Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

знакомых фамилий, но не придал как‑то значения. Кстати, фамилия Герц у нас тоже есть, известный учёный‑физик был, немец, электричество изучал, кстати. Так что просто совпадения. Но Менделеев с его таблицей — это уже не просто совпадение. Мне надо о нём почитать. Портрет увидеть.

— Мы с вами ничего такого, где можно о Менделееве прочитать, профессору не привозили, вроде бы. Когда же мы снова попадём теперь в Приморск! — с досадой произнесла баронесса.

— Я думаю, скоро. Возможно, на выходных получится сходить.

— Да, пожалуй. Но как же долго ждать до воскресенья, — вздохнула Юлия.

Мы искали «общих знакомых» до самого возвращения профессора с раскопок, но, кроме Менделеева, никто больше в нашем разговоре не всплыл.

Своё возвращение профессор начал с обвинений в мой адрес:

— Этот ваш Решетов, Вадим Дмитриевич, просто какой‑то деспот и жуткий педант. Просто до посинения может довести человека. Но работает профессионально. Тут его упрекнуть не в чем. Но как же долго!

— Ну, господин профессор, такая у него работа. Как у сапёра. Слышали такое: «Сапёр ошибается только один раз»? Вот он и не хочет ошибиться. В тоннель ещё не заходили?

— Мы — нет. Фёдор Сергеевич со своими орлами уже там был. Говорит, что на первый взгляд свод крепкий. Далеко не заходили, правда. Но проход расчистили полностью уже. Идут работы по укреплению склона над сводом — там могли быть подвижки. Завтра должны раствор с рудника привезти. И выравнивают подъезд к тоннелю сейчас. Там тоже раствор нужен. Так что… — профессор развёл руками. — Войдём в тоннель мы в лучшем случае в воскресенье, но, скорее всего, в понедельник. Работники у нас тоже должны отдыхать. Увы.

— Тогда мы сможем поплыть в Приморск хоть завтра! — тут же ухватилась за возможность Юлия.

— А вы собрались в Приморск, Юленька? — профессор поднял бровь.

— У нас с Вадимом возникли кое‑какие дела, Борис Моисеевич, так что, если можно, я бы хотела вас попросить отпустить меня всего на один день. Но мы можем сплавать и в воскресенье, конечно.

— Вадим, значит… Ну‑ну, — ухмыльнулся профессор, а Юлия порозовела. — Хорошо, я вас отпущу, Юленька. С Вадиком. Но! Вместе со мной. У меня там тоже осталось… В общем, забыл кое‑что. Н‑да‑с.

После ужина мы с Юлией пошли вдвоём прогуляться вокруг маяка. Снова говорили о Земле: девушка хотела понять, где у нас что‑то пошло не так. Она выспрашивала у меня подробности о разных аспектах жизни на Земле: о политике, о науке, о воспитании.

— Мне будут кошмары сниться всю ночь, если я вообще усну, Вадим, — сказала Юлия, когда мы стояли у лестницы к причалу.

— Может, успокоительного дать? У меня должно быть в аптечке, — предложил я.

— Вот! Вот оно, Вадим! — вскричала девушка, так что я аж вздрогнул. — Аптека!

— И?

— Вадим, моя мама очень больна. Серьёзно больна. У нас это не лечат. И я подумала: у вас же всё так развито, может, и ей лекарство можно там легко найти. Как думаешь?

— Чем она больна?

— У неё чахотка.

— Туберкулёз?! Но ей же нельзя контактировать с другими людьми! — вот тут я реально испугался. Я ведь с ней общался недавно. Правда, сидел не очень близко. — У неё должна быть отдельная посуда даже! Юля, это не шутки.

— Она у неё отдельная. Мы знаем. Я с ней уже давно не обнимаюсь, — тихо сказала Юлия, и на глазах заблестели слёзы. — Значит, у вас тоже нет лекарств. Ты так испугался.

За последние её слова мне и правда стало стыдно: я и правда испугался, потому что знаю, что это такое. И что это не лечится даже нашей современной медициной. Чистый паллиатив без шансов на полное выздоровление. Но тут же у меня и наступило прозрение: я понял, что мне точно ничего не грозит, и я взял девушку за руку:

— Рано о чём‑то говорить, но, возможно, кое‑что может получиться. Идём быстрее в маяк, проверить это легко.

— Ты знаешь, как помочь?!

— Ещё нет. Давай сперва проверим кое‑что быстро. Не хочу обнадеживать.

Мы быстро дошли до маяка и, войдя внутрь, я запер двери. В мастерской схватил с полки острое шило, и мы спустились в подвал, где я отодвинул шкаф и запустил портал. Я быстро сбегал на ту сторону и принёс газовую горелку.

— Вадим, что ты бегаешь? Что ты хочешь сделать?

— Юля, я ничего не могу обещать, но меня портал исцеляет. Он вылечил меня от сильной простуды и смог залечить порез. Но я его открыл, я из другого мира, возможно, он помогает только мне. Нам надо провести эксперимент с тобой, — я показал ей шило, и Юлия слегка побледнела.

— Этим? — она испуганно показала на шило пальцем.

— Ну не ножом же тебя резать. Хотя‑я‑я, ради чистоты эксперимента… Себя‑то я ножом резал, вот тут, — я показал ей руку без единой отметины, — но мне и шилом‑то, честно говоря, тебя колоть не очень хочется. Но…

— Хорошо, я готова. Сейчас. Секунду.

— Да хоть и больше. Сперва надо шило продезинфицировать.

Я включил горелку и прогрел шило. Потом, дав подержать шило Юлии, метнулся под лестницу, где лежали пакеты с нашими покупками, и достал оттуда туалетную воду и ватные диски. Обильно побрызгав на шило, я спросил:

— Готова?

— А одеться?

— Просто накинь куртку сверху. Мы туда и назад.

Девушка достала из шкафа свою бекешу и набросила её на плечи:

— Как ты это сделаешь?

— Уф… Не знаю даже. Давай, что ли, подушечку большого пальца попробуем, — предложил я, с трудом представляя, как буду прокалывать её пальчик шилом. — А может, ты сама?

— Вот уж дудки! На! Давай скорее, — Юлия протянула мне руку, сжатую в кулак с оттопыренным большим пальцем. — Коли. Я отвернусь только.

Я зажал, сдавил палец и, прихватив шило у самого кончика, проколол. Девушка зашипела, и я отпустил. На коже выступила жирная капля крови, а за ней вторая. Сильно проколол, похоже. Я снова взял Юлию за руку и потащил к порталу, доставая из кармана фонарик.

Как только мы прошли арку, оба тут же уставились на Юлин палец с каплями крови. Я забыл про ватные диски, поэтому просто стёр кровь своим пальцем.