Читать книгу - "Бастард рода Неллеров 1-11 - Серг Усов"

тем же и смотрю на сержанта, о чём-то шептавшего секретарям. Я явился на четверть часа раньше, так что, придётся немного подождать в общей компании. Где бы сесть, чтобы никто с вопросами не пристал? А, вон, у дальнего от входа окна имеется свободный стул, и никого поблизости.

Нет, ошибся, похоже, долго ждать не придётся. Один из секретарей, мне улыбнувшись, несмотря на короткие кривые ноги, очень быстро выбежал из-за стола, метнулся к висевшей в дальнем углу портьере и скрылся за ней. А, так там же дверца. Понятно. Не понятно. Так мне нужно размещать свою задницу на стуле или это лишние хлопоты?

Точно, не нужно. Кривоногий вернулся, встал у дверей в кабинет кардинала, а когда из них вышел грузный красномордый генерал, злобно зыркнувший в сторону пехотного полковника, произнёс елейным голосом:

— Ваше преподобие аббат Степ, его высокопреосвященство вас готов приять.

Хорошо, коли так, а подарки-то мои так и останутся что ли на столе лежать? Не, я понимаю, что тут не украдут, но их же желательно вручить до беседы, а не после. Встречают ведь по одёжке. Подарки чем не одёжка?

Мой взгляд оценили верно. Секретарь, не кривоногий, другой, взял и ходики, и книгу и подошёл к распахнутой двери, едва от неё отошёл генерал, позвавший за собой к выходу полковника. Чую, сейчас выскажет младшему по званию всё то неприятное, что сам узнал от Марка Праведного.

— Его преподобие Степ. — доложил секретарь и, семеня ногами, приблизился к столу кардинала и положил на край часы и книгу. — Он нижайше просит принять от него дары.

Вообще-то я ничего не просил, тем более, нижайше, только не устраивать же разборки в столь высоком кабинете. А обстановка тут была весьма строгая.

Полы, стены, мебель и даже потолок — всё из тёмного дерева. Морёный дуб? Да, очень на то смахивает. Вытянутый чуть ли ни от стены до стены стол хозяина кабинета завален бумагами, книгами и свитками, чернильница вроде из камня, а стоячий пенал под перья уже почти пуст, кресло под кардиналом жёсткое, значит, в своём возрасте гемороем не страдает.

Сам Марк Праведный, одетый в тёмно-бордовую сутану больше похож на обтянутый кожей скелет, чем на человека, а вот взгляд такой, что даже меня, видавшего немало грозного начальства, пробрало до дрожи. А он точно из крестьян? Откуда тогда столько властности во всём его облике?

Секретарь выскользнул мимо меня за дверь и плотно её прикрыл.

— Так вот ты какой. — первым нарушил молчание, как и полагается по этикету, Марк Праведный, едва я завершил короткий поклон.

Ага, северный олень, как у нас шутили.

— Ваше преосвященство. — опять склоняю голову.

Чёрт, он же высокопреосвященство, это виконт Николай Гиверский просто преосвященство, да не поправляться же теперь. Ему, смотрю, всё равно.

— Садись, Степ. — машет рукой на левый, более почётный, ряд стульев вдоль приставного стола. — У нас будет долгий разговор.

Пока устраиваюсь на среднем из семи жёстких сидений с высокими спинками, кардинал, не скрывая любопытства, раскрывает парчу и берёт в руки мои готлинские ходики. Долго их рассматривает, одобрительно хмыкает и убирает в сторону, после чего раскрывает книгу, начинает её пролистывать, и тут, я вижу, как его впалые глаза округляются, а пальцы начинают трястись.

Ай да дядюшка Рональд, ай да сукин сын. Угодили мы старику. О часах-то Марк наш Праведник явно был в курсе, вряд ли кто из моих донёс, скорее, прецептор Молящихся описал, а вот описание о местах возможного нахождения подлинного жезла Создателя для хозяина дворца оказалось неожиданностью, причём, судя по реакции, весьма и весьма возбуждающе приятной.

Пришлось подождать, пока глава церкви Кранца придёт в себя. А я чего? Я могу и посидеть, разглядывая кабинет и красивые мозаичные стрельчатые окна.

Наконец, его высокопреосвященство отложил и книгу.

— Это лучший подарок за последние, не помню уже сколько, лет. — улыбнулся как-то жутковато, будто давным-давно скелет у нас в классе биологии и анатомии скалился. — Ты мудр не по годам, юный милорд. Некоторые не очень умные люди полагают, что самое дорогое — это драгоценные камни, сахар, золото, шёлк. Нет, дороже всего знания!

Спасибо, кэп. Открыл мне глаза. Ёрничаю в душе, а на лице почтение. В третий раз склоняю голову.

— Рад был вам угодить, ваше высокопреосвященство. — на этот раз не путаюсь в титуловании. — В поиске книги лично участвовал мой дядя епископ Рональд Неллерский, я лишь доставил.

— Всё равно, всё равно. — отмахнулся кардинал. — А теперь, прошу, расскажи о себе и о том, что происходило на севере нашего несчастного королевства.

Что-либо скрывать из событийного ряда было бесполезно. Ему наверняка уже почти всё доложили, а чего не успели, Марк Праведный и сам мог обоснованно предполагать, так что, я рассказываю всё подробно и обстоятельно, стараясь не встречаться с его пронизывающим насквозь взглядом, вдруг он сумеет разглядеть во мне нечто большее? Не прост старик, ох, не прост.

— Ну, а про покушение, вы, наверное, больше меня знаете. — я скромно потупил взор. — Мне ведь ни инквизитор, ни глава королевского сыска ничего не говорят. Но теперь я очень осторожен. Охрану усилил.

— И правильно. — кардинал встал, велев мне знаком оставаться на месте и подошёл к окну. — Ты очень важен, очень, Степ. Не только нашей матери-церкви, не только вашему славному роду, но и нашему королевству, которое последние годы пребывает в очень тяжёлой ситуации. Скажи мне откровенно — я понимаю, решение о принятие сана не было твоим — не сильно тяготит бремя церковных обетов? Говори прямо, если хочешь вернуться в мир, то я могу этому поспособствовать. Всё же обстоятельства после твоего посвящения сильно изменился, ты не только инициировался, а и получил от нашего милостивого Создателя огромный дар, а это и большая ответственность. Чем больше нам дано, тем больше и спросится.

А он случайно не такой же попаданец как я? Последняя фраза словно из земных трактатов взята. Да ну, не стоит впадать в крайности, при всех различиях, между нашими мирами имеется очень много общего, в том числе, и течение философских мыслей.

— Если откровенно, то мои желания непостоянны. — изображаю искренность. — Наверное, это сказывается возраст. Поэтому, пока я во всём полагаюсь на мнение главы нашего рода мудрой герцогини Марии. — кажется кардинал скривился, не смог сдержать гримасу недовольства, быстро понял, к чему клоню. — Как она скажет мне поступать во всём, что не касается данных мною обетов и обязанностей настоятеля, так и буду поступать. Его преосвященству прецептору Николаю я уже сказал. Готов оказать любую помощь нашей