Читать книгу - "Дело о мастере добрых дел - Любовь Борисовна Федорова"

Эта смерть - не его неудача. Но вдруг он мог бы что-то сделать - поговорить, задержать, хотя бы узнать имя. Но опоздал. Человек сделал выбор. А какого черта доктору от этого выбора больно, и сам доктор не поймет. Наверное, нужно пойти в кабинет и некоторое время побыть одному, чтобы не начать на всех подряд орать и злиться. Докторская работа - все же не то занятие, при котором можно разрешить себе резкие слова и резкие движения.

  

  В кабинет Илан вошел крадучись, думал, что Мышь спит. Но размеры тела, с головой укрытого одеялом на кушетке, не соответствовали размерам Мыши, а со стороны подголовника торчала рыжая макушка. Илан остановился, не зная, будить ли Обморока, но тот подскочил сам и, кажется, настроен был воинственно - хватать любого вошедшего и не пропускать дальше письменного стола.

  

  - Такие вещи, доктор, - Обморок кивнул растрепанной головой в сторону лаборатории, - не бросают без присмотра! Вы не должны вести себя небрежно!

  

  В голосе его звучало осуждение, а на щеке отпечаталась складка одеяла.

  

  - Как ты себя чувствуешь? - ласково поинтересовался Илан, снял с шеи стетоскоп, сел рядом с Обмороком и жестом велел тому лечь обратно.

  

  - Мне... лучше, - растерялся Обморок, развязывая рубаху.

  

  Илан послушал ему сердце, помял живот. Сказал:

  

  - Ты помнишь, что процедуры у тебя по расписанию? А почему спишь здесь? Ты должен быть после обеда в отделении. Беги, как раз успеешь.

  

  - Но вы... это серьезно! Я несу ответственность!..

  

  - Это я несу ответственность за то, чтобы вы были живы и здоровы, - сказал Илан. - Поэтому просто отдайте мне ключ и ступайте выполнять назначения. Вы лечитесь, а я лечу. Другой ответственности в стенах госпиталя не существует. И это серьезно.

  

  - Посланник Мараар велел мне быть здесь, и он хотел задать вам два вопроса.

  

  - А я велю идти на процедуры. Ключ... - Илан протянул к Обмороку руку.

  

  Тот вынул ключ из-под подушки и вложил ему в ладонь.

  

  - Запирайте двери, - попросил он и стал одеваться. - Пожалуйста. Всегда.

  

  - Пока вы не забрали мой ключ, я запирал, - пожал одним плечом Илан, памятуя, как легко Джениш справился с замком. - Ты вспомнил, кто дал тебе в посольстве отравленные конфеты?

  

  Обморок, уже нашаривший подкрадухи, замер.

  

  - Нет.

  

  - Нет или не хочешь говорить?

  

  Обморок отвел взгляд. Илан сказал:

  

  - Их дали вам в городе для девочки, для дочери Палача. Так?

  

  Обморок помялся, потом ответил.

  

  - Она нервничала и вела себя глупо. Чем больше нервничала, тем... хуже себя вела. Вы видели.

  

  - Ты должен убить себя, если посланник Мараар погибнет. А что сделает посланник Мараар, если погибнешь ты?

  

  - Ничего. Просто... возьмет другого ученика.

  

  - А на очереди после тебя была девочка. Сам Палач - это повысило бы его положение в вашем клане?

  

  - Конечно. Он приобрел бы право голоса в совете вождей, его слово имело бы вес.

  

  - И он против войны. Вместе с твоим отцом и, может быть, с кем-нибудь еще, они развернули бы внутреннюю политику в другую сторону. Так?

  

  - Девочку могут не одобрить. Она немая. Так что неизвестно.

  

  - Посланник Мараар тоже немой, у вас на Хофре это не помеха. Мне кажется, я понимаю подоплеку твоих неприятностей, Ариран. А сам ты догадываешься?..

  

  - Да. Поэтому я не хочу возвращаться домой на 'Громе'. Пусть нас лучше вышлют. Хоть под арестом, хоть в кандалах. Попросите за нас императора.

  

  - Хочешь жить. Молодец. А, раз хочешь, бегом на уколы. У тебя распорядок.

  

  

Глава 78

* * *

Жизнь в госпитале явно стала тише, замедлилась. Или распоряжение не вмешивать доктора Илана ни во что касалось и госпитальных порядков тоже. Никаких тебе «срочно в операционную», ни «доктора в город», ни «подойдите, пожалуйста, в акушерское, наш доктор спит». Перевязки, назначения, состояние послеоперационных — проверял. Уставшего и недовольного Неподарка пересадил в другую палату. Родственников ни с претензиями, ни с благодарностями нет, доктора-пациеты разбежались, рыжие разогнаны. Мышь где-то досыпает за протоптанную ночь, кажется, на том козырном складе старых подушек, местонахождение которого знает господин интендант, но не знает доктор Илан. В отделении идут плановые, там хозяйничает доктор Наджед, перебегать ему дорогу, даже по делу, не очень-то хочется.

А в лаборатории под попоной стоит белый куб. Расширенные возможности. Непонятный знак. И хочешь-не хочешь, Илана к нему тянет. Потому что от возможностей, идущих ли в руки случайно, данных ли свыше неизвестным благодетелем с некими целями, не отказываются так просто. Если не брать их немедленно в работу, то нужно хотя бы исследовать. Понять предел, до которого границы доступного можно подвинуть. Действительно ли с кубом ты становишься святым и всемогущим, или – так себе, увидишь теперь на полтора шага дальше собственного носа, поймешь обман и бросишь его на пол, как помятую мечту.

Илан убрал попону, подвинул лавку ближе к столу. Развернул куб той стороной, которая ночью казалась ему теплее других. Уверен он не был, потому что по виду все стороны куба выглядели одинаково. Попросил... Чего попросил? Наверное, контакта. Получил контакт. Сразу. А понимания, с чем имеет дело, так и не получил. И как дальше быть? Убрал руку — контакт пропал. Дотронулся кончиком пальца — восстановился. Сосредоточился на своих ощущениях: на что это похоже. Пожалуй, на продолжение собственных рук. Как будто ты это не только ты, но и куб тоже часть тебя. Это твои ладони, твои пальцы. И — да — твои возможности. Так иногда бывает с удобным, хорошо наточенным скальпелем во время операции. С иглодержателем, особенно, с плохим, в котором прокручивается игла, не бывает. Куб — инструмент, которым приятно работать.

Илан разбинтовал поджившую ладонь. Ситуация, надо признать, точь-в-точь как с расследованиями, по которым ему подкидывают материал по камушку, но не позволяют увидеть общую картину. Ощупываешь инструменты и возможности, чувствуешь, что можешь, даже должен что-то сделать, только не вполне понимаешь, что. Отлично видишь части, но не