не воюют. Такие передают слова хозяина.

Мы подобрались ближе, насколько позволяла наглость, и я навострил уши.

Приём, надо сказать, шёл холодно. Пастырь и Пустота, а они явились лично, отчего пространство вокруг площадки вело непредсказуемо, то расширяясь, то пытаясь схлопнуться, высказывали гостю всё, что накипело. Если убрать дипломатические обороты, суть сводилась к простому: Скульптор козёл, Скульптор их предал, Скульптор бросил их в чужой Вселенной, и после этого у него хватает костей стучаться сюда с предложениями. Козёл… Но при этом они тем не менее его слушали.

А потом вступила Хроника, и вот её голос был ровным и безэмоциональным. Она сказала, что обиды обидами, а четвёртый участник проекту не помешает. При одном условии: главной в этом предприятии будет она. Не Триумвират равных, как в прошлый раз, а её проект, её Вселенная, её правила. Остальные могут либо вписаться, либо остаться при своих обидах.

Кадавр выслушал, поклонился и выдал финальную реплику:

— Я не уполномочен решать такие вопросы. Но хозяину передам.

И начал откланиваться.

А дальше произошло то, что происходит всегда, когда рядом со мной находится Шнарк, которому сказали «по мелочи можно».

Пока высокие договаривающиеся стороны обменивались любезностями, мелкий куда-то слинял. Я обнаружил это с опозданием секунды в три, а ещё через две увидел его на складской площадке у основания кольца, где штабелями лежали компоненты стройки. И мой маленький друг, гордость Тени и без пяти минут король, уже деловито утрамбовывал в свой теневой карман целый ящик чего-то кубического.

Сигнализация у четвёрки оказалась поставлена на совесть.

Тишина над стройкой резко испарилась. Все трое козлов… точнее, козел, козлиха и… блин, как козел в среднем роде, вообще? В общем, вся тройка