Читать книгу - "Студент - Александр Куринь"

лучше пять мужчин, если постараются, могут нейтрализовать влияние двух женщин. Но если появляется третья, то приходится дополнительно привлекать, еще по меньшей мере, двоих мужчин, что приводит к нарушению правила первого, о численном составе и может привести к необратимым последствиям. Кроме того, если две женщины просто заставят вас мыть посуду, то три - регулярно, до зеркального блеска драить котелок, стирать носки и даже иметь при себе носовой платок.

Наша группа, состояла из восьми человек, в том числе и трех девушек. На первый взгляд, все выглядело как некоторый гендерный перекос, но это лишь на первый взгляд. Дело в том, что экипажи двух байдарок состояли из свеже-расписавшихся молодоженов. Как правило, они были заняты лишь собой и не слишком влияли на лагерный быт. Нет, дежурили они исправно и качественно, намного лучше, чем наш единственный мужской экипаж, но при малейшей возможности спешили уединиться в палатках, откуда тут же начинал доноситься приглушенный шепот и подозрительные шорохи. Разумеется, эти парочки могли бы прогуляться и в лес, подальше от наших любопытных глаз и ушей, но там, их с нетерпением дожидались армии комаров, так что даже уединится по нужным делам, являлось той еще проблемой.

Железнодорожная часть маршрута завершилась на станции Сосновец, именно здесь нам представилась возможность увидеть, пожалуй, последние в СССР паровозы, которые в этих местах еще не отправили на переплавку или в музей. Черный, пышущий жаром локомотив, медленно проплыл мимо нас и обдав клубами пара, остановился метрах в ста впереди, под трубой водокачки. Романтика, однако. Наши фотокоры тут же защелкали камерами, будет чем дома друзей удивить. Наша группа, которая десантировалась на станционную платформу, на сегодня оказалась единственной, поэтому можно было не суетиться и не опасаться конкурентной борьбы и склок за попутный грузовик. Никто не суетиться и не разбегался по окрестностям в поисках транспорта.

Окинув орлиным взором окружающий пейзаж, я обратил внимание на одинокий бортовой газон, стоявший метрах в двухстах от хибары вокзала. Подойдя поближе, обнаружил, что кабина пуста, а еще, я не заметил на нем никаких номеров. Я даже усомнился в том, что эта машина вообще на ходу. Но, обойдя ее сзади, все-таки обнаружил его, он был небрежно начертан на заднем борту белым мелом. Порнятно, к формальностям в этих местах относятся довольно просто.

Преодолеть нормальное человеческое желание моих товарищей ничего не делать, проблемы не составило. Поэтому я, как единственный доброволец, получил задачу, разыскать водителя и провести с ним предварительные переговоры, что я и сделал. Благодаря глубокому знанию здешних нравов и потребностей, договоренности достичь удалось. Мне даже не пришлось демонстрировать свои навыки, полученные на египетских рынках. Договорились, что проезд до начальной точки водной части маршрута обойдется нам в двадцать рублей плюс одну бутылку "Горілки з перцем". Ребята повеселели, ведь мысленно все были готовы расстаться с суммой вдвое большей. Уверен, на следующие переговоры с местными, будут отправлять именно меня.

Часов пять мы томились в ожидании, когда же в Сосновецком леспромхозе не закончится шоферский рабочий день. Наконец, после шести, наступило время для частного извоза. Мои друзья, не мешкая побросали рюкзаки и байдарки в деревянный кузов, и удобно усевшись на них, приготовились к четырехчасовому путешествию. Как я предполагал и немного опасался, на сухую, ни водитель, ни его штурман, зачем-то увязавшийся с ним, ехать отказывались категорически, и уже через час выданная авансом бутылка закончилась. Завывая перегретым двигателем, машина едва дотянула до единственного поселка, встретившегося на пути. Тормоза зашипели и мы остановились у почерневшего от времени и дождей деревянного сруба. Над его входом, на ветру, качалась жестяная табличка - "Потребкооперация Сосновецкого района".

Хряснув дверцей и по привычке обстучав сапогом все четыре баллона, водитель отправился за добавкой. Дорогая она такая, объяснил он, водка не бензин, за городом расход больше. Наш, не слишком опытный руководитель, слегка занервничал - а как не доедем, а денежки то, тю-тю? Пришлось его успокоить, и убедить, здесь мол, даже у последних ханыг, такое не принято, не по понятиям оно. Меня же, больше волновал другой вопрос, а хватит ли этим товарищам закупленного в магазине, на обратную дорогу? Совершенно не хотелось, чтобы эти два алконавта зависли у нашего костерка на всю ночь. Такие гости нам ни к чему, ведь мы и сами, как заведено, будем отмечать начало маршрута, так сказать, поднять кружки за будущие успехи.

К счастью, мои опасения не оправдались, с утра наши водители должны явиться на работу, в леспромхоз. А они, как заявил более трезвый штурман, люди очень ответственные и порядочные. Рассчитавшись, мы тепло простились с ними. На прощанье, мне довелось услышать забавную претензию, которую выкатил нам водитель.

- Ребята, а почему на вашей бутылке написано "Горілка З перцем", а внутри плавал только один? Куда остальные два подевали?

К сожалению, радость первой встречи с Кевят-озером, на северном берегу которого и начинались истоки Охты, была омрачена армиями радостно встретивших нас комаров.

- Вот выпало нам такое счастье, прибыть именно в это время, когда у этих кравососов начинается вечерний жор, - мрачно подумал я, хоть и был неплохо подготовлен к такой теплой встрече. Да и по сравнению с теми тучами насекомых, с которыми я когда то воевал на Камчатке, это был детский сад. К сожалению, здравомыслие проявили не все, накомарники имелись далеко не у каждого, хотя месяца за два перед походом, я предупреждал и приводил многочисленные примеры.

- Может, надо было напомнить об этом трижды, да и страха побольше нагнать? Хотя вряд ли, учиться на собственных ошибках оно всегда привычней, чем прислушиваться к рекомендациям какого-то мутного первокурсника со свежей единичкой.

Да я и сам прекрасно знал, что людей, которые не попадали в подобную ситуацию, переубедить может лишь собственный печальный опыт. И вот сейчас, мы с Наталкой, в наших самодельных накомарниках, выглядели работниками пасеки и чувствовали себя почти комфортно, равно как и экипаж нашего руководителя Андрея, с его красавицей женой. Им также удалось разжиться подобными аксессуарами в цветочки с темной, мелкой сеткой, доходящей до плеч. Все остальные, без устали махали сломанными ветками, и настоятельно требовала от дежурных как можно скорее развести костер. Как истинные городские верующие, они полагали, что комары и мошкара тут же исчезнут.

- Ага, начитались всякого, это вам не волки, огня и дыма они не очень-то и опасаются.

Недовольный, что к моим рекомендациям не прислушались, я с ехидцей успокоил.

- Братцы, ничего страшного, потерпите дней десять, а затем