Читать книгу - "Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер"

улице было уже достаточно светло, чтобы нормально ориентироваться в пространстве, сохраняя при этом необходимый уровень маскировки.

Девчата шли не быстро, но уверенно, словно по заранее заготовленному маршруту. Судя по следам на земле, они останавливались между домов, пропуская патрули, а в одном месте им пришлось затаиться в небольшой канавке, прикрывшись прихваченной из дома кузнеца накидкой. Взрослому человеку там было никак не спрятаться, но две крохи разместились без проблем.

Дождавшись смены патрулей, Эльза и Тори воспользовались моментом и проскользнули в образовавшееся окно.

Мои горе-вояки оказались недостаточно внимательны. Виной тому стало и время — в конце ночи всегда притупляется бдительность, — и направление, по которому двигались беглянки. Патрульные были сосредоточены на контроле подступов к деревне, опасаясь угрозы извне, а не изнутри.

Впрочем, даже несмотря на успешное начало, побег в перспективе был обречён на провал. Эльза и Тори всё равно попались бы в сети — на них неизбежно наткнулся бы один из конных разъездов, «барражировавших» по округе. Но этого не произошло.

Преодолев первый контур охраны, ко второму и последующим девчата так и не вышли. Их следы обрывались на лесной опушке примерно в километре от деревни. Там мои сёстры либо научились летать, либо просто растворились в воздухе.

Чудеса, одним словом. А чудеса в этом мире могут творить очень неприятные люди…

В общем, картина произошедшего действительно была очевидна. Однако очевидное не значит понятое.

За фактическими обстоятельствами, отражёнными в многочисленных следах и «уликах», стояла чья-то воля. И я сильно сомневался в том, что это была воля моих сестёр.

Вечером они, несмотря на волнение, никакой склонности к побегу не демонстрировали. Толстокожий Дарен мог бы упустить тревожные звоночки, но вот Ессения — очень вряд ли. Девушка была чуткой от природы и успела сдружиться с девчатами. Те же, в свою очередь, видели в ней если не мать, то уж старшую сестру — точно.

С трудом представляю детей, которые накануне непростого дела молчали бы как партизаны, не поделившись эмоциями с близким человеком. Такое большинству взрослых не под силу, а двум крохам и подавно.

Тем не менее Есения утверждала, что ничего странного в поведении Эльзы и Тори не заметила. Получалось, они засыпали в нормальном состоянии, но посреди ночи вдруг просунулись с планом побега — причём с планом не абы каким. То, что он удался, говорило о весьма некислых аналитических способностях и хорошей информированности того, кто его составил.

Как такое возможно? Ответ напрашивался сам собой.

Кто-то воздействовал на девчат во сне, и я как раз знал одного «товарища», который мог провернуть подобный фокус…

— Ворон, — из самого тёмного угла послышался тихий голос.

Это был Серый. Он заявился в лагерь вскоре после моего возвращения — Клоп, отправленный к человеку без лица, выполнил задание, и тот послал своего верного нукера вместе с его поредевшим отрядом, чтобы разобраться с ситуацией.

Серый готовился к спасательной операции, надеясь вернуть тот небольшой должок, который у него образовался передо мной, однако проблема с Ритой, вил Кьером и Вегайном слегка потеряла в актуальности. Последний в списке — зловредный чародей, с которым у нас сложились не самые приятные отношения, — и вовсе успел скоропостижно умереть, пока посланник перевёртыша добирался до лагеря.

Впрочем, теперь на повестке дня стоял другой вопрос, поэтому для Серого и его людей быстро нашлась работа. Не совсем по профилю, но тот, кто умеет путать следы, обычно неплохо обучен их находить.

Серый со своей командой не обманули возложенных ожиданий. Они показали себя хорошими ищейками — именно с их помощью мне удалось восстановить маршрут, по которому прошли Эльза и Тори.

А сейчас Серый, получивший необходимый объём информации, пришёл к правильному выводу, чего не скажешь о Марке и Гийоме. Бывшим легионерам мыслительная деятельность давалась куда хуже. Разведчику мешало чувство вины, а отставному центуриону — крайняя усталость.

На Дарена и вовсе надежды в этом вопросе не было. Кузнец присутствовал здесь исключительно как хозяин дома и человек, который видел Эльзу и Тори одним из последних, а не как мозговой центр операции.

— Ворон? — с сомнением в голосе переспросил Марк: — Никто не спорит, у него вся рожа в крови, как у обожравшегося по весне коттара, и обвинить его в пропаже девочек — это удобно. Но правильно ли? Ворон не всесилен…

— Не всесилен, — мрачно ответил я вместо Серого. — Иначе мы все были бы уже мертвы. Но сны — это его вотчина, а Эльза и Тори были ему нужны. Очень нужны.

— Ты предупреждал их, что снам верить нельзя, — то ли возразил, то ли просто озвучил свои мысли Марк.

Дарен вдруг побледнел и спросил:

— Так Ворон этот, чего, правда по чужим грёзам, как по поляне, гуляет?

Кузнец тоже был предупреждён о возможностях нашего врага, однако, судя по вопросу, он относился к сверхъестественной опасности крайне легкомысленно. До нынешнего момента.

Я ничего не ответил, лишь посмотрел на разведчика, но этот взгляд был красноречивее любых слов. Раз уж Дарен — взрослый и опытный мужик — пропустил мимо ушей столь важную информацию, то что говорить о детях?

К тому же стресс, вызванный визитом мастера Вегайна и последовавшими за ним событиями, наверняка выбил Эльзу и Тори из колеи, заставив позабыть об осторожности. Девчата стали уязвимы, и Ворон не преминул этим воспользоваться.

Он нанёс удар туда, куда следовало, умело выбрав для этого самый подходящий момент, когда меня не было рядом…

— Не сочти мои слова за издёвку, — сказал Гийом, — но, быть может, тебе стоит немного поспать? Время не самое подходящее, понимаю, но если твой приятель прав, — он кивком указал на тот угол, где в тени скрывался Серый, — то Ворон наверняка захочет с тобой поговорить. Не просто ведь так он выманил твоих сестёр из лагеря…

Не удержавшись, Гийом широко зевнул. Весь вид бывшего центуриона буквально кричал о крайней степени утомления. Слишком много ответственности свалилось на его плечи за последнее время.

— Уже пробовал, — ответил я. — Ничего.

Когда картина произошедшего стала понятна, я действительно прилёг на четверть часа, заперевшись в комнате сестёр, однако установить контакт с Вороном не удалось. Он знал о моём сне — где-то на краю сознания ощущалось незримое присутствие чьей-то тени, — но начисто проигнорировал любые потуги завязать диалог.

Странное поведение для того, кто сам совсем недавно очень сильно хотел со мной поболтать.

— Разве это не говорит о том, что Ворон здесь ни при чём? — спросил продолжавший сомневаться Марк.

— Наоборот, — из тёмного угла снова послышался тихий голос. — Это лишь подтверждает, что побег — именно его рук дело.

Марк ничего не