Читать книгу - "Бастард рода Неллеров 1-11 - Серг Усов"

сусальным золотом блестит на груди, готов к труду и обороне, то есть, предстать перед кардиналом.

На улице меня дожидается карета, ехать в церковном облачении верхом тоже можно, но не принято. Хотели заказать наёмный экипаж, да виконт Андрей Торский, вице-канцлер, любезно предоставил свой. Родня помогает чем может, так оно и должно быть.

Резиденция кардинала расположена от «Золота Кранца» совсем рядом, надо только пересечь Дворцовую площадь, проехать в сторону Горбатого моста два проулка и окажешься на плацу, который так и называется — Кардинальский. Я там вчера проезжал, полюбопытствовал, рассмотрел всё внимательно.

Здание, где располагалось управление церковью в нашем королевстве, построено в виде затупленного наконечника стрелы, направленного в сторону площади. Тут такая архитектура не редкость. В отличие от земных городов, где улицы пересекаются в основном перпендикулярно друг другу, здесь они лучами раскидываются от перекрёстков и площадей в пять-шесть-семь сторон, возле прецептории Исцеляющих видел и восемь. Так что, здания, резко сужающиеся к стороне входа, в Рансбуре не редкость.

— Прошу, ваше преподобие. — лакей мачехиного кузена, проехавшийся на запятках кареты, распахнул передо мной её дверцу и откинул бронзовую ступеньку. — Вы прибыли.

С Карлом выходим из экипажа. Мой десяток кавалеристов эскорта, умело расчищавший путь среди людского моря, окружил карету со всех сторон. Лейтенант Ригер, привстав в стременах, орлом разглядывает округу. Бросил несколько взглядов по сторонам и я.

Что ж, тут ничего особо не изменилось. Кардинальский плац по размерам довольно внушительный — сотня ярдов в диаметре, считай, футбольное поле. Напротив резиденции Марка Праведника дугой вытянулся на половину периметра площади двухэтажный каменный арочный купеческий двор, аналог наших земных торговых центров. В нём тоже торгуют всякой всячиной, от продуктов и нижнего белья до рабов, скота, носилок или повозок.

Знаю это со слов тётушки Ники, внутри ещё не был ни разу, но обязательно посещу, причём, в ближайшие дни, интересно же. Да и вдруг что-нибудь нужное присмотрю?

Справа от трёхэтажного дворца, украшенного колоннами с лепниной поверху и статуями прежних кардиналов между ними, церковь, небольшая, но очень красивая, с четырьмя башенками, имеющими острые шпили, и одной в центре — купольной с курантами. Кошусь взглядом на милорда Монского, у того под мышкой завёрнутые в серебристую парчу готлинские ходики, книгу от дяди Рональда он несёт в походной сумке.

По другую сторону от резиденции казарма кардинальской гвардии, рядом конюшня — здание из красного кирпича и наконец притулившаяся к купеческому двору кондитерская, мои девчонки в ней уже побывали. Ник говорит, они в полном восторге, ну, да, чему тут удивляться-то? Юлька с Ангелиной сейчас вообще на седьмом небе от счастья, это им не в глуши прозябать, столица!

— Вам назначено, ваше преподобие? — уточнил караульный у входа, когда мы с Карлом, оставив своих вояк, поднялись по ступеням.

— И весьма настоятельно. — изображаю улыбку и первым прохожу внутрь здания, оказавшись в большом колонном зале перед широкой беломраморной лестницей.

Здесь немало народа — сидевшие на диванах или расхаживающие богато одетые господа и дамы, не обратившие на очередного визитёра никакого внимания.

У подъёма очередная тройка гвардейцев. Высокий усатый сержант, бросив на нас острый взгляд, развернул свиток, посмотрел в него и подошёл ко мне.

— Ваше преподобие Степ? — спросил.

— Он самый. — подтверждаю.

— Прошу пройти за мной, а ваш благородный спутник может подождать здесь или как соизволит.

— У милорда Монского дары для его высокопреосвященства. — бросаю взгляд на завёрнутые в ткань готлинские ходики.

— Если позволите, я сам дары понесу. — в отличие от рядовых солдат, стоявших с копьями, руки унтер-офицера, меч которого не покидал ножен, оставались свободными, и он их протянул к Карлу.

Киваю милорду, чтобы тот отдал сержанту и часы, и книгу, и предупреждаю усача:

— Уронишь, распрощаешься с карьерой.

Тот в ответ лишь скупо улыбнулся и повёл меня наверх. Первую же межэтажную площадку, где лестница разделялась на ведущие в обратном направлении два рукава, украшало огромное зеркало, почти не искривлявшее изображение, настоящее богатство, мешок с сахаром, говоря по-местному.

В нём я увидел молодого, но уже возмужавшего паренька. Видимо, внутренние изменения отразились на внешности Степа. Мужик, чего уж. Герой. Великий маг и целитель. Только вот подстричься бы не мешало. Короче, но не налысо, как тут многие священники любят ходить. Из лени наверное. Алхимическим зельем вроде того, что мне Юлиана презентовала, намазал голову, и на месяц-другой безволосие гарантировано. Я вот, как в Олске щёки, под носом и подбородок намазал, так до сих пор ни намёка на волоски там нет.

— Ваше преподобие? — отвлёк меня от созерцательности и размышлений провожатый сержант.

— Да-да, идём. — отвечаю, благословляя спускавшуюся навстречу и склонившую в передо мной головы пару каких-то мужчин, скромно, но опрятно одетых.

Подниматься пришлось на последний этаж, разумеется, и там направились по длинному коридору из мраморных стен. По краям опять скульптуры. Кого изображают? Да чёрт их разберёт. Людей, только одетых в одежды, которые сейчас никто не носит, ни миряне, ни духовенство.

Во дворце весьма многолюдно, может не так, как у моей красавицы-мачехи в Неллерском замке, однако, канцелярские крысы снуют с озабоченным видом туда-сюда в большом количестве. Ого, тут и девицы, смотрю, на службе имеются. Ну, получи и ты, милашка, благословение, раз просишь и кардинальских тебе мало.

Перед высокими, обитыми бронзой с серебряными жезлами Создателя дверями опять гвардейцы кардинала. Перед моим проводником распахивают обе створки, ни о чём не спросив. И я оказываюсь, нет, не перед взором Марка Праведного, а внутри большой приёмной, где находится, кто на стульях, кто на диванах, кто на ногах, десятка полтора посетителей, в основном моих коллег-церковников. Большинство из них, если судить по серым сутанам и серебряным знакам на груди, прелаты общих храмов, но есть один и в красном облачении церкви Наказующих. В углу у нас кто сидит весь, точнее, вся в белом и с золотым жезлом поверх? Понятно. Аббатиса какой-то из обителей Исцеляющих.

Имеются тут и миряне — какой-то хмурый вояка в синем мундире пехотного полковника, рядом пожилой дворянин, разодетый петухом в неизвестные мне родовые цвета, и худой пожилой богатый простолюдин на диване, держащий за руку сидящую рядом с ним беременную девушку с заплаканными глазами.

Дальше ещё одни двери, сбоку от которых длинный стол, над которым склонились и скрипели перьями по пергаментам двое секретарей, церковные служки.

Моя чёрная сутана ордена Молящихся, а, главное, в совокупности знак аббата и юный возраст не могли не обратить на себя внимания присутствующих. Лёгкие шепотки и вежливые кивки, не отходя или не вставая с мест.

Отвечаю