Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

и растопырив гребень, топталась ослепительно белая, стреляющая фиолетовыми искрами саламандра. Длинный хвост стегал по бокам, словно у разъяренной кошки, из оскаленной пасти выстреливал и прятался длинный язычок. Дураков нет подходить!

Серж подполз к другу.

– А-анже? Цел?

Парень тщился приподнять голову, стонал.

– Лежи, не шевелись. Кому надо, тот пусть и поднимает, – Серж оглянулся на солдат: те предусмотрительно отступили к самой стене казармы, причем ухитрились даже не слишком нарушить строй. Советник успел исчезнуть, визг Элизы слышался уже из-за ворот, издали – квартала три, пожалуй, пробежала вдовушка.

Жано наконец-то сообразил сунуть пострадавший кулак в конскую поилку. Зрелище, однако: одной рукой вцепился в край колоды, другой болтает в воде, сам белый, из глаз слезы льют – и костерит на все лады ювелирова щенка, Нечистого, гномью тварь, снова щенка поганого и растяп, не схвативших его на мосту…

Анже сглотнул, неловко повернулся набок. Саламандра растянулась на нем, словно кошка на заборе, свесила хвост.

– Серж, – прохрипел, – что с носом у меня?

– Вдребезги, – доложил Серж. – Ртом дыши.

Поглядел, как белеет та часть лица Анже, что не залита кровью, добавил:

– Считай, повезло. Теперь тебя по морде хорошо приложить – сразу сомлеешь, а бесчувственного лупить интереса нет. Оно полезно, друг Анже.

– Утешил, – пробормотал парень, – спасибо.

– Голова как?

– Больно.

– Не шевели. По уму, тебе отлежаться надо, да кто ж даст.

Впрочем, какое-то время арестантов не тревожили. Было не до них: исчезнувший советник, оказалось, не просто так сбежал, а за лекарем, и теперь, видно, счел достаточно безопасным позаботиться о раненом – а заодно и о собственной репутации. Пока длилась суета вокруг пострадавшего от коронных преступников сержанта, пока лекарь замазывал ему обожженные пальцы вонючим бальзамом, бинтовал, объяснял, как лечить в дороге, пока сержант заливал боль крепленым вином, а советник рассуждал о несомненном коварстве врагов короны, в голове у Анже малость прояснилось. Не настолько, чтоб суметь встать, но вполне достаточно для вопроса:

– А где эта змеюка?

– Оно тебе надо? – хмыкнул Серж. – Вот уж нашел о ком беспокоиться.

– Серж, я…

– Да понимаю. Можешь гордиться, она удрала от твоей зверушки с таким визгом, что слышал весь город. Представляю, чего теперь наплетет.

– Не представляешь, – скривился Анже. – Ладно, что уж теперь… глупо было надеяться… О-о-о, нет!

Серж оглянулся на цокот копыт – одновременно с возгласом Анже. Ну да, чего и следовало ожидать: на шум и кутерьму вернулся бургомистр.

Подъехал прямиком к Анже: не то сам понял, что произошло, не то по дороге доложили. Смерил окровавленного парня презрительным взглядом. И то сказать, вид жалкий; впрочем, для коронного преступника самое то.

– Эй, ты, – процедил через губу, высокомерно, – убери эту тварь сам, если не хочешь, чтобы тебе помогли.

Саламандра вскочила, выгнула спину. Кончик хвоста стал нервно подергиваться.

– Хотел бы я поглядеть на того, кто ему поможет, – усмехнулся Серж. Он так и сидел: по уму, перед бургомистром надо подняться на ноги и, может, даже поклониться, но старший из беглецов не видел особого смысла лебезить.

– Да хоть бы и я, – насмешливо ответил бургомистр. – Вот так хотя бы, – и вытянул наглого арестанта хлыстом наотмашь. Не столько больно – через куртку-то, – сколько унизительно. – Продолжать? Я тебя спрашиваю… Анже.

– Это же не собака, – Анже проговорил невнятно из-за разбитого носа, но бургомистр нахмурился, и Сержу достался еще один удар. – Да поймите же вы, я с ней говорить не умею! – захлебнулся словами Анже. – Ваш сержант сам ее раздразнил!

– Он раздразнил, – бургомистр, видно, приноровился понимать, – а ты успокоишь. И если эта тварь еще раз повредит хоть одному моему человеку, хоть вот на столько…

Вот уж чего не будет, того не будет, подумал Серж. Достаточно посмотреть на перепуганных горе-вояк – ни один из них не рискнет и пальцем прикоснуться к парню, которого защищает «гномья тварь».

– Я считаю до трех. – Бургомистр поигрывал хлыстом, переводил взгляд с Анже на Сержа, с Сержа на саламандру. – Раз. – В глазах парня росло отчаяние: он ведь не врал, он и в самом деле не умел приказывать живому огненному чуду, что свалилось на него гномьей милостью. – Два. А ты встань и рожу не прячь, я хочу видеть, куда бить буду.

Серж поднялся на ноги, сделал шаг к бургомистру. Подумал: недолго же продержались монастырские привычки. Вот я и вспомнил, как ненавидеть… и каково – ненавидя, не иметь права на удар…

– Не так. – Бургомистр подал коня чуток назад, указал кончиком хлыста: – Сюда стань. Чтоб дружку твоему как следует видно было.

Саламандра ткнулась мордочкой Анже в щеку – и нырнула на привычное место, хозяину за пазуху. Как ты это сделал, рвался на язык вопрос, но Серж молчал. Успеет еще спросить. Если повезет поговорить без чужих ушей.

– Великолепно. – Бургомистр ничуть не удивился. – Там пусть и сидит. Высунется – пеняй на себя. Сержант, стройте людей и вперед. Достаточно уже задержались.

Анже пришлось поднимать. Под взглядом бургомистра солдаты храбрились. Среди них даже нашелся отчаянный, что вызвался всю дорогу до моста придерживать парня за локоть. Впрочем, постепенно ноги Анже перестали заплетаться. Да и идти, по счастью, под горку. Улица сбегала к реке, у Каменного Рога почти спокойной, и Серж воочию увидел мост, о котором столько слышал. Могучие каменные устои, хлипкие жердяные перильца, дощатый настил. Сторожку. Темную доску на стене, исчерканную в три ряда меловыми палочками: тот самый счет. Серж тянул голову, но отсюда не разглядеть, не сосчитать. Покосился на Анже. У парня глаза были мутные, так и норовили разъехаться вкось: крепко о камни приложился. Но видно: соображает. Глядит на мост, губу прикусив.

Сержант ощупал взглядом арестантов, как повар – подросших для супа цыплят. Ухмыльнулся злорадно. Был охранник, поморщился Серж, стал – личный враг. Такие дела быстро делаются. Веселенькая ждет их дорога до столицы. Если ждет, конечно.

Советник отошел к смотрителю моста, о чем-то спросил. Вернулся, сообщил:

– Первый.

Жано пригладил реденькие рыжие усы. Ткнул толстым пальцем в Анже, впрочем, не приближаясь слишком близко:

– Пошел!

Анже вздрогнул.

– Давай-давай, – прикрикнул сержант. – Иди сам, сопля, пока подгонять не начали!

Вокруг захохотали.

Серж дернулся вперед, ощутил на плечах цепкую солдатскую хватку.

– Не торопись, – в самое ухо рыкнул Жано, – не то всю дорогу торопить стану, пешедралом за конем побежишь, прыткий.

Анже ступил на мост, как на тонкий лед весной.

– Ща обделается, – отозвались из толпы зевак – и когда собраться успели, стервятники?!

– Коленки небось дрожат, а?

Серж стиснул кулаки – так, что ногти впились в ладони. Ну не насмерть же,