Читать книгу - "Помещица - Алёна Цветкова"

чуть выше, зато крупы, муки и мяса от десяти пудов купить можно; масло, соль, сахар с пуда, а кофе и специи хоть по фунту...

Груня права, нам надо именно на такую ярмарку. Я так зациклилась на муке, что не подумала ни про мясо, ни про крупу, ни про все остальное...

Кстати...

- А почему именно гречи? Может лучше овсянку купить? Или рис?

- Овес надо бы, - кивнула Груня. - Но сначала лошадь... У Кузьмы лошадь есть, но одной нам маловато на хозяйство. Хотя бы еще одну... А рис импортный и потому дорогой очень. Но пуд нужно купить. Для себя.

- Угу, - отозвалась я.

Надо было список продуктов написать. Не привыкла я закупаться впрок. Я никогда, вообще, не делала никаких запасов. Даже в условно-голодные девяностые, лично я жила неплохо. Денег мне хватало. А у нас в администрации тогда было очень хорошее кафе для своих, в котором всегда можно было купить не только обед, но и ужин-завтрак, и забрать с собой. Во времена СССР оно принадлежало общепиту, а после перестройки его «арендовала» жена первого мэра города.

Когда мэра «ушли» в отставку, его жена потеряла кафе, и там стало дорого и невкусно. Но тогда уже было достаточно других заведений в округе, а в супермаркетах появились отделы с полуфабрикатами и готовой едой. Так что я потери не заметила.

ГЛАВА 37

Мишка привел нас на окраину ярмарки, ту, которая была дальше всего от порта. Народу здесь практически не было, и торговцы не сидели рядом со своими возками, ожидая покупателей, а сбивались в кучки и занимались чем придется: где-то травили байки и сотрясали воздух громогласным хохотом; где-то играли в карты, с хеканьем хлопая картонными прямоугольниками по деревянным колодам; где-то пили пиво и закусывали вареными раками и копченой рыбой; где-то боролись, подбадривая соперников криками, а может просто дрались... Именно к этой компании и подвел нас Мишка.

Мне даже стало немного жутковато. Ну, если вдруг эти злющие мужики решат перекинуть свою ярость на нас с Груней, то мы и сбежать не успеем. А сопротивляться бесполезно. Он нас одной рукой в бараний рог согнут.

- Васек! Подь сюды! - заорал Мишка.

И от неожиданности я вздрогнула. Голос у этого пропойцы оказался совершенно необыкновенный. Глубокий и роскошный. Даже его пьяный крик можно было принять за пение. Как ни странно, Груня удивилась еще больше, чем я. Ее глаза заметно расширились, а рот слегка приоткрылся. Я как раз повернулась, чтобы сказать ей, мол, вот это голос, и все увидела.

- Невероятно, - прошептала она еле слышно, не отрывая взгляда от Мишки, - невероятно...

- Ну, и голосище, - хмыкнула я. Груня вздрогнула и вытаращилась на меня так, как будто бы впервые увидела. А потом медленно кивнула. - Ему бы в опере петь...

Груня вздрогнула во второй раз и посмотрела на меня так, словно я была умертвием, вставшим из гроба.

- Что-то не так? - непроизвольно вырвалось у меня. Я не понимала, почему мои слова вызвали у Груни такую реакцию. Как будто бы я сказала что-то такое... Очень жуткое.

Но ответить она не успела. Потому что к нам подошел Васек... Мы с Груней немного отвлеклись и не видели, как от Мишкиного крика дерущиеся распались на части, словно подтверждая, что это была все-таки борьба, а не просто драка.

Одним из соперников и был Васек. Колоритный персонаж, конечно. Огромный, как медведь, и такой же неуклюжий. Руки, что лопаты, а голова с деревянную колоду, на которой соседняя компания играла в карты. Копна светлых, вьющихся волос, огромные синие глазищи, смотрящие на мир с прищуром. Рубаха разорвана на груди, а серо-коричневые штаны из грубой, домокатной ткани испачканы в пыли.

- Чегось надобно? - спросил он рычащим, «звериным» голосом, глядя при этом не на Мишку, а на нас с Груней, и сжимая кулаки... Как будто бы готовился ударить.

Я аж словами подавилась. И, как ни странно, Груня тоже. Хорошо, что у нас был Мишка, который ответил вместо нас.

- Митяй велел продать барышне возок муки и по пол возка гречи и мяса вяленого...

- Мне твой Митяй не указ, - фыркнул Васек. - Ежели хочет барышне угодить, так пусть у кого другого по пол возка сторговывает. А ко мне не суется... Я у него в должниках не хожу.

- Митя велел продать, - повторил Мишка. - А кто кому и чего должен меня не касается. Я тебе барышню привел, Митькина слова передал, свой гривенник заработал. А остальное не мое дело.

- А куда я вторую половину дену, ежели пол возка продам?! - Мишка снова фыркнул. И хохотнул. - Пусть за весь платит, а забирает половину. Чай не обеднеет барышня-то.

Мишка пожал плечами. Мол, не мое дело. И добавил:

- Лады, я тогда Митяю передам, что ты в отказку пошел. Сами потом между собой разбор чините, а мое дело маленькое. Мне сказали передать, я передал...

Мишка развернулся и собрался уходить, словно хотел оставить нас с Груней на растерзание... И она еще утверждала, что меня этот будочник прокатил бы, а ее нет?! Ага. Как же. Как ты с ним не разговаривай, а итог все равно один. Придется нам ноги уносить и самим о своей безопасности заботиться.

Все эти мысли промелькнули в моей голове за одно мгновение. И не успел Мишка сделать первый шаг, как его остановил окрик Васька.

- Погодь! - рявкнул он. - Да, погодь ты...

Мишка замер, с поднятой ногой, застыв в тот самый миг, в который его остановил крик Васька...

- Лады, - хмуро заявил он, - скажи Митяю, что сговорился... Продам барышням по по лвозка мяса и гречи и цену ломить не стану...

Он тяжело вздохнул и, возведя глаза к небу, заявил:

- Как раз вчерась задолжал Кукую вторую половину... Чтоб его черти драли... Ободрал меня как липку! Моя Марфа теперича на порог меня не пустит. Скажет, опять, козлина бесстыжая, в карты проигрался... Э-эх... - горестно протянул он и махнул рукой.

Мишка фыркнул и расхохотался.

- Слышал Марфа тебя в прошлый раз так ухватом отходила, что ты весь синий ходил!

Васек на миг замер, брови съехали к переносице, и мне показалось, что сейчас он так ударит шутника, что одним ударом в землю по колено вобьет. Но нет, свирепая маска, которую все