Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

собаками, сказал Охлям, — мы с Семеном по рядам прошли. Понимаешь, бригада Опасного контролирует рынок, и, само собой, продавцы им отстегивают. Или деньгами, или вещами. Чтобы работать давали. Так что никто не в обиде.

— Интересно система построена.

— Так это же правильно! Если продавец со своим товаром встанет у остановки где-нибудь, на него тут же всякая шелупонь наедет и тоже денег потребует. Раньше им и на рынке тяжело было из-за этих рэкетиров работать. А теперь все цивильно.

Может, и правильно это все. Только при чем здесь Охлям? Как я поняла, он не входит ни в число продавцов, ни в состав бригады Опасного. Ему-то за что такие плюшки?

Впрочем, не мое это дело. После прогулки я поужинала, накормила животных и попробовала еще раз позвонить по объявлениям.

— Четыре с половиной миллиона, — ответил деловой женский голос, — но это без торга, у меня квартира хорошая, недалеко от центра, на третьем этаже, с балконом и телефоном. Я бы не продавала, но деньги очень нужны.

— Однокомнатная? — уточнила я. — Сколько метров?

— Почти тридцать два.

— Спасибо, я с родителями посоветуюсь и перезвоню.

— Хорошо, только долго не думайте, у меня полно покупателей.

Понятно, что полно. Кстати, этот вариант меня устроил бы даже больше, чем двухкомнатная на первом этаже. Уж как-нибудь мы бы с родителями размесились. Как говорится, в тесноте, да не в обиде. Мне диванчик можно на кухне поставить. На первое время сойдет, а там, глядишь, еще одну квартиру купим и будем жить отдельно. Я девушка взрослая, незачем нам всем колхозом ютиться.

Неожиданно в дверь постучали. Ланка и Васька спланировали с кресел, на которых спали, и побежали к дверям. Я взглянула на часы — восемь вечера. Родителям рано еще, да они бы и своими ключами открыли.

Опять постучали. Ланка загавкала, прибежала с лаем в комнату, потом снова в прихожую, всем видом давая мне понять, что кто-то пришел.

Я нехотя пошла открывать. Как нарочно, даже глазка нет! Собака с рычанием обнюхивала дверь.

— Кто там? — спросила я.

— Сто грамм, — ответил глухой мужской голос.

— Кто конкретно?

— Алик.

Блин, его еще не хватало! И почему люди с первого раза не понимают, что с ними не желают общаться?

Ланка заливалась лаем, и я удрученно поняла, что надо открыть. И дружелюбно объяснить еще раз, что сюда приходить не надо. Не будет же он драться со мной — средь бела дня, в подъезде.

Я открыла дверь и вышла в коридор, давая понять, что в квартиру вход заказан. Ланка тоже выбежала, а Васька, как ни странно, остался дома. Впрочем, я и раньше замечала, что он даже не пытается переступать черту нашего порога. Наверно, однажды потерялся, с тех пор и боится.

Передо мной стояли двое парней. Один — худой, как палка, с прыщавой красной рожей, кривым носом и выпученными карими глазами. Второй на голову ниже, зато на лицо приятный. Интересно, и кто же из них Алик? На месте Нади я бы даже не взглянула ни на одного, ни на второго.

Оба поздоровались, потом краснорожий заговорил глухим голосом:

— Надька, мы пришли позвать тебя на вечер к Лехе, — кивнул он на низкорослого.

Значит, этот мелкий и есть Леха, которого «стремная» Аня не устраивала? А худое прыщавое чмо — Алик?

— Я не пойду, — спокойно ответила я.

— Почему? — Алик выпучил глаза еще сильнее.

— А зачем мне это? Своих дел полно.

Алик отошел к подоконнику и с досадой швырнул на него свои перчатки:

— Надька, с каких это пор ты от нас отсекаешься?

— Я же сказала по телефону еще несколько дней назад, что начинаю новую жизнь, — пожала я плечами, — а тратить целый вечер непонятно на что…

— Как непонятно на что? — возразил низкорослый. — Сегодня же последний вторник на этой неделе! Надо отметить! Там и сестра моя будет, и Кошмар, и Линялый. Весело будет, обещаю. Потанцуем, выпьем.

Если он хотел разрядить обстановку, но у него это не получилось. Я шутку не оценила, странные клички парней меня не впечатлили, к тому же, раздражал Алик, не спускавший с меня своего воспаленного взгляда.

— Надька, ты чего добиваешься? — вдруг спросил он. — Чтобы я под ручку с тобой ходил и девушкой своей называл? Так этого…

— Мне этого и не надо, — подняла я руку в утвердительном жесте, — как бы ни назывались наши отношения, они навсегда закончились.

— С чего бы это? — рожа Алика стала почти багровой.

Я тяжело вздохнула. Что ж, если точки надо расставить еще раз, то я их расставлю.

— Я начала новую жизнь, — раздельно произнесла я, — и мои интересы теперь никак не связаны ни с тобой, ни с Лехой, ни с Линялым…

— Да и не надо, — презрительно сморщил свои некрасивые губы Алик, — думаешь, просить буду, умолять? Сама прибежишь! У меня и так от девчонок отбоя нет. Мамка уже ругается. Одни пляшут передо мной, другие поют. Только я пока не выбрал никого, мне хозяйственная нужна, чтоб готовила хорошо. А ты, Надька, совсем не умеешь готовить, так что…

— Слушай, Надька, — опять заговорил Леха, — пофиг на Алика, неужели нельзя просто отдохнуть и оторваться? Кошмар хотел с тобой увидеться, уж не знаю, зачем, но он спрашивал про тебя.

Я открыла рот и хотела сказать, что не знаю никакого Кошмара, но передумала и сказала другое:

— Идите, пацаны, веселитесь, я не против. Только я не могу, занята.

И я, загнав Ланку домой, захлопнула дверь.

Прошло всего полчаса, как опять в дверь постучали. Ланка с Васькой опять спланировали с кресел, собака залаяла. Да что ж такое-то?

— Кто? — спросила я через дверь.

— Надька, открывай, — услышала я голос Ани.

Открыла и увидела Аню, стоявшую с счастливым видом, в сопровождении тех самых Алика и Лехи.

— Они что, за тобой зашли? — засмеялась я.

Подруга, блистая своей кривозубой улыбкой, подтвердила:

— Как видишь! Ну что, идем?

— Идите, — милостиво разрешила я.

И хотела уже закрыть дверь перед ее носом.

Но тут Аня взмолилась:

— Надька, ну как я без тебя? Веселее же когда вместе!

В ее глазах читалось отчаянное желание побыть в компании Лехи. Да и вообще развеяться,