Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

их с расчетными, вывела на дисплей пришедшее перед самым прыжком письмо от мамы. Это было одно из немного, что могло сейчас спасти от дальнейшего развития темы. Когда ты надолго оторван от дома и близких, каждая весточка становилась на вес туорана. Мы умели ценить такие крупицы счастья не только для себя, но и для других.

Переведя звук на внутренний канал, откинулась на спинку кресла, закрыла глаза, расслабляясь. Так было легче представить, что она рядом.

«… новое увлечение Лоры. Нам с отцом не нравится, но как ей запретить? Ты в ее возрасте была такая же, упрямая. Если сказала, ни за что не отступишься. Но за тебя я никогда особо не беспокоилась, твоя твердость характера сочеталась с разумностью, чего не скажешь о твоей младшей сестре. Куча идей, все ей чего-то хочется… Ее беда — непостоянство».

Невольно поморщившись, дала команду начать воспроизведение сначала. Пролистала первые несколько минут, где мама рассказывала обо всех новостях, произошедших за те двадцать с небольшим дней, что я не имела возможности с ней связаться — еще успею насладиться подробностями из жизни друзей и знакомых, которых у нашей семьи было довольно много.

Фраза, на которую попала, опять получилась оборванной.

«… импозантный мужчина. Девочки ее возраста в таких и влюбляются. А уж как ведет занятия… за свою жизнь подобных педагогов я встречала считанные единицы. Вот только когда он замолкает, остается ощущение грязи, в которую тебя окунули. Странное чувство. Вроде и говорит о том, как прекрасна его родина, да и к нам никаких претензий: что было, то — было, но послевкусие с гнильцой, словно глаза видят одно, а на языке совершенно другое.

Пыталась поделиться своими впечатлениями с Лорой, но та даже слушать не стала. Он — самый лучший. Вся надежда на тебя. На наше с отцом счастье, ты осталась для сестер авторитетом…»

— У меня отпуск.

Голос Карина вырвал из состояния, в котором продолжали звучать мамины слова: «Вся надежда на тебя», заставив вернуться к реальности. Йорг стоял, облокотившись на вертикальную стойку ложемента, и пристально смотрел на меня.

— Что?! — недоуменно переспросила я, пытаясь связать воедино его заявление об отпуске и легкую иронию во взгляде капитана, искоса наблюдавшего за нами.

— Лечу на Зерхан, — сделав вид, что не услышал моего вопроса, заявил Карин. — Подскажешь, что у вас там есть интересного?

Если хотел меня удивить — удалось в полной мере. Чтобы консервативный до чопорности Карин вылез за границы своих принципов… Мне было проще поверить в желание Ена продлить контракт, что должно было значительно увеличить мое жалование и добавить еще множество привилегий, чем в подобное предложение.

— Может тебя еще и с родителями познакомить? — съязвила я, понимая, что если он сейчас согласится…

— А почему бы и нет? — улыбнулся Йорг и, склонившись к самому уху, прошептал: — Ты ведь пригласишь меня на ужин?

Вместо того чтобы колко ответить, перевела взгляд на кэпа, ища у него поддержки. Не хотелось заканчивать рейс руганью.

Увы, рассчитывала на помощь я зря. Кажется, Ену нравилась идея Карина.

* * *

— Лора?! — выдохнула я удивленно, заметив несущуюся ко мне через зал девушку и узнав в ней свою младшую сестру.

Не сказать, что я не догадывалась, насколько она изменилась за прошедшие четыре стандарта, да и общались мы пусть и не регулярно, но все равно в пару месяцев раз получалось, но одно дело знать и видеть с экрана, а другое…

— Машка! — завизжала та, прибавив ходу. И как только умудрялась ни в кого не врезаться?!

Словно отвечая на этот вопрос, память подкинула кусочек из детства. Мне было уже восемнадцать, ей же только-только исполнилось четыре. Я тогда вернулась на Зерхан с Земли после зачисления, передохнуть перед началом занятий. Шла к выходу из космопорта медленно, пытаясь найти неожиданно сбежавшую решимость, которая меня поддерживала всю обратную дорогу. Родители были уверены, что я пошла по стопам отца, поступив на медицинский, мои же документы лежали в Академии гражданского транспорта. Факультет навигации.

Мой выбор…

Отец потом рассказывал, что младшую брать с собой не собирался — уж больно непоседлива, но Лорка своего добилась. Впрочем, как и всегда до и после этого. И вот так же, как сейчас, бежала ко мне, смешно перебирая ножками и звонко вереща: «Машка, Машка…»

— Машка! — раздалось совсем рядом со мной.

Я выпала из реальности буквально на секунду, но ей хватило, чтобы преодолеть ту треть зала прилета, что нас разделяла.

— Осторожно, собьешь! — засмеялась я, опустив сумку и готовясь принять на себя летящий снаряд. Крупными формами сестренка не отличалась, скорее уж несколько худощава, но ведь скорость…

— Ты вернулась! — врезалась она в меня, сумев не только ухватиться за шею, но и зацепиться ногами на талии. — А-а-а-а! Я так скучала!

Оглохнув и ослепнув — шевелюра Лоры была не в пример длиннее моей, думала лишь об одном: только бы устоять…

— Эй, пострел, — сестру дернуло от меня, на мгновение стало легче дышать, но счастье длилось недолго, — ведь задушишь!

— Не задушу, — фыркнула Лора мне прямо в ухо, но отстранилась. Как раз настолько, чтобы я могла разглядеть Лету — свою средненькую, и подмигнуть ей. — Я ее четыре года нормально не видела!

— Опять — «я», — нахмурилась Лета. Вот только глаза смеялись.

Им повезло, разница в пять лет, против наших четырнадцати с одной и девяти с другой, сделала их не только сестрами, но и подругами. Мне в этом отношении пришлось тяжелее.

— А ну-ка, расступились! — быстро навел порядок подошедший отец, тут же отодрав Лорку от меня и поставив на ноги. Лета тоже отошла в сторонку, освобождая для него место рядом. — Красавица! — вынес он вердикт, осмотрев меня с ног до головы.

К нему я шагнула сама. Прижалась, позволяя себя обнять. Хлюпнула носом, услышав в ответ многозначительное хмыканье.

— Забираем вещи и домой. Мама ждет.

Еще одна особенность нашей семьи. Мама провожала до порога, там же и встречала, став для меня символом начала и окончания пути.

Кивнув, чтобы скрыть выступившие слезы, подхватила брошенную сумку на миг опередив отца. Кивнула в ответ на понимающую улыбку. Я стала взрослой.

До стоянки у границы закрытой зоны добирались на каре городской службы. Отец в вопросе приобретения подобной техники был принципиален — только через мой труп. Да и необходимости особой не было. Жили мы в старом районе, где полеты находились под запретом. Госпиталь, в котором он работал, в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Колледж мамы — в десяти.

От станции подземки —