Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

улыбкой, такой теплой, будто я не унижал Вальтера, а спас щенка из горящего амбара и вручил ей его в её нежные руки. Нежные, но безумно сильные огненные руки.

— Спасибо, что пригласил, — сказала она, наклоняясь ко мне, — серьёзно. Это было неожиданно.

— Победы — для тех, кто рядом, — сказал я с пафосом, — и кто верит, когда сам ещё сомневаешься. Так что не благодари. Просто подлей ещё в свой бакал. Хотя нет, дай я за тобой поухаживаю

— Ну раз на то пошло, — Иван взял бутылку и шипением открыл её, — за победу! За старосту! За нашего грозного мага воды!

— За Демида! — воскликнула Алина.

Мы чокнулись. Смех. Блики свечей. В дело пошло французское вино. Черная икра на хрустящем хлебце. Кто-то играл на лютне в дальнем углу — возможно, даже неплохо. Ночь становилась мягкой, как пергамент под рукой писца.

Когда мы вышли, город был почти пуст. Я проводил их до перекрестка — Алина исчезла за углом, слегка покачиваясь от шампанского и хорошего настроения, Иван ушел в сторону нашей новой квартиры, что-то бормоча про «реальность — иллюзию магов пятого ранга».

Я остался один. Хотелось прогуляться по ночному городу в одиночестве. Сделал пару шагов по брусчатке и тут… Замер.

Он. Снова. Силуэт у фонаря. Вроде человек. Но тень слишком тонкая. Слишком вытянутая. Как будто нарисованная или я перебрал с алкоголем сегодня?

Я сорвался. Бросился вперёд, сердце забилось — инстинкт охотника, метка загорелась. Дробный бег по булыжникам, пальцы наготове к заклинанию. Подбежал…

Никого. Только ветер. Только туман, скользящий по земле, как змея.

Я стоял. Один. Среди ночи и теней. Город словно затаил дыхание.

— Кто ты… — прошептал я.

Но ответа не было. Только капли дождя на камне и отдалённый гул колоколов на Башне Испытаний.

Я зажал пальцы в кулак. В следующий раз — ты мне ответишь.

* * *

На следующее утро я направился прямиком в библиотеку старост — святилище старых знаний, куда пускали только лишь избранных. После моей победы над Вальтером, мне открыли туда доступ — привилегия, которой я не собирался пренебрегать и решил воспользоваться ей на сто процентов.

В холле пахло старым пергаментом, чернилами, магической пылью и свечами. Высокие стеллажи вздымались до самого купола зала, в воздухе парили магические фонарики, мягко освещая бесконечные ряды старинных книг. Тишина тут казалась не просто уставом, а самой материей, из которой было построено это место.

Я шагал между полками, разглядывая корешки древних томов. Глаза скользнули по названиям: «Генеалогия родов Севера», «Тайные техники проклятых школ», «Молчаливая кровь»… Но что-то внутри тянуло меня в самый дальний угол. Туда, куда с трудом добирались солнечные лучи через мозаику на больших окнах.

— Иди, — раздался хриплый голос откуда-то слева. Я резко обернулся.

Из-за колонны вышел старик. Высокий, худой, седой, с живыми глазами, в которых плясал слабый синий свет. Пахло от него… чем-то знакомым. Старым железом и кровью.

— Вы кто? — спросил я, но рука уже сама легла на рукоять кинжала, спрятанного под плащом. Это ловушка? Тогда я буду готов к битве!

— Ты чувствуешь, — сказал он с легкой усмешкой. — Хорошо. Это значит, что ты всё-таки из нас.

Он подошёл ближе, протянул руку, и мы обменялись особым рукопожатием — тем, что передавали лишь в братстве теней. Ордене Ассасинов, пальцы будто сами вспомнили движения.

— Меня зовут Игнат Петрович. Когда-то давным-давно… я был тем, кем являешься и ты…

Я не сказал ничего, но сердце моё застучало быстрее. Он знал. Знал, кто я, что я.

— Не пугайся, — сказал он и повёл меня вглубь библиотеки, — мы здесь одни. И это место защищено от лишних ушей древней магией.

Мы сели за узкий стол в конце комнаты, на котором пыль лежала такими слоями, что видно было — тут не сидел никто уже много лет. Но рядом с нами она исчезла сама собой. Интересная магия. Нужно будет взять на заметку.

— Ты знаешь, кем ты был в прошлой жизни? — спросил меня Игнат, склонив голову ближе.

Я сжал свои кулаки. Снова. Этот вопрос преследовал меня с тех пор, как я помнил себя. Кто я? Откуда эта сила? Почему во снах ко мне приходит человек в капюшоне, и его лицо всегда — моё, но не моё?

— Да — сказал я, — С первой секунды в этом теле я знаю, кем я был раньше.

Старик кивнул.

— Я вижу в твоих глазах. Ты был не просто наёмным убийцей. Ты был лучшим из нас.

Я замер. Наконец-то хотя бы на короткое мгновение, я мог быть тем, кем есть на самом деле

— Ты знал меня? Почему тогда я тебя не узнаю?

— Знал. Но я ушел из ордена еще за долго то твоего рождения, но когда всех убили, я поклялся, что если будет хотя бы малейший шанс помочь вернуть наше братство, я это сделаю. Я следил за тобой с первого дня, Демид. С тех пор, как ты впервые оказался в этом городе.

— Тогда это вы… — В памяти всплыли странные моменты: взгляд в толпе, тень за углом, чувство, что кто-то рядом, когда я был один. — Это вы следили?

— Оберегал, — спокойно ответил Игнат Петрович. — Мир, в который ты попал, — это не та академия, за которую она себя выдает. Здесь не обучают — здесь отбирают. И не всегда — лучших.

Я нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Я покажу тебе, — он вытащил из-под мантии старую, потрёпанную книгу без названия.

— Это одна из запрещённых хроник. Истинная история Академии.

Я открыл первую страницу — и кровь в жилах похолодела. На рисунке — знакомый мне символ. Метка ассасинов. Только она была перечёркнута. А ниже — надпись:

«Их кровь будет использована для взращивания новой магии. Их тени станут удобрением для света».

— Это написано рукой Архимага Фёдора V, — сказал старик. — Основателя Академии.

Я медленно закрыл книгу.

— Они истребили нас для того, чтобы создать какое-то новое оружие?

— Почти. У них ничего не вышло, так как все Ассасины перед смертью сожгли свои тела и эти уроды не получили даже капли нашей крови. Поэтому я и ушёл в тень. — голос старика сорвался. — Но теперь нас двое и если они про это узнают, то всеми силами постараются получить нашу кровь, Юноша.

Тишина зависла, как нож над сердцем. Я ничего не чувствовал. Только гул в ушах.

— Почему ты не сказал мне всего этого раньше?

— Ты был реще слаб в своём новом теле. И ты должен был сам почувствовать, что