Читать книгу - "Вастум - Анна Сергеевна Мезенцева"

Первый искусственный интеллект, прошедший тест Тьюринга в две тысячи четырнадцатом году, притворялся именно подростком, Женей Густманом из Одессы. А до этого, в семидесятых, неплохие результаты показала программа Пэрри, подражавшая человеку с манией преследования.

Общаясь с искусственным интеллектом, люди списывали замеченные странности на возраст или проблемы с головой. Умному в «Алхимии» тоже придумали расстройство аутистического спектра. Он не стал никого разубеждать. Поддерживать многоуровневую легенду сложно. Намного проще позволять людям обманывать самих себя.

Пропиликал домофон. Умный ступил в полутёмную парадную с широкой лестницей и пыльной лепниной под потолком. Окна пролётов выходили во двор. Напротив второго этажа висела, запутавшись в проводах, дохлая ворона.

Адресат жил на самом верху, за крепкой металлической дверью. Умный, не здороваясь, сунул флешку в щель между створкой и косяком. Большинство клиентов Дамира выбирали этот, самый допотопный, путь передачи данных. Всё, что попадало в облачное хранилище, изучалось поисковыми программами на предмет незаконного софта. В середине двадцать первого века сложился странный парадокс: чем современней технология, тем проще её взломать.

На сегодня это был последний заказ. Умный отписался Дамиру и направился обратно в салон. За прошедший год его статус в «Алхимии» повысился. Он по-прежнему протирал от пыли стеллаж и рояль, но только потому, что получал удовольствие от процесса. Каждый день, отработанный в салоне, подтверждал его правоту. Теперь он знал, кто и с какой целью подбирался к прерванному проекту «Роботеха». Интересантов набралось немало. Пора было свести их между собой…

В «Алхимии» Умный улыбнулся мастеру Свете и, застенчиво отведя глаза, вручил пакет с прихваченными по дороге яблоками. Нашёл свободный закуток, развернул экран, ткнув во вкладку с сайтом Восточного. Он давно сломал защиту космодрома и теперь раздумывал, как незаметней подправить написанный для запуска код. Но это дома. На работе Умный просто смотрел онлайн-трансляцию с площадки, где полным ходом монтировали кабель-заправочную мачту.

– Всё мечтаешь о космосе?

Умный сделал вид, что не заметил, как подружка подкралась на цыпочках со спины. На плечо опустилась рука в кружевном манжете. Громоздкий шлем стукнулся о висок.

– Ой, извини.

Подружка почти год носила искусственные глаза, но до сих пор не приспособилась к их габаритам. Возможно, хозяйка Забавного повредила ей внутреннее ухо, где находился вестибулярный аппарат. Или она родилась такой неуклюжей?

– Ты будешь подавать документы в Можайского?

– Нет, всё равно медкомиссию не пройду.

Умный взмахом руки свернул экран.

– Ну, хотя бы попробуй! Ты должен стремиться к своей мечте!

«А я и стремлюсь, – мысленно ответил Умный. – Ты даже не представляешь, как сильно. И лучше тебе никогда об этом не узнать».

Заскучав, подружка потянула его за рукав.

– Пойдём гулять.

После операции она почти не спотыкалась, легко выдерживая средний для её возраста темп. И всё равно предпочитала держаться за Умного, цепляясь тощей лапкой за подставленный локоть. Каждый день таскала его на прогулку, хоть Славянка к променаду не располагала. Смотреть здесь было особо не на что. Повсюду железо, бетон и листовки, напечатанные противниками аугментаций: «Руки прочь от Божьих творений!», «Получая сегодня – теряешь завтра», неопределённое «Одумайтесь!».

– Я хочу сделать татуировку. Марина разрешила.

Они не спеша двинулись по тротуару, позволяя прохожим себя обгонять.

– И что ты нарисуешь?

– Есть одна идея. Марина придумала для меня новое имя: Паучок. Называй меня теперь так, хорошо?

Прозвище казалось ласковым, но Умный знал, с какими аугментациями экспериментировала Хозяйка. Как сказал бы Забавный, та в конец потеряла берега. Больше её не сдерживали ни коллеги из «Роботеха», ни мнение отца.

– Как дела у Бэна?

– Пока не очень. Марине придётся забрать его с работы, её отец начал что-то подозревать. Они ссорятся. – Паучок погрустнела. – Не люблю, когда он приходит. Марина потом весь день молчит. Он её даже не слушает, папаша называется… Сразу делает такое лицо, будто под носом кто-то кучу навалил. Представляешь, говорит, что она эгоистка и думает только о себе. А Марина всё делает для других.

– Ясно. И куда она заберёт Бэна?

– Не знаю, придумает что-нибудь. А у меня есть для тебя маленький сюрприз.

Паучок порылась в сумке и достала тюбик с ракетой на этикетке. Клубы серого дыма образовывали слова «Космический Борщ». Такие тюбики продавались в сувенирных лавках. К космосу они имели отношения не больше, чем стоявшие на тех же полках копилки в виде шлемов от скафандров. Но Умный изобразил радость и чмокнул подставленную щёку, в который раз подивившись, какая она гладкая, жёсткая и прохладная. Как рояль, который ему так нравилось протирать.

Паучку оказалось мало. Она привстала на цыпочки, потёрлась щекой о его лицо, прикоснулась губами. Умный ответил на поцелуй, просунув язык в охотно приоткрывшийся рот. Дотронулся до нёба, прошёлся по слизистой оболочке. Девушка закрыла глаза, её узкие плечи слегка подрагивали. В книгах поцелуй всегда описывался как нечто невероятное. Но Умный не ощущал ничего, кроме влаги с привкусом вишнёвых леденцов, любимого лакомства Паучка. Нацеловавшись всласть, девушка отстранилась. Её обычно бледные губы порозовели, в глазах угадывался вопрос, будто она ждала чего-то большего.

– Может, твоей Марине стоит найти союзника? – Умный продолжил интересующий его разговор.

Конец октября 2042 г. Санкт-Петербург

Маленькая затаилась в подъезде дома неподалёку. Она хорошо знала этот район и его укромные уголки. Жильё хозяйки манило своей доступностью: соседей нет, система безопасности отключается дистанционно. Но почему-то, пока хозяйка была жива, Маленькая так и не сумела заставить себя проникнуть на её территорию. Даже когда была уверена, что та ушла по делам и вернётся нескоро.

Теперь, когда весь город кричал о смерти хозяйки, Маленькая решила – пора. С самого утра она караулила, сидя на корточках возле пыльного окна лестничной клетки. Отсюда хорошо просматривался хозяйкин дом, бежевого цвета трёхэтажный особнячок. Маленькой он нравился. У него было много окошек разной формы, ребристый купол со шпилем и толстая полукруглая арка на входе.

Целый день к нарядному дому съезжались машины, а прилегающий квартал был забит людьми в одинаковой форме. После обеда на пустую дорогу, перекрытую с обеих сторон, сел вертолёт. Оттуда выбрался отец хозяйки, Маленькая издалека разглядела его сухопарую спину и седой затылок. Он шёл очень медленно, опираясь на чужую руку. Отец хозяйки пробыл в доме несколько часов, а потом улетел, закрутив лёгкий бумажный мусор в облаке пыли. А люди в форме остались. Последний из них покинул квартал, когда на улице стало совсем темно.

Выждав для верности около часа, Маленькая достала из рюкзака планшет. Подсоединилась к охранной системе дома и проверила, что изменилось. Люди в форме поставили повсюду своё оборудование, но зачем-то подключили его