Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

шаги, звон посуды и Васькино возмущенное «мя-яву». Получается, мама уже не спит? Готовит на кухне завтрак и заодно обед для своей непутевой дочери.

Хлопнула дверь, и в квартиру вошел папа. Получается, он тоже уже не спит, видимо, ходил в другой конец коридора в туалет.

— Лана гуляла? — захрипел на всю квартиру его голос и собачий счастливый визг. — Ой, а ножки у Ланочки чистые, снежок на улице чистый! А папа сейчас пойдет за машиной и повезет на службу генерала, да! А в воскресенье Лана опять поедет кататься!

Из кухни выглянула мама. Она счастливо улыбалась, но при виде меня вдруг нахмурилась:

— А ты чего в одежде стоишь? Иди завтракать.

— Анжелку убили, — всхлипнула я и почувствовала, как глаза наполняются слезами.

— О-оо! — пораженно вскрикнула мама, а папа на меня уставился с ужасом. — Как убили, за что? Когда?

— Наверно, ночью, — пожала я плечами.

— А как убили? — спросил папа. — Застрелили, что ли?

— Не знаю, — я машинально стала снимать пуховик и разматывать шарф на шее. — Там крови много было.

И поведала обо всем, что произошло на утренней прогулке.

— Ой-ой-ой, — покачал головой папа и очень серьезно на нас посмотрел, — сейчас такая бойня на районе начнется! Юрка же всем головы поотрывает.

— Да кто вообще посмел? — со священным трепетом проговорила мама. — Сестру Опасного!

Меня покоробило. Второй раз слышу эту фразу «кто посмел?». Ага, значит, любого и каждого убить не проблема, а вот сестру Опасного…

Из кухни выбежал Васька и со всех лап помчался в комнаты, за ним шлейфом понесся запах горелого.

— Что там на кухне? — принюхался папа.

— Ой, яичница! — и мама рванула туда.

— Ладно, я на стоянку! — объявил папа и ушел.

Пришлось мне вместо завтрака помогать маме выбрасывать остатки сгоревшего блюда. Впрочем, мне сейчас и кусок бы в горло не полез. Так что обойдусь без завтрака. Вот только водички попью.

— А ты не заметила, бриллианты на ней были? — спросила мама.

— Мам, ну как я такую мелочь в темноте могла разглядеть? Да и не хотелось, честно говоря, приглядываться. Видела бы ты этот ужас!

— А это важно, ведь если ювелирку сняли, значит, с целью ограбления. Я думаю, какие-то отморозки ее убили.

— А отморозки — это кто?

— Ну, отмороженные, которые не принадлежат ни к ворам, ни к бригадам, — пояснила мама, — потому что нормальные люди не стали бы сестру Опасного… Эх, а милиция-то даже искать не станет. Там сейчас такие дебилы работают. Их вон пачками туда набирают, а потом так же пачками увольняют.

Интересно, а кого она называет нормальными людьми? Неужели в эти годы организованные бандиты пользуются уважением у простых людей? И только отморозки — те же бандиты, но которые сами по себе, — для них плохие? Зла не хватает.

Я чуть не поперхнулась водой, когда раздался неожиданный стук в окно.

Ну конечно, Аня уже ждет, когда я выйду. Она стояла под домом мрачная, поникшая, с черными кругами под глазами. Небось, не спала всю ночь со своим Лехой. Надо расспросить по дороге, куда она вчера подевалась.

— Иду-иду! — помахала я ей через стекло.

Быстро сняла с вешалки верхнюю одежду, напялила на себя шапку и пуховик. Только стала обуваться, как в дверь как-то громко и по-хозяйски постучали. Да что ж такое-то?

На пороге стоял высокий полный молодой человек в форме, которую не спутаешь ни с какой другой — милицейской. Рядом с ним притулилась размалеванная девица в такой же форме и с папкой в руках.

— Разрешите, — не дожидаясь никакого разрешения, они дружно шагнули в прихожую, — нам необходимо провести у вас обыск.

Из кухни послышался грохот — мама, наверное, уронила ту большую чугунную сковородку. Кот зашипел со своего холодильника. Ланка принялась обнюхивать незваных гостей, и парень с опаской на нее покосился:

— Вы только собаку уберите.

— У вас есть ордер на обыск? — нашлась я. — И вы почему-то не представились, удостоверение даже не показали. А еще не объяснили причину обыска.

— Причем тут ордер? — нагло отставила ногу девица. — У нас информация, что вы могли желать смерти своей соседке, которую сегодня убили.

На кухне опять что-то прогремело. Очевидно, мама подняла злополучную сковородку, а та опять выскользнула из непослушных рук.

Вскоре она сама вышла из кухни.

— Кто кому желал смерти? — спросила мама, нервно теребя фартук.

— Не вы, а вот эта молодая особа, — девка в милицейской форме показала на меня пальцем.

Тут из кухни донесся настойчивый, дребезжащий стук по стеклу и приглушенный из-за стекла голос Ани:

— Надька! Ну ты скоро?

— Так, это кто там? — заинтересовался молодой человек, прямо в своих ботинках проходя на кухню.

— Моя подружка, — ответила я, проходя следом за ним, — кстати, тоже ваша сотрудница. Делопроизводителем у вас в конторе работает.

Парень сделал быстрый знак девице, и та выскочила из квартиры.

Вернулась она через пару минут вместе с Аней.

— Меня же с работы выгонят, — возмущалась бледная, как побелка на кухне, подружка.

— Не выгонят, скажете, что мы задержали, — миролюбиво посоветовал парень.

— А вы — это кто?

— Старший сержант Сорокин, мы как раз сегодня дежурим. И объясните хотя бы вы своей подруге, чтобы не препятствовала проводить обыск.

— Какой нахрен обыск? — взорвалась мама. — Вы что, подозреваете мою дочь? Да вы на нее посмотрите! Вы всерьез думаете, что эта худоба могла кого-то убить? А тем более Анжелку, которую с детства знает, — тут мамин голос сорвался, и она всхлипнула, — у нас всех горе, а вы!

Аня резко тряхнула головой:

— Не могла Надька убить Анжелку, вы что? Мы же с ней тогда так хорошо поговорили!

— А еще, — продолжала мама, — у Нади есть алиби. Мы с мужем вчера ее встретили на улице и пошли к дому. И возле подъезда встретили Анжелку, живую и даже веселую. И все, и до утра моя дочь никуда из дома не выходила. Возьмите и проверьте ее одежду, в конце концов! В этой одежде она пошла в гости, и в ней же вернулась из гостей. Проверьте-проверьте, на любую экспертизу возьмите. Моя дочь —