Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

Родион указал точку на карте вручную. Тихон Ефимович, идёмте!

Старики выбрался из машины. Таксист выгрузил чемодан из багажника и уехал, взвизгнув шинами.

Трое пассажиров сиротливо застыли на набережной под тусклым светом фонарей, раскачивающихся на проводах. От канала тянуло холодом. Марина подняла воротник своего лёгкого плаща и подошла к мосту.

– Прядильный, – прочитала она небольшую голубую табличку-указатель. – А говорил, что нет названия. Идёмте, наверное, и улица где-то рядом.

Она подхватила чемодан, тряхнула огненно-рыжими волосами, будто отгоняя все тревоги, и зашагала вперёд. Тихон Ефимович зевнул в кулак, выпуская изо рта облачко пара, и посеменил за ней.

– Устал, – вздохнул он. – Годы берут своё…

«Угу, и фляжка в саквояже», – подумал Марк.

Нотариус взглянул на часы, мысленно подсчитав, сколько времени заняла поездка от вокзала.

– А райончик-то у вас ого, – заметил он. – Самый центр города. Недвижимость, поди, сотни миллионов стоит. Если надумаете продавать…

– Да что вы, Тихон Ефимович. Вы же знаете: нам просто нужен дом. В Смоленске больше ничего не осталось.

– Ну да, ну да, – согласился нотариус. – Может, и хорошо, что Пётр Сергеич не дожил. Уж очень он любил вашу квартиру. Да только я всегда ему говорил: страхуй жильё, Петенька, страхуй. Дом-то ведь старый. Поди, ещё купеческий. А он всё отмахивался. И вот, поди ж ты, сгорела квартирка…

Марина вздохнула. Непросто было вспоминать, как внезапный пожар уничтожил старую родительскую квартиру, оставив их с сыном почти без вещей. Единственное, что она успела схватить, выбегая из дома, – это скрипку, на которой не играла много лет.

Перейдя неширокий мост, они попали в тихий квартал, застроенный хмурыми невысокими домами. Полусонный район был похож на огромное чудовище, которое тревожно таращилось жёлтыми глазами из темноты, решая, стоит ли броситься на гостей в атаку или подставить пузо для поглаживания.

Будто в насмешку над бесконечной серостью, набережная была залита бело-голубым сиянием. Вдоль канала часовыми выстроились высокие фонари на массивных чугунных подставках. Их свет, напряжённый и суровый, точно кусал серое чудовище за пятки, не давая и шагу ступить к каналу.

Ледяная сырость заставила ускорить шаг и поскорее свернуть в первый попавшийся переулок. Здесь было заметно теплее. Ветер, опасаясь заплутать в узких улочках, остался где-то у канала. Как и массивные фонари-истуканы с их тревожным светом. Теперь между домами покачивались лампы-тарелки, но горели из них совсем немногие.

Старый район был застроен трёх-четырёхэтажными домами, плотно прижимавшимися друг к другу. В редких окнах горел свет, на улице не было ни души.

– Должно быть, у них тут платные парковки, – по-своему объяснила отсутствие машин Марина.

– Значит, хороший район, – кивнул Тихон Ефимович. – Сразу видно – элитный.

– Может, хоть в этот раз с соседями повезёт, – пробормотала Марина.

Продвигаясь вглубь улицы, с каждым шагом они будто погружались в мир старых фотографий. Казалось, время остановилось. Ни одного светофора, неоновой вывески или круглосуточного магазина. Только едва уловимое тёплое дыхание подвалов и запах печного отопления, одновременно сладковатый и горький.

Марк достал телефон, чтобы проверить время. Почти семь. Заряда совсем мало, вот-вот отключится. Сеть едва улавливалась. Мальчик недовольно засопел: остаться без телефона не хотелось.

На ближайшем перекрёстке они без труда нашли то, что искали. Улицу Прядильную. Она была чуть шире переулка, из которого они только что вынырнули, но и здесь открывалась всё та же картина. Ровный строй домов, плотно зашторенные окна и тишина.

Удивительно, но окна светились лишь на левой стороне улицы. Правая, с нечётными домами, казалась необитаемой. Пройдя мимо пары-тройки старинных драндулетов, лобовые стёкла которых залепили осенние листья, Марк с облегчением заметил вполне современный полицейский автомобиль, припаркованный у здания номер десять. В окнах дома горел свет. На небольшом балкончике в горшке ещё цвели рыжие хризантемы.

Тринадцатый дом отыскался как раз напротив. Четырёхэтажный, грязно-горчичного цвета, с трубами печного отопления на крыше, дом смотрел на них пустыми глазницами чёрных окон и казался совершенно заброшенным.

– Кажется, это наш, – Марина с удивлением изучала фасад. – Ему лет сто, не меньше. Только взгляните на этот эркер на третьем этаже!

Марк скептически осмотрел здание. С безразличным видом сверху вниз взирали бледные лица, изображавшие то ли греческих богов, то ли героев прошлых лет.

– Это маскароны, – пояснила мама, проследив за его взглядом.

– Надеюсь, тут есть электричество, – Марк достал из кармана телефон и с тоской взглянул на уровень заряда. Почти на нуле. Но любопытство взяло верх, и он раскрыл электронную карту.

Он надеялся понять, почему так вышло, что ни один водитель не мог отыскать Прядильную в навигаторе. Отгадка оказалась простой. Судя по карте, они находились на острове, который соединялся с остальным городом несколькими мостами. Удивительным образом ни одна из местных улиц не была обозначена. На карте весь остров представлял собой серое пятно, будто это был пустырь, а не жилой район.

Марк рассказал о своём открытии маме, прежде чем экран телефона погас.

– Наверное, какой-то сбой, – пожала плечами она и подошла к единственному входу.

Массивная деревянная дверь под несуразно большим полукруглым козырьком была заперта. Тёмно-зелёная, испещрённая трещинами облупившейся краски, она казалась ещё одним приветом из другого мира. И мир этот не хотел впускать их внутрь. Марина безуспешно подёргала холодную металлическую ручку, но та не поддалась.

Над входом бестолково висел похожий на жёлудь чёрный неработающий фонарь, над которым была нарисована звезда со множеством расходящихся лучей. В темноте отверстие для замка пришлось искать на ощупь. Пошарив пальцами под ручкой, Марина, к своему удивлению, обнаружила, что его там нет вовсе.

– Странно…

– Итого, – голос Марка был насмешливым, – мы имеем дом, который, возможно, проще снести, чем отремонтировать. Расположен он в затхлом райончике. Не факт, что на этой стороне улицы вообще есть электричество. Кроме того, мы понятия не имеем, как попасть внутрь. Я ничего не забыл?

– Только лишь то, что ты страшный зануда!

Марина ещё раз подёргала ручку с тем же результатом. Чуть выше нашёлся старинный дверной молоток в виде головы льва, в зубах которого было зажато кольцо-стучалка. Время изъело металл, и теперь кольцо сидело так плотно, что воспользоваться им по назначению не удалось бы даже тяжелоатлету.

Наблюдая, как мама пытается обуздать непокорную дверь, Марк отошёл на пару шагов и снова осмотрел дом. На втором этаже, в самом крайнем окне, он заметил приоткрытую форточку.

– Может, попробовать влезть по водосточной трубе? – предложил он.

– Я тебе влезу!

Марк с тоской посмотрел на освещённые окна дома напротив. Должно быть, жильцы сейчас собрались в узком семейном кругу. У них там наверняка тепло, пахнет вкусным ужином, звучит весёлая болтовня…

Марина продолжала толкать дверь, пока не выбилась из сил. Щёки её раскраснелись, волосы растрепались, даже в лёгком плаще ей стало жарко. Подойдя к окну, женщина заглянула внутрь, приложив ладони к стеклу.

– Похоже, там никого нет… Что думаете, Тихон Ефимович?

Старик торопливо спрятал фляжку за пазуху и тоже приник к окну. Стекло мгновенно запотело.

– Темно, – нотариус важно наморщил лоб и сложил губы трубочкой, будто сказал нечто выдающееся.

Марина отошла от окна и с удивлением посмотрела на свои ладони. Даже короткого прикосновения хватило, чтобы на них остался серо-зелёный липкий слой… Грязи? Плесени? Женщина потёрла след пальцем, и тёмный налёт легко осыпался с кожи.

– Давайте ещё раз взглянем на письмо, – предложил Тихон Ефимович.

– Да что на него смотреть, – проворчал Марк, но всё-таки полез за папкой с документами. Из рюкзака выпало птичье перо.

– А это что? – Марина подняла его и покрутила в руках.

– Дал тот ненормальный, что помог с такси. Сказал что-то насчёт… – Марк задумался. – Львы боятся щекотки.

Тихон Ефимович глупо захихикал и неожиданно ловко выхватил перо.

– Ну, конечно! Теперь всё ясно!

Немного пошатываясь, старик подошёл к двери и откашлялся.

– О, сим салабим, великая дверная ручка, откройся!

С этими словами он шутливо провёл по носу бронзового льва кончиком пера. И надо же было случиться, что именно в этот момент на втором этаже дома напротив шевельнулись занавески. В окне показалась девочка-подросток с двумя длинными косичками. Марк был готов сгореть со стыда, мысленно проклиная глупого нотариуса. Не придумав ничего лучше, он отвернулся, сделав вид, что не заметил девчонку.

А через секунду образ незнакомки напрочь выветрился из головы. Дверь, которая ранее была наглухо заперта, вдруг медленно и бесшумно распахнулась.

– Должно быть, я всё-таки сдвинула её с петель, – прошептала Марина, неуверенно заглядывая