Читать книгу - "Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик"

Ну, на самом деле сходил в кустики. И раз уж не проснулся в тот же миг в своей постели по уши в… некоторых субстанциях, а просто вытер себе задницу листьями и пошел дальше, значит это точно не сон! Вообще ни разу, никак!

— Гуаньинь мне в дышло, как же этот гадский дед меня подставил…

— Ты богохульствуешь, Учитель! Значит, ты чем-то огорчен? — мгновенно подкатился Укун, и я, не в силах молчать более, выболтал все!

Кто я, откуда, где был, как сюда попал, кто меня заманил, чем меня заставляют заниматься… и вообще, это же несправедливо, верно? То есть излил душу в надежде на сочувствие! Ага, с разбегу…

Короче, эта троица оборвала меня самым дичайшим хохотом! Три демона, держась за животы, ржали, плакали и визжали, потому что, по их же словам, ничего смешнее в жизни не слышали…

В Китае студент учится писать сочинения, чтоб получить должность чиновника, а не ради того, чтоб стать писателем. Никто не устраивает ярмарки из книг, потому что книги не едят. О том, что где-то за вековой тайгой есть разбросанные земли русов, знает любой ребенок, но предположить, что у этих северных варваров есть цивилизация, культура и литература-а… Да ничего нелепее и вообразить нельзя!

— Ты воистину велик, о Ли-сицинь, поскольку обладаешь не только даром вещания истины, но и умением вызывать смех! — первым склонился передо мной царь обезьян. — За таким Учителем мы пойдем в огонь и воду! Мы не сдадимся и не отступим, так что древние сутры буддизма будут доставлены в Китай!

— Веди нас, Учитель, и даже грозный У Мован не заставит нас отступить! — поддержал Чжу Бацзе, за что в ту же минуту получил лопатой по башке от нашего синего друга.

— Не стоит произносить имя владыки демонов всуе, — мрачно напомнил он. — Что, если демон-бык прознает о нашем походе и захочет посрамить планы Гуаньинь? Никто не может тягаться с быком…

— Я могу! И уже наставлял ему рога, хи-хи-хи!

Мне удалось поймать Сунь Укуна за руку, потребовав, чтоб Мудрец, равный Небу, объяснил мне, скромному монаху, да пофиг уже, называйте как хотите: что у нас там вырисовывается по другим демонам? У них есть главный? Они могут нам помешать? А им вообще есть дело до того, куда и зачем мы топаем?

Ну и самое интересное: если вот сейчас болтливый Чжу Бацзе произнес непроизносимое вслух имя, значит ли это, что его владелец нас услышал? Ответ царя обезьян был пространным, многофакторным и, самое поганое, не обнадеживал даже намеком.

Ни капли. Совсем.

Глава седьмая

«Если твой друг — демон, то кто ты? А если ты святой, то разве может у тебя быть друг?»

(китайская мудрость)

Что бы ты ни делал по жизни, всегда найдется тот, кого это не устраивает. Не так живешь, не то пишешь, не там строишь, не тому молишься, не тут стоишь, и вообще — отдай нам все свои деньги…

…Пока демон-свинья и демон-рыба уточняли направление дороги, настояв, что двигаться лучше вдоль реки (убей бог, не помню ее название), Укун терпеливо, натужно и во всех подробностях рассказывал мне легенду об У Моване.

Если пересказать вам очень коротко, то это некий аналог дьявола в Древнем Китае, который способен разрушить даже Небесный дворец, но, в принципе, не против и сам стать буддой. Не таким Буддой, который всегда пишется с большой буквы, но все-таки.

Для достижения этой цели он даже заключил брак с троюродной сестрой самого Нефритового императора! Правда, потом они развелись.

Но в любом случае У Мован может творить любую хрень, и ничего ему за это не прилетает. Типа, демон-олигарх, из тех, у кого все схвачено и куплено. Проблема в том, что если у него и получилось опутать своими сетями всю Поднебесную, то есть один смешливый перец, который не подчиняется никогда и никому.

Угадали? Уверен, что да. И вот тут у демона всех демонов возникают всякие проблемки…

— То есть это некто вроде Волан-де-Морта, чье имя нельзя произносить вслух?

— Но ты сейчас это произнес, Учитель… — Укун испуганно пригнулся.

— Я критик, мне можно, — важно отмахнулся я. — Сколько нам еще пилить до этой вашей реки?

Не уверен, что меня поняли правильно, но Са Шэн, подняв нос по ветру, объявил, что меньше часу. Как человеку, привыкшему кататься на метро, мне было трудно объяснить им, что у меня лапки! В смысле, ножки, и они устают от таких непривычных нагрузок. Да и я этого не скрываю.

Сами попробуйте плестись второй день пешком по жаре, да так, чтоб не жаловаться, а счастливо бормотать себе под нос подобие молитв, удерживающих демонов. Иначе когда эти ребята оголодают, то первое блюдо представится им в виде нежного мяса ближайшего монаха, запеченного над углями, под тремя соусами! Кто как, а я против…

Но мы даже дойти не успели. То, что мои друзья называют неунывающим словом «приключение», встретило нас там, где мы и не ждали. У них, у приключений, так принято, обижаться не стоит, спорить бессмысленно. Встречаете!

Итак, мы действительно выбрались к реке, дул свежий ветерок, и легкий запах ила был ощущаем еще метров за триста, но тропа вывела нас не к деревне, как я думал, а всего лишь к небольшой пристани. Там были привязаны пара лодок и здоровенный плот, с бортиками и подобием руля. Вроде местного лайнера для перевозки пассажиров.

Так вот, на берегу нас встретила странная процессия, человек в двадцать…

— Это что?

— Это крестьяне, — подсказал очевидное Чжу Бацзе.

— Не слепой, вижу. А чего они творят-то? — Я остановился в ожидании подробностей.

— Приносят жертву богу реки, — со знанием дела подмигнул синий демон.

Я повернулся к Укуну. Он тоже, ничего не понимая, смотрел, как четверо хорошо одетых домовитых китайских мужчин связывают ноги высокому белому коню с шикарной гривой и длинным хвостом. На крутой шее красовалась гирлянда из цветов, в гриву были вплетены бубенчики, а на лбу нарисован какой-то иероглиф синей краской.

Руководил мероприятием невысокий, абсолютно лысый толстячок без усов и бороды, в более дорогих одеждах, с большой палкой в руках, которой он подгонял окружающих. На жреца не похож, слишком важный. Возможно, староста, глава деревни, какой-нибудь мелкий чиновник, кто их там разберет? Остальные с почтением наблюдали и давали полезные советы по ходу дела.

— Вообще-то, жертвоприношение животных давно запрещено уставом Московского зоопарка и международным конгрессом по правам котиков, — бесстыже соврал