Читать книгу - "Кодекс Охотника. Книга XXXXXL - Юрий Винокуров"

и ведёте себя как герои, а не как саранча. Мирных не трогать, погреба не выносить, местных красавиц очаровывать только с серьёзными намерениями. Ашик — за старшего. С тебя победа, дисциплина и чтобы вернулся каждый. Это приказ!

— Сделаем, Са-а-ань, — степенно кивнул Ашик-хан, у которого из-под парадного доспеха предательски торчал проводок наушника.

— И последнее! — я обвёл строй суровым взглядом полководца и его… гхм… коллег по музыкальному бизнесу. — Много не бухать! Совсем не бухать я даже не прошу, я реалист.

И вот тут все, включая коней, почему-то посмотрели на Бухича. А Бухич сделал каменное лицо и медленно повернулся к Бурбулису, мол, не знаю, к кому это, но кое-кому точно стоило бы задуматься над своим поведением.

— Развернуть знамена! — добавил я в конце и зачем-то устроил у них над головой праздничный салют из иллюзий. Ну, потому что могу. Да и вышло красиво!

Дорогу им открыла сама Бездна, и надо признать, вышло со вкусом. В воздухе появилась аккуратная большая арка, от которой ощутимо веяло её фирменным безумием, а за ней виднелись зелёные холмы и совершенно мирное небо. Орда втянулась в проход красиво, с развевающимися знаменами, под флагами Охотников и рода Галактионовых под звуки салюта. Я смотрел на это и честно жалел только об одном: что не увижу лица того первого Охотника, который наткнется на монгольскую конницу под символикой Ордена. Ничего. Мне перескажут. С подробностями и, надеюсь, в лицах.

А потом портал схлопнулся, и в лагере стало тихо.

Вот теперь можно было заняться делом, о котором я никому особо не докладывал. Мы ведь сейчас, на минуточку, сидим на самом краю Равномерной. А в Равномерной, если кто забыл, гостят Механический Пастырь и Пустота. И это, мягко говоря, не самые весёлые ребята из моей коллекции врагов: долбаная Пустота чуть не свела в могилу мою Аню своим проклятием, а Пастырь спит и видит, как доберется до Феликса Бездушного. Волк же сейчас с Араза докладывал одно и то же: полнейшая тишина! Ни движения, ни склок, ни делёжки территорий. А к тишине такого калибра нужно относиться чрезвычайно подозрительно, иначе опомниться не успеешь, как грянет гром!

Уверен, эта троица что-то пилит. И прежде чем они допилят, я собирался подойти поближе и посмотреть на их гениальный план своими глазами.

И нет, никого из наших я с собой звать не собирался. Почему, думаете, я так легко отпустил Бухича с Бурбом нянчить Ашика? То-то же. Вслух я такое, разумеется, никогда не скажу, потому что обид потом не оберёшься, но самому себе врать глупо: для прогулки по вотчине трёх Верховных мои друзья… слабоваты. Я в случае чего выкручусь, даже если всё пойдёт через одно место, у меня это, можно сказать, основная профессия. А их положат. Вот и вся математика. Можете считать меня высокомерной сволочью, я переживу. Главное, что и они переживут.

— Ну что, мелкий, — я опустился на трофейную попону рядом со Шнырькой, который торжественно доедал очередную заслуженную мороженку. — Остались мы с тобой вдвоём. Как в старые добрые времена, ага.

Мелкий согласно кивнул, не отрываясь от процесса.

— Я тебе, кстати, главного не сказал, — продолжил я, глядя на чужое багровое небо. — Ты ведь у меня охрененный. Нет, я серьёзно. Ты в одиночку взял древнего теневого дракона. Даже без моей помощи, сам, в честном бою. Такого напарника, как ты, ни у одного Охотника не было за всю историю Ордена. И я тобой горжусь, понял?

Шнырька замер с мороженкой на полпути к пасти и уставился на меня всеми четырьмя глазами. Кажется, он ждал подвоха. Подвоха не было, и от этого мелкий растерялся ещё больше.

— А молчал я не просто так, — добавил я. — Я ждал, как на твой подвиг отзовётся Тень. Она, знаешь ли, быстрых ответов не даёт. Но сегодня тени в лагере весь день ведут себя подозрительно вежливо. Так что, сдаётся мне, ответ уже…

Договорить я не успел. Тень у ближайшей юрты сгустилась, качнулась и выпустила из себя гостью. Шуша вышла на свет неторопливо, как выходят особы, у которых в запасе опыт и воспитание размером с вечность, плюс безупречная осанка.

Королева Шнарков обвела взглядом разгромленный лагерь всадников, задержалась на верхних слоях Тени, где мелкий совсем недавно доламывал дракона, и лишь потом соизволила заметить нас.

— Я слышала, тут кто-то повздорил с древним драконом, — произнесла она тоном королевы, которая интересуется погодой. — Вся Тень об этом трещит. Я, разумеется, не поверила. Но раз уж шла мимо…

Она ещё раз посмотрела наверх, потом на Шнырьку. Очень внимательно посмотрела.

— Для Шнарка твоего возраста… вполне достойно, — вынесла вердикт Шуша и добавила, чуть повернув голову: — Хотя на последнем развороте ты открыл левый бок. Древние такого не прощают. Этот, видимо, был просто ленивым… ну, или тупым.

Она продолжила в том же духе: разбор боя, замечания по стойке, пара царственных кивков. Похвала в этом исполнении выглядела как экзамен, который мелкий сдал на «отлично», но комиссия не хочет, чтобы он зазнавался. Я давился смехом и помалкивал.

— Видал? — всё-таки шепнул я, наклонившись к мелкому, когда Королева после всех слов ушла по-королевски. Не прощаясь, ага. — Невеста твоя впечатлилась. Глаз с тебя не сводила, ты заметил! Всех глаз!

Шнырька медленно повернулся ко мне. Таких огромных глаз я у него не видел даже перед закрытым холодильником с мороженым. Четыре маленьких блюдца.

— Друг, ты ш-ш-то⁈ — ошарашено выдал он. — Меня похвалила ш-ш-шама Ш-ш-шуша! Ш-ш-шама легендарная Королева Ш-ш-шнарков! Понимаеш-ш-шь⁈

Вот тут до меня наконец дошло, что я ни хрена не понимаю в культурной жизни Шнарков. Для меня Шуша была просто Шушей: деловой невестой мелкого, которая гоняла его за одеялами для драконят и строила по хозяйству. А для него она в первую очередь древняя героиня его народа. Легенда, которую мы когда-то вытащили из запасников Коллекционера вместе с душой. И жениться на такой легенде для шнарочьего мужского самолюбия — это не простая свадьба. Это подвиг посерьёзнее любого дракона!

Так что вопрос с троном, короной и всем остальным теперь даже не обсуждается.

Держись, Тень. Мы идём! Ну только сейчас кое-какие делишки порешаем…

Глава 15

Где-то в Многомерной Вселенной

Около безымянного мира

Охотник Петрас никогда не считал себя кем-то выдающимся. Обычный Охотник, крепкий середнячок, относительно своих братьев,