Читать книгу - "Главный герой становится Злодеем - Ли Лит"

Фан поманил Хуа Линь к себе, та подошла. Наклонился и прошептал на ухо то, что поразило точно сильнейшей молнией:

— Красивый, талантливый, сам приходит и отпрашивает, с таким можно походить погулять. Главное, суметь в нужный момент сказать «нет» и не пересечь черту моральных дозволений. Ты понимаешь?

Глава 21. За пределами Далёкого края

«Чёрная лошадь топталась у нижней ступени». * * *

— Я ушёл, меня нет, — махнул Хао Фан и прошёл мимо Ан Ханьсюя.

«Умом тронулся, старый?» — зло возмутилась Хуа Линь.

Единственное, что понимала так это то, что ударить чем-то тяжёлым Хао Фана не такой и плохой вариант, может мозг встанет в нужном положение и перестанет выдавать подобную чепуху. Да как ему такое могло прийти в голову?! Да чтобы она с… мальчишкой?! Совсем старый умом тронулся на почве многолетнего заточения и тоски по дому?

Хуа Линь резко выдохнула и сжала кулаки. Успокоиться. Иначе предметы начнут летать в Хао Фана и Ан Ханьсюя.

— Что ты хочешь? — заговорил Ан Ханьсюй, когда Хао Фан скрылся за домом.

«Чтобы ты ушёл».

Ан Ханьсюй медленно выдохнул и подошёл.

— Поможешь мне, я тебе.

Хуа Линь сложила руки за спиной и подняла лицо к потолку. Что мог сделать простой ученик? У него даже денег мало, очень мало. Его духовные силы не интересовали Хуа Линь. Даже представить трудно, как она будет просить, а Ан Ханьсюй выполнять. Берд.

«Хотя…»

Хуа Линь опустила взгляд и столкнулась с внимательный взгляд Ан Ханьсюя. Изогнула брови.

— Сяохуа.

«Пошли».

Хуа Линь закрыла дверь, обошла Ан Ханьсюя и направилась к Изумрудной стене. В голове зрел план. С помощью Ан Ханьсюя можно выйти в люди, покрутиться и потом без подозрений, косых взглядов разгуливать по школе. Смело можно будет списывать на поиски Ан Ханьсюя. Хуа Линь жизненно необходимо попасть на гору Е, а ещё перед этим узнать из народа о событиях того дня и что происходило на протяжение четырёх месяцев.

Размышления ночью привели к тому, что средь бела дня незамеченной не пройти к горе Е, обязательно привлечёт внимание. Ночь идти — рискованно. К тому же Чжу Сюй, как только стал главой, установил заклинания передвижения на ночное время. Добраться до горы Е не получиться. На карте в кабинете Чжу Сюя моментом высветиться. И мысли не покидали, что Чжу Сюй что-то да установил после закрытия горы Е и пропажи шимэй.

Трудности на каждом шагу.

— Нам сюда, — Ан Ханьсюй обогнал Хуа Линь у еловой стены. Первым покинул Далёкий край.

«Куда сюда?» — Хуа Линь следом вышла.

Их путь лёг не через серпантинную лестницу. Только вышли Ан Ханьсюй повернул налево. Шли долго, как показалось Хуа Линь. В теле Сяохуа она уставала в десять раз быстрее, потому желание идти отпало быстро. Еловая стена не заканчивалась. Хуа Линь вспомнила, что на улице не лето, а она только в ханьфу. Даже за плащом не поднялась. Тяжело вздохнула и сложила руки за спиной. Смотря под ноги, Хуа Линь пнула чёрный овальный камушек.

Носок серых тканевых сапог пнул камень.

— Держи.

Хуа Линь подняла голову.

«Что такое? Дошло наконец? Да ладно».

Ан Ханьсюй протягивал серый тонкий плащ.

«Благодарить не стану».

Мягкий. Хуа Линь накинула плащ и на ходу поправила капюшон. Хоть и выглядел тонким, оказался утеплённым. Прекрасно.

Еловая стена не заканчивалась. Наоборот, чем дальше они шли, тем кучнее росли ели, создавая единую труднопроходимую преграду.

От скуки Хуа Линь стала вертеть головой, даже обернулась.

«Долго ещё?»

Ан Ханьсюй явно вёл не в город. Откуда взяться дороге к городу, если она единственная: через парадные ворота.

«Обманщик».

Неожиданно Ан Ханьсюй повернул направо и подошёл к крутому обрыву.

«Да, идеальное время для созерцания природы».

Тихо Хуа Линь вздохнула.

— Подойди.

«Тебе надо ты и подходи, — буркнула Хуа Линь и с великой неохотой подошла. — Мне не интересно любоваться елками».

В тот же момент в нос ударил лёгкий запах цветов. Талия заключили в крепкое объятие. Хуа Линь и возмутиться не успела, как Ан Ханьсюй прижал к себе и поднял от земли. Ветер зашумел в ушах. От потери ровной поверхности под ногами сердце забилось в бешенном ритме в глазах расплылись тёмные круги.

Вцепившись в мягкую ткань плаща, Хуа Линь прислонилась лбом к Ан Ханьсюя. Без предупреждений, без должной подготовки схватил и прыгнул. Кто тат делал?

Цингун он использовал. Похвастался, а кому-то приходить в себя, стараться держаться на поверхности и не свалиться в обморок.

Стук в ушах перекрыл внешние звуки. Вязкий ком стал в горле, затрудняя дыхание.

Руки с талии исчезли. Потянуло вниз. Хуа Линь крепче сжала ткань. Её руки накрыли чужие, такие тёплые. Грубо отцепили пальцы от плаща и отпустили. Зло сощурившись, Хуа Линь на слабых ногах отошла на шаг от Ан Ханьсюя, разглаживающего плащ.

«Чтобы я ещё раз пошла с тобой».

Без слов Ан Ханьсюй двинулся вперёд. Протоптанная тропа уводила дальше от Далёкого края. Когда она закончилась, и они прошли ряд молодых деревьев, перед ними предстали ворота. Изогнув брови, Хуа Линь обернулась.

«Да как так?»

Действительно не далёкая.

Хуа Линь легонько ударила себя по лбу.

«Всё просто, — успокаивала себя она. — Моя жизнь не включала в себя облазить вдоль и поперёк школу. Ну, не знала и ладно, не смертельно. То, что в универе была курилка узнала тоже на последнем курсе. И ничего».

И всё равно издевательские мысли лезли в голову.

Ан Ханьсюй первым перешагнул порог.

«Надеюсь это не проводи к моей погибели. Очередной».

Чёрная лошадь топталась у нижней ступени. Хуа Линь изогнута брови. Мысли пронеслись вихрем. Либо Ан Ханьсюю и правда надо в город, либо лошадь для отвода глаз, либо хитрый план, который понять сложно.

Хуа Линь вздохнула и спрыгнула с последней ступени.

— Подойди.

«Нет».

Хуа Линь со сомнением шагнула в сторону. В последний раз она так подошла, словила предобморочное состояние и кратковременную остановку сердце.

— Сяохуа, — с напором позвал Ан Ханьсюй, стоя возле лошади.

Хуа Линь мотнула головой и сложила руки за спиной. Ан Ханьсюй прищурился.

«Что за взгляд?»

Ан Ханьсюй сделал шаг к ней. Хуа Линь отступила. Шаг. Отступила.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Куда вы? — неожиданно раздался голос.

Табун крупных мурашек прошёл по коже. Волосы встали дыбом. Хуа Линь замерла. Ан Ханьсюй встал в пол-оборота к подошедшему. Им оказался старина Цзян. Не изменился всё такой же, только взгляд строже что ли стал.

— В город, — Ан Ханьсюй поклонился старейшине.

— О комендантском часе