Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

толпились несколько женщин в ситцевых летних платьях, негромко между собой переговариваясь.

— «Дом культуры имени Горького, концерт краснознаменного ансамбля песни и пляски», — принялась читать Ольга на желтоватой бумаге.

— Да это не то, — поняла я и обошла тумбу, — слушай, нашла!

— Ага, — подошла подруга, — она, Эдита Песнева! И выступает как раз в филармонии.

С афиши, чуть прищурившись, на нас смотрела женщина средних лет — с пышной короткой шевелюрой, в белой накидке, отороченной мехом.

— Зря смотрите, — вдруг обратилась к нам одна из женщин, — на нее билетов уже нет.

— Как это нет? — оторопела я.

Рефлексы из моей прошлой жизни, оказывается, никуда не делись. Я по-прежнему не могу себе представить, что кто-то способен отказаться от прибыли. И остановить продажи только из-за того, что товар раскупили. Ну раскупили у тебя половину зала по три рубля, так продай оставшуюся половину по пять. Или продавай за те же три рубля, но увеличь количество концертов. Простая логистика. Однако сейчас, в советское время, таких понятий нет.

«Стоп, логистика!» — осенило меня. Кажется, я знаю, как помочь Диме! Сегодня же вечером обрисую ему свою идею.

— Так она же целых три дня выступает, — возразила Ольга, показывая на даты выступлений на афише.

— Ну и что, — ответила местная женщина, — на все три дня и продано.

— Уже вчера все было продано, — подтвердила другая.

Удрученные, мы вернулись в машину. Я машинально протянула Виктору его мороженое.

— А вы чего кислые? — поинтересовался он, разворачивая обертку.

— Да так, — махнула я рукой, — едем в филармонию.

Ольга вопросительно взглянула на меня, мол, смысл ехать. Но я сделала успокаивающий знак рукой, мол, на месте разберемся.

Вскоре мы подкатили к старинному желтому зданию с барельефом и большими окнами, на которые ложился бликами яркий солнечный свет. Поднялись по ступенькам, открыли тяжелую дверь и вошли в фойе.

Внутри показалось прохладно после жаркой улицы, и даже темно. Прямо напротив входа находилось окошко с надписью «касса», в котором восседала молодая девица с гордым видом.

— На Песневу билетов нет, — скороговоркой проговорила она и захлопнула оконце.

— Вот те на! — остановился на мне обескураженный взгляд Ольги. — Даже не спросила, куда мы хотим. Может, на ансамбль песни и пляски собирались.

— Да ансамбль песни и пляски не здесь выступает, а в Доме культуры, — поправила я, — но все равно обидно. Еще и окно свое захлопнула. Достали их, видать, поклонники Песневой.

— Что ж нам теперь делать? — расстроенно развела руками подруга. — Хотели как лучше, а получилось, как всегда. А если бы и были билеты, как мы узнаем, в какой день сюда придет Смешной?

Тут она права. Ведь концерты идут целых три вечера. И в какой из них прискачет сюда наш Зверяко на крыльях любви, интересно было бы знать?

Пока мы раздумывали, как поступить — уйти восвояси или попытаться все же что-то предпринять, — в фойе продолжали заходить люди. И все они стучали в окошко кассы, и всем отвечали одинаково нелюбезно: «Билетов нет!», и так же захлопывали перед ними заветную дверцу.

— Пойдем, что ли, — чуть не плача, подруга потянула меня к выходу.

— Не-а, — упрямо ответила я и показала ей на дверь с надписью «Администратор».

Мы вежливо постучали и вошли. За столом, заваленным бумагами и толстыми папками, сидела представительного вида женщина средних лет. Полная, с пышной прической из волос соломенного цвета, в очках и розовой блузке.

— Здравствуйте, — начала я разговор хорошо поставленным голосом, — мы прибыли от маршала Устиновского за билетами на концерт Песневой. Вам уже звонила Клавдия Петровна?

Господи, что я делаю? А вдруг она сейчас тоже превратится в фурию, как та кассирша? Затопает ногами, прогонит нас и захлопнет дверь своего кабинета? Впрочем, все равно, пусть захлопывает. Нам главное все возможности использовать.

Но женщина повела себя совсем по-другому.

— Да вы что? Сам Устиновский? — благоговейно прижала она руку к сердцу и произнесла она чуть ли не шепотом. — Он что же, здесь сейчас? В Белоруссии?

— Да, отдыхает в Беловежской пуще. Хотя как отдыхает? — улыбнулась я, понимая, что буря пронеслась мимо. — Работает не покладая рук, даже на отдыхе полно дел. Сегодня с утра опять совещание, обсуждают вопросы государственной важности. Наверно, поэтому Клавдия Петровна и не смогла вам позвонить, совсем замоталась. Ей же надо все оформить протоколом, сами понимаете.

— Понимаю, конечно, все понимаю, — администратор закивала головой так, что прядь волос из прически выбилась и стала свисать ей на глаза. — У нас же специальная бронь есть для высоких гостей! И кстати, один военный уже взял оттуда билет.

— Да, мы знаем, — важно кивнула я, — это генерал Зверяко. И для Устиновского надо билеты на тот же вечер.

— Сделаем! — женщина, с удивительной для ее веса прытью, вынырнула из-за своего стола. — Идемте в кассу!

Ольга, вышагивая следом за ней, взглянула на меня с любопытством и восторгом. Я в ответ лишь плечами пожала.

Мы прошли за администратором через служебную дверь и оказались внутри кассы.

— Людочка, выпиши билеты по брони для Устиновского.

Та округлила глаза и перевела восторженный взгляд на нас:

— Как, сам Устиновский?

— А что такого? Они у нас в Беловежской пуще отдыхают, — непринужденно ответила администратор. — Сколько нужно билетов, товарищи?

Ольга встрепенулась, чтобы ответить, но я ее опередила:

— Три билета, пожалуйста.

— Сделаем, — важно кивнула Людочка, — с вас шесть рублей.

Я рассудила, что третий билет будет не лишним. По правде, надеялась, вдруг Ритка захочет сходить на концерт. Музыкальной девочке такие мероприятия должны быть интересны.

Я полезла в сумочку за деньгами. И тут вдруг подумала, что неплохо бы и Вадима с Тонькой взять. Когда они еще попадут на такой концерт?

«Ты что делаешь? — проснулся вдруг ядовитый внутренний голос. — Они-то зачем сдались? У вас с Ольгой свои дела, вам надо будет следить за Зверяко, фотографировать! И хватит уже потакать этой Ритке!». И все же я решительно помотала головой, прогоняя злые мысли.

— Ой, извините, я совсем забыла, — воскликнула я, обращаясь к кассирше, — нам надо не три, а пять билетов!

— Сделаем, — так же покладисто кивнула она, — только смотрите,