Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

сходить куда-то в гости. И я начала колебаться. В самом деле, не стоит обижать подругу. Она ведь сколько раз меня защищала. И девчонка отнюдь не пакостная, не гнусная. За что же с ней так-то?

Да и вообще — дела делами, а отдохнуть тоже не мешает. Танцы и музыку я люблю, как и все молодые люди. Познакомиться со своими ровесниками тоже не мешает. Какой-то Кошмар мной интересуется. Прозвище, конечно, незавидное, но вдруг он человек хороший? И симпатичный.

Да и дома скучно. По телевизору ничего интересного. До «Санта-Барбары» еще полно времени. Современных гаджетов тут и в помине нет. Не сидеть же, как старушка, у окошка — следить за соседями, — кто куда пошел, кто с кем разговаривал, кто кому улыбнулся. Ага, чтобы потом сплетни разводить. Слишком я еще молода для такого времяпровождения.

В общем, написала для родителей записку, мол, пошла с Аней в гости к Лехе. Положила ее на тот самый столик, где они всегда ужинали. Сразу увидят. И наверняка не удивятся. Потом быстро оделась в приличный костюм, надела верхнюю одежду, сапоги и вышла в подъезд.

Глава 11

Мы перешли через дорогу, двигаясь через ледяные неровности к девятиэтажке — высокой и серой на фоне темного неба и синих фонарей. Завывающий ветер трепал наши пуховики и пальто. В лицо впивались пронзительные иглы снега, на морозе превращая щеки и руки в ледышки.

— Что творится? — недовольно пробурчал Алик.

— Метель началась, — еле проговорила Аня, безуспешно пряча лицо от ветра.

— Да, кто не выходил этим вечером, то не знал настоящей погоды, — глубокомысленно произнес Леха, когда мы поднимались в лифте на последний этаж.

Вскоре очутились в веселой теплой квартире.

— У тебя щеки красные, — заметила Аня, когда мы раздевались в прихожей.

— А у тебя нос, — вглядевшись, ответила я.

Справа виднелся темный проход на кухню, а прямо посередине сияла огромная праздничная комната. Несмотря на то, что прошли уже все праздники — и Новый год, и старый Новый год, и Рождество, — в углу у лоджии переливалась и мерцала разноцветными огнями елка. Накрытый стол был сдвинут к дивану, чтобы освободить пространство для танцев.

Эх, повезло же кому-то заполучить такую шикарную квартиру при советской власти! И лоджия есть, и все удобства. И комната не одна здесь, а две или даже три. Видно, что приличная жилплощадь.

«Летс гоу, летс гоу, раза стэди, раза стэди гоу», — оглушительно гремела музыка. Мы незамедлительно влились в толпу танцующих. Среди гостей я узнала ту самую молодуху, которая стояла в команде нападающих и орала, что меня выселят из нашей халупы. Теперь она, разумеется, была без коляски, а звали ее все по-разному — кто просто Светка, кто Светка-Стропила, кто Светка-Шарапиха.

Линялый посмотрел в мою сторону заинтересованно, однако, почему-то не понравился мне с первого взгляда. Не знаю, как другим, а мне его физиономия показалась отталкивающей и неприятной. Фигура тоже не ахти — длинный, худой, как палка. И мелкие неопрятные кудряшки на голове.

Кошмар, наоборот, оказался полным, коротко стриженым парнем. В блестящей рубашке и джинсах, с мишурой на шее, он увлеченно танцевал и приговаривал во время приветствия:

— Для девушек я не Кошмар, для девушек я просто Артем.

Алик принялся, неуклюже и неловко оглядываясь на меня, подбивать клинья к Светке. Но та оказалась губа не дура и призывно строила глазки Кошмару. Как самому подходящему ей по росту. Из чего я сделала вывод, что молодуха отнюдь не замужем, несмотря на наличие ребенка.

Была тут и сестра Лехи, тоже симпатичная, но очень уж малорослая, девчонка.

— Надо выпить, — сказала мне на ухо Аня, мотнув головой в сторону стола, — после такой прогулки.

Линялый и Алик подошли с нами к столу, разлили водку по рюмкам, и все выпили. Кроме меня, разумеется. В незнакомой компании хотелось разглядеть всех трезвыми глазами.

— О, да у тебя щеки ледяные, — Линялый потянул руку к моему лицу, но я успела отшатнуться и со злостью на него зыркнуть. Понятно, что лицо руками трогать нельзя. А тем более, кому-то позволять это делать.

Какое-то время мы так и курсировали между столом и танцевальным пространством. Люди осушали рюмки, закусывали бутербродами и салатами. Речь вокруг меня становилась все развязнее, поведение — все неприятнее.

Аня раскисла от выпивки и стала рассказывать, как ее гнобили одноклассницы в школе. А теперь вредные коллеги донимают. И, конечно, закончила свою исповедь дежурной фразой «никуда не денешься».

Линялый вдруг схватил телефон и, некультурно отвернувшись от всех, начал кому-то названивать.

— Привет, принцессочка, — доносились до нас обрывки разговора, — сегодня увидимся? Ты придешь? Ну, я тебя жду. Да это я к Лехе зашел, любит пацан громкую музыку. Во сколько придешь? Во сколько? Эй, сделайте потише!

Поставив телефон на место, он начал выговаривать, что пора бы уже сделать длинный провод, чтобы можно было уходить с телефоном в другую комнату и спокойно разговаривать.

Но на его жалобы никто не обращал внимания. Леха принес откуда-то странного вида папиросу с примятым кончиком. Все принялись по очереди пыхтеть ею и заливисто хохотать.

Светка тем временем стянула с елки блестящую ленту мишуры и обмотала себе шею. Теперь они с Кошмаром танцевали чуть ли не в обнимку. Алик посмотрел на них своим воспаленным взглядом и вдруг начал цепляться с непонятными претензиями к Лехиной сестре. Никто даже не заметил, из-за чего началась перепалка, но Алик вдруг толкнул девушку — так, что она отлетела и упала на диван.

— Ты что? — ахнула Аня и другие гости.

— Ах, так? — девчонка резво подпрыгнула с дивана и куда-то убежала.

Через пять минут она вернулась вместе со страшной седой теткой. «Мама Алика», — догадалась я.

— Напился, э-эх! — неодобрительно покачала она головой, глядя на Алика.

— Э-эх, — передразнил тот ее пьяным голосом.

— Ну-ка собирайся и марш домой, — мамаша ловко подхватила сынка под руку и уволокла.

Судя по всему, такое происходило не в первый раз, потому что никто особо не удивился и даже обсуждать не стал.

А я, услышав грохот двери, закрывшейся за Аликом и его матерью, опять порадовалась, что разорвала отношения с таким чучелом. Значит, пригласил девушку в дом друга, напился, а потом его домой увели. А как там Надька будет домой по ночи возвращаться, да еще в