Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

— Это ж главная палуба, — сказал он. — Коридор от бака до юта. Прямой, как стрела. Я на крейсере три года служил. Когда пробоина — первым делом этот коридор и простреливают, по всей длине. Кто в нём — тот и покойник.

— А как?

— Отсек задраить, — Чумак показал на массивную железную дверь потерны, отваленную к стене. — Вот этот — отдать. — Он показал на первую боковую дверь, в каземат слева. — А самим искать обход.

— Какой обход?

Грачёв уже разворачивал план на колене. Ткнул пальцем.

— Тут пунктир. Вдоль коридора, параллельно, слева. Люфтканал. Воздушный канал. Из первого каземата — в шестой, рядом с центральным.

— Пролезем?

— Если кирпичный, как на плане, — пролезем. Ползком.

Я посмотрел в коридор ещё раз. Тёмный, прямой, тихий. Слишком тихий для форта, где с утра идёт бой.

— Через люк, — сказал я. — Чумак — первым.

— Есть, — сказал Чумак и сразу стал серьёзным.

Люк был в стене первого каземата, у пола. Железная дверца в полметра, на двух засовах. За ней — кирпичный канал, низкий, тёмный, тёплый. Из канала тянуло воздухом. Ерёмин зажёг спичку и поднёс к дверце. Пламя легло внутрь.

— Тянет туда, — сказал Ерёмин. — К ним.

— Значит, нас не учуют.

Чумак полез первым, с ППШ перед собой. За ним Недоля, Остапчук, Дуров, я, Бартош. Харитонов, Круглов, Грачёв, Фомичёв — следом. Ерёмин остался у люка, с остальными, держать первый каземат.

Ползли на локтях. Канал был кирпичный, в метр высотой. Снизу — пыль и старый мусор. Сверху иногда проходили отверстия — продухи в казематы. Через них были слышны голоса. Немецкие. Молодые, ломающиеся. Кто-то командовал высоким голосом, почти мальчишеским.

Курсанты. Фанен-юнкерское училище. Об этом говорили в батальоне.

Через продухи я считал казематы. Второй. Третий. В четвёртом кто-то ходил. В пятом было пусто.

Чумак впереди остановился. Поднял руку.

Впереди, слева, через щель в кладке канала, пробивался свет. Чумак приник к щели. Посмотрел. Отполз назад и показал мне на пальцах: пулемёт, двое, смотрят в коридор.

Я подполз и посмотрел.

Щель выходила в потерну. Там, в самом конце коридора, у входа в центральный каземат, стояла баррикада из мешков с песком. За баррикадой — пулемёт, MG-42, ствол — в коридор, вдоль всей потерны, к нашим воротам. Двое у пулемёта, в касках, в шинелях с серебряными шнурами на погонах. Ждали. Смотрели в коридор, куда я хотел вести людей.

Я отполз назад. Чумак не ухмылялся. Ждал решения.

— Дальше, — сказал я одними губами.

Канал кончался в шестом каземате. Железная дверца на засове — изнутри канала. Дуров отодвинул засов.

Шестой каземат был складом. Ящики, бочки, нары с одеялами. Никого. Дверь каземата вела в потерну — в трёх шагах от баррикады с пулемётом.

И тут потянуло дымом.

Первым его почуял Остапчук. Он повернул голову, как собака, и сказал:

— Тянет. Не оттуда.

Ерёмина с нами не было. Но Ерёмина и не нужно было. Дым шёл из канала, по которому мы только что ползли. Не от нас — к нам. Тяга развернулась.

— Они вытяжку открыли, — сказал Остапчук. — Наверху, где огнемётчики жгли. Дым по каналу назад сорвало.

Дым уже лез из канала нам в спины; ещё минута — и в каземате нечем будет дышать.

— Как в шахте, — сказал Остапчук. — Как у развилки.

— Значит, так же. Остапчук. Где у них тяга?

Остапчук посмотрел вверх. В потолке шестого каземата был продух — круглое отверстие с железной заслонкой на рычаге. Заслонка закрыта.

— Открыть, — сказал Остапчук. — Холодный воздух сверху пойдёт, дым обратно в канал продавит. Люк не закрывать.

Бартош распахнул дверцу канала. Остапчук встал на ящик, дотянулся до рычага заслонки и рванул. Заслонка со скрежетом открылась. Из отверстия дохнуло морозом; следом свалился кусок снега.

Дым прижало книзу. Он дрогнул и потянулся обратно в открытый люк.

За стеной, в центральном каземате, закашляли. Кто-то закричал по-немецки.

Из шестого каземата в потерну вела деревянная дверь. Не железная, как у казематов, а деревянная, дубовая, на двух петлях, с висячим замком снаружи — со стороны потерны. Это был не жилой каземат. Пороховой погреб, переделанный под склад. Его запирали снаружи.

Мы были внутри. Замок — снаружи. За дверью, в трёх шагах, — пулемёт за мешками.

— Ломом? — спросил Бартош.

— Услышат.

— Они и так кашляют.

— Услышат, развернут пулемёт на дверь. — Я снял с пояса подсумок. — Отойдите от двери. Все. За ящики.

Я переломил обрез. Вынул правый патрон — заводской, с картечью — и сунул в карман. Достал из подсумка дверной. Прямоугольник на донышке. Вложил в правый ствол. Закрыл.

Фомичёв приподнялся за бочкой и не сводил глаз с обреза.

Петли были на нашей стороне. Кованые накладки, старые, на длинных шурупах. Замок висел снаружи. Значит, бить в дерево под петлёй.

Я встал вплотную к двери, сбоку. Приставил правый ствол к дереву под верхней петлёй. Почти в упор. Из продуха тянуло морозом.

Правый.

Курок упал без задержки. Выстрел ударил сразу. Шурупы выдрало вместе со щепой, накладка повисла. На пол сыпанули дерево и серая свинцовая крошка.

Фомичёв не отрывал глаз от сорванной петли.

Я переломил обрез, выбросил гильзу. Вложил второй дверной. Закрыл. Приставил к нижней петле.

Правый.

Дверь качнулась. Повисла на замке. Бартош ударил в неё плечом. Дверь вывалилась в потерну, перевернулась и легла на мешки баррикады, прямо на пулемёт.

— Два, — шепнул Харитонов из-за ящиков.

Пулемётчики выбирались из-под двери. Один выбрался. Чумак шагнул в проём и дал очередь. Второй поднял руки из-под досок.

Вход в центральный каземат был в двух шагах. Арка. За аркой — темнота и кашель.

Я перезарядил правый заводским из кармана. Встал в метре от арки, сбоку, у стены.

Ротный в двери не ходит — ротный командует. Но за аркой всё решали первые три шага, а обрез был у меня.

— Дуров, — сказал я. — Считать.

Дуров встал за мной.

— Бартош, Чумак — за мной. Остапчук — у двери в шестой, держать спину.

Я вошёл.

Центральный каземат был большой, длинный, сводчатый. Под потолком плавал дым. Сквозь дым горели две керосиновые лампы. Вдоль стен — нары, ящики, пирамида с винтовками. В глубине — стол с телефонами. Человек десять. Шинели с серебряными шнурами. Двое